Барон - Социальная и религиозная история евреев - 18 томов - 4 - Встреча Востока и Запада

Сало Уиттмайер Барон - Социальная и религиозная история евреев - в 18 томах - Том IV - Раннее Средневековье (500-1200) - Встреча Востока и Запада
История евреев

Западное христианство. Вновь появившись на исторической арене после временного ухода в тень в VII в., западноевропейские еврейские общины постепенно завоевали ведущие позиции в социально-экономической и культурной жизни своего народа. Контакты евреев мусульманской Испании золотого века с христианской Испанией, южной Францией и южной Италией осуществлялись главным образом при посредничестве многочисленных беженцев от преследований Альморавидов и Альмохадов. Невзирая на принципиальные различия в политическом и экономическом положении и в отношении к ним соседей, испанское, провансальское и итальянское еврейство поддерживало интеллектуальные традиции, заложенные в мавританской Испании и Северной Африке. Даже арабский язык оставался разговорным или, по крайней мере, понятным большой части еврейского населения.
 
Обитая на границе между исламом и христианством, упомянутые еврейские общины серьезно страдали от непрекращавшихся конфликтов расколотого мира. Однако они также способствовали построению интеллектуальных и социально-экономических мостов, которые когда-нибудь в будущем должны были приблизить друг к другу нынешних врагов. В то же время они исполняли великую историческую миссию, будучи посредниками между зарождавшейся еврейской интеллигенцией христианской Европы и традиционными центрами арабоязычного еврейского мира. Своим неустанным трудом, в особенности по переводу классической литературы, как еврейской, так и нееврейской, с арабского языка на иврит, они сделали плоды греческой и ближневосточной мысли и науки доступными молодым, и пусть еще не очень развитым интеллектуально, но динамичным и быстро развивавшимся еврейским общинам северной Франции, Англии и Германии.
 
Тем не менее, различия в обычаях и взгляде на мир между еврейством севера и юга привели к новому разделу еврейского мира на сефардов и ашкеназов, которому суждено было закрепиться на века. Происхождение этих названий, или скорее применение двух библейских наименований к населению Испании и Германии, долгое время было загадкой для ученых, и вполне удовлетворительного объяснения до сих пор не предложено. Представляется, что с постепенным расширением еврейского географического кругозора на запад толкователи Писания поразились созвучию между словами "Гесперия" и "Сфарад", а также "Саксония" (или "Ас-Скандз") и "Ашкеназ". Отождествление Сфарада с Испанией встречается уже в сочинениях гаонову а связь между Ашкеназом и Германией возникла в литературе только после 1000 г., когда существование особой группы евреев, живущих к северу от Альп и Пиренеев и имеющих собственные обычаи и ритуалы, стало уже свершившимся фактом. Опираясь на непрерывную цепь традиции, идущей из античной Римской империи, евреи севера поддерживали прочные контакты с сохранившимися итальянскими и, косвенным образом, палестинскими центрами римской цивилизации. Сефарды, со своей стороны, долго были частью глобальной мусульманской цивилизации, центр которой, как всеобщий, так и еврейский, находился в Вавилонии, поэтому они стали наследниками вавилонской традиции и мировоззрения. Разделение между ашкеназскими евреями и их южными соседями продолжает, таким образом, на новом уровне древнюю дихотомию между Палестиной и Вавилонией.
 
Итальянское еврейство само по себе было разделено на жителей центральной и северной части полуострова, которые оставались в самом центре латинского христианства, с одной стороны, и жителей южных провинций, где длительное доминирование византийцев и мусульман способствовало развитию ряда своеобразных черт, — с другой. Они находились как бы между двумя основными возникавшими направлениями. В численном отношении еврейские общины Рима и республик северной Италии намного отставали от евреев Ближнего Востока и Испании и даже от менее значительных еврейских поселений на севере Европы. Тем не менее, они сыграли ключевую роль в формировании культурных традиций и политических судеб европейского еврейства. Римская община поддерживала тесные связи с папством, которое в то время начинало стремительный взлет в качестве духовного и светского властителя христианского мира, поэтому тогда, как и на других этапах истории папства, многие локальные события в жизни города Рима приобретали общеевропейское значение.
 

Сало Уиттмайер Барон - Социальная и религиозная история евреев - в 18 томах - Том IV - Раннее Средневековье (500-1200) - Встреча Востока и Запада

Перевод с английского Любови Черниной.
Москва : Книжники ; Текст, 2015. — 384 с. — (История евреев).
ISBN 978-5-9953-0313-8 ("Книжники")
ISBN 978-5-7516-1235-1 ("Текст")
 
Следующие тома настоящего издания:
Сало Уиттмайер Барон - Социальная и религиозная история евреев
  • Том V. Средние века: власть и религиозная полемика
  • Том VI. Средние века: законы, толкование и Писание
  • Том VII. Раннее Средневековье (500-1202): иврит - языки литература

Сало Уиттмайер Барон - Социальная и религиозная история евреев - в 18 томах - Том IV - Раннее Средневековье (500-1200) - Встреча Востока и Запада - Содержание

Глава 20 Западное христианство
  • Римская церковь
  • Налоговое бремя
  • Италия
  • Общины Испании
  • Королевский альянс
  • Империя Каролингов
  • Франция
  • Германия
  • Англия и Нормандия
  • Между молотом и наковальней
Глава 21 Век крестовых походов
  • Всплески враждебности
  • Первый крестовый поход
  • Иерусалимское королевство
  • Второй крестовый поход
  • Последние крестовые походы
  • Усиление враждебности
  • Психологические последствия
  • Ренессанс XII века
Глава 22 Экономические изменения
  • Отдаление от земли
  • Местные особенности
  • Интенсификация ремесленного производства
  • Вступление в мировую торговлю
  • Подъем и упадок
  • Рабство и работорговля
  • Ростовщичество
  • Прочие виды банковской деятельности
  • Свободные профессии
  • Адаптация теории
  • Еврейский "экономический человек"
Примечания
Список сокращений
Именной указатель
 

Сало Уиттмайер Барон - Социальная и религиозная история евреев - в 18 томах - Том IV - Раннее Средневековье (500-1200) - Встреча Востока и Запада - Римская церковь

 
Точка зрения церкви на евреев и иудаизм была сформулирована в святоотеческой литературе и посланиях ранних пап, прежде всего Григория Великого[1]. Но в рамках этой системы оставалось место для разногласий в деталях, которые временами сильно влияли на еврейскую жизнь в Западной Европе. Практически повсеместно было принято мнение, что терпимое отношение к евреям до конца времен предполагает запрет на насильственное обращение их в христианство. Правда, многочисленные изгнания vn в. и регулярные вспышки насилия в Византии повлияли и на церковь, и именно клирик, Кирилл Александрийский, был первым, кто применил такой метод "разрешения" иудео-христианских противоречий[2]. Тем не менее, даже в вестготской Испании церковные власти сначала осуждали принудительное крещение, объявленное Сисебутом, и лишь со временем примирились с суровыми королевскими декретами. Еще резче осуждал попытки привести евреев в лоно христианства насильственным путем папа Григорий.
 
Однако, перейдя в христианство, даже по принуждению, неофиты уже не имели права вернуться к своей прежней вере. Адриан i (772-795 гг.) положил начало казуистическому развитию канонического права по этому вопросу, не пожелав одобрить упомянутое выше решение Никейского собора 787 г.[3], по которому неискренним конверсам было отказано в причастии, а их детям — в крещении. Хотя это был последний по-настоящему вселенский собор, в котором участвовали и Западная, и Восточная церковь, папа чувствовал, что подобная "снисходительность" не годится для Запада. Со времени исчезновения Вестготского королевства неискренние конвер-сы уже не представляли собой большую не поддающуюся ассимиляции массу ни в одной западной стране, и так было вплоть до возникновения в Испании проблемы маранов. Поэтому западные церкви могли позволить себе настаивать на "неотменяемости" таинства крещения, даже если оно было совершено незаконно. Григорий iv (827-844 гг.) сформулировал официальную позицию в лаконичном указании епископам Галлии и Германии 828 г.: "Евреев не следует принуждать принять истинную веру, но, если они приняли ее, даже против воли, их нужно заставить придерживаться ее". Ставшую частью расширенной версии "Декрета" Грациана[4] (1, dist. xlv, с. 5 // Corpus juris canonici, в издании Фридберга, I, 161 f.) на основе постановлений Толедского собора, эту доктрину специалисты по каноническому праву никогда не подвергали серьезным сомнениям.
 
Впоследствии евреям стали предлагать выбор между насильственным крещением и изгнанием. В своем знаменитом ответе на вопрос архиепископа Фридриха Майнцского 937—938 гг., "что лучше — заставлять их [евреев] принять святую веру или изгонять их", папа Лев VII заявлял:
 
Ты никогда не должен прекращать проповедовать им со всем искусством, благоразумным наставлением и богобоязненностью веру в Святую Троицу и таинство воплощения Господня. Если они от чистого сердца пожелают уверовать и принять крещение, мы возблагодарим всемогущего Бога и вознесем Ему хвалы. Однако если они откажутся уверовать, изгони их из своих земель с нашего позволения. Ибо нам не следует поддерживать общение с врагами Господа, как говорит апостол: "Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием?.. Или какое соучастие верного с неверным?" (2 Кор., 6:14-15). Но ты не должен крестить их насильно, без их желания и просьбы. Ибо сказано: "Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими" (Мф., 7:6).
 
Этот папа не обладал особой властью и плохо управлял собственными владениями, но такое приказание, отданное христианскому правителю и подкрепленное авторитетом Писания, хотя и несколько притянутым, создало опасный прецедент. Любопытно, что папы никогда не изгоняли евреев из Рима, где существовала старейшая еврейская община Европы, чья непрерывная история насчитывает более двух тысяч лет. Они не отдавали приказа и об изгнании евреев из прочих папских владений до конца XVI в., когда Контрреформация привела их в полное неистовство.
Нет также свидетельств, указывающих, что архиепископ выполнил этот приказ и удалил евреев из Майнца. Наоборот, вскоре город превратился в важнейший центр еврейской интеллектуальной жизни. Более того, совет Льва vii редко цитировали в последующей канонической литературе, возможно, из-за невысокого статуса пап этого периода в глазах современников и историков[5]. Тем не менее, его послание официально санкционировало эту практику, которая становилась все более опасной и часто была вызвана конфликтами и устремлениями, совершенно не связанными с религиозной сферой.
 
Другие новшества, появившиеся в западном мире за шесть веков, прошедших после смерти Григория I, также основывались на социально-политических реалиях. Чем более независимым и суверенным становилось папство в своих владениях, тем все более явно оно относилось к местным еврейским общинам как монарх к подданным. В конце концов была принята общая "Конституция об иудеях" (Constitutio pro judaeis), которую сначала утверждали лишь некоторые понтифики, а затем каждый, всходивший на папский престол. Эта конституция напоминала привилегии, дарованные другими христианскими правителями еврейским общинам, жившим в их владениях, хотя и использовала более традиционную богословскую лексику.
 
Нам неизвестны ни текст первой подобной прокламации, составленной Каликстом II (1119-1124 гг.), ни конкретные обстоятельства, заставившие этого энергичного и наделенного выдающимися государственными талантами понтифика ввести подобную революционную норму. Можно предположить, что римское еврейство заручилось этой привилегией в связи с некими сиюминутными потребностями. По-видимому, созыв Первого Латеранского собора в 1123 г. — первого "вселенского" собора, состоявшегося на Западе, породил у евреев опасения, схожие с теми, что высказывались впоследствии, перед созывом Второго Латеранского собора. Возможно, Каликст хотел развеять эти страхи протекционистской буллой, а когда опасность миновала, никто не озаботился тем, чтобы продлить действие буллы после смерти папы. В соответствии с царившей тогда правовой практикой все распоряжения правившего монарха переставали действовать, если его наследник не утверждал их заново. Однако, когда подготовка и начало Второго крестового похода 1146 г. вновь продемонстрировали всю шаткость положения евреев в западных странах, римским евреям удалось убедить Евгения ш (1145-1153 гг.) повторить основные положения декрета Каликста. Конституцию еще раз подтвердил Александр III (1159-1181 гг.), вероятно, в связи с созывом Третьего Латеранского собора 1179 г. Вскоре после этого она утратила свой чрезвычайный характер, и евреям Рима удалось добиться ее регулярного подтверждения от Климента III (1187-1191 гг.), Целестина III (1191-1198 гг.) и могущественного Иннокентия III[6] вскоре после восхождения последнего на престол св. Петра в 1199 г. В последней формулировке, включавшей в себя вторую преамбулу, добавленную Иннокентием, эту привилегию утверждали практически все папы Средних веков и раннего Нового времени в начале своего понтификата. Хотя папская "конституция", как ее обозначал заголовок, появившийся в булле Иннокентия III, была напрямую адресована только общине Рима или общинам Папской области, она не могла не отразиться и на положении евреев в других христианских странах.
 
Ключевое положение этого закона было заложено в оригинальной преамбуле, практически дословно заимствованной из послания Григория Великого. Евреям запрещалось требовать для себя любых новых прав, но им гарантировалась полная защита в реализации тех прав, которые были даны им ранее. Во всем остальном закон не отличался конкретностью. Он просто предписывал христианам "не сметь ранить или убивать их [евреев], или присваивать их деньги без постановления местной власти, или изменять добрые обычаи, в которых они жили". Он запрещал принудительное крещение евреев, но поощрял их добровольное обращение. Им позволялось без помех отмечать свои праздники, не выходя за рамки существующих традиций. Самая суровая норма касалась защиты еврейских кладбищ от "пороков и жадности злодеев". Ни один христианин не имел права осквернять еврейские погребения или "выкапывать тела, чтобы вымогать деньги" у родственников. Подобная практика была довольно распространена в Риме хи в.; христианские семьи также часто становились жертвой злостных вымогателей. Хотя нарушение всех этих запретов грозило отлучением преступника от церкви и смещением с поста, заключительное замечание оставляло удобную лазейку — закон не относился к тем евреям, которые "плетут заговоры" против христианской религии. Правоведам не приходилось особенно напрягать воображение, чтобы доказать, что тот или иной еврейский жалобщик словом либо делом совершил какое-либо преступление против интересов христианства.

[1] Григорий I Великий — римский папа в 590-604 гг.
[2] Инициированное Кириллом изгнание евреев из Александрии в 415 г. было первым примером подобной политики в истории церкви.
[3] См. т. III. С. 178.
[4] Грациан (ум. 1150) — монах-правовед, систематизировавший нормы церковного и светского права.
[5] Понтификат Льва vii (936-939 гг.) приходится на период так называемой порнократии — "правления блудниц" — первой половины х в., когда папская власть находилась под влиянием женщин из римской семьи Теофилактов, ставивших и убиравших понтификов по своему капризу.
[6] Иннокентий III — римский папа в 1198-1216 гг.
 
300₽|400₽

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя ElectroVenik