Барсотти - Достоевский

Достоевский - Диво Барсотти
Воззрения  Достоевского  на человека,  на  его  проблемы,  на  его  жизнь,  перспективу,  сыграли определяющую  роль в духовном  преуспеяни и  отца  Барсотти. В общем-то, они произвели в нем духовный переворот.
 
То, что между автором этой книги и Достоевским существует глубокая эмпатия, не подлежит сомнению. Это обнаруживается, когда, не соглашаясь разделить с Достоевским имманентистскую концепцию Бога, его суровое суждение о католической Церкви («церкви погибших и развращенных народов») и стремление отождествить православие с русским народом, о. Барсотти вместе с тем подчеркивает: чтобы не погибнуть, главное — быть влюбленным в Христа.
 

Барсотти, Диво. Достоевский. Христос  —   страсть  жизни

Паолине, 1999              
Divo   Barsotti DOSTOEVSKI J.  La  passione  per  Cristo  Edizioni  Messa ggero  Padova   1996
 
Вступление
Часть  первая  Человек и писатель
Часть  вторая  Персонажи пяти главных романов
Часть третья  Заветные мысли Достоевского
Часть четвертая  Богословие Достоевского
Заключение
Послесловие
 

Достоевский - Человек и писатель

 

Я не могу считать Достоевского ни хорошим, ни счас­тливым человеком... Он был зол, завистлив, развратен, и он всю жизнь провел в таких волнениях, которые делали его жалким и делали бы смешным, если бы он не был при этом так зол и так умен. /.../ Это видно в его романах. Лица, наиболее на него похожие, — это герой «Записок из подполья», Свидригайлов в «Преступлении и наказании» и Ставрогин в «Бесах».

Это строки из письма литератора Страхова Льву Толстому. Трудно вообразить менее благоприятное и более суровое суж­дение о Достоевском, и в то же время его нельзя назвать лож­ным, разве что — несправедливым. Как же мы, в таком слу­чае, дерзаем говорить о Достоевском как о христианском про­роке? Однако именно приведенное суждение — конечно, не слишком великодушное, но по сути правдивое, — позволяет нам полагать, что Достоевский был великим христианином.

Мог ли, в самом деле, человек, написавший «Записки из подполья», не быть злым? Верно, что произведения Достоев­ского — отражение его души; как бы мог он написать эти «Записки», если бы не спустился в то подземелье души, где таится зло, и не познал его. Он и сам обвиняет себя: «У меня много недостатков и много пороков, и меня это огорчает, осо­бенно некоторые вещи, и я хотел бы, чтобы груз, тяготящий мою совесть, был полегче». Однако в другом месте он же гово­рит: «Многие засвидетельствуют обо мне, что я ни разу в своей жизни не предавал. Вы не смогли бы привести обо мне (лично о Федоре Достоевском) ни единого факта, который бы доказывал, что я исказил истину — из соображений выгоды, из желания славы, из себялюбия».

Достоевский, подобно Данте Алигьери, подобно величай­шим поэтам всех времен, — человек, не познавший измены; но он познал мрачный ужас зла и вместе с тем — обаяние добра.

Святой живет в свете и нередко не знает ничего, кроме света. Поэтому, даже если, в своем сострадании к миру, он нисходит к людям, они не чувствуют, что он один из них. В то же время все, святые и грешники, одинаково ощущают себя товарищами и друзьями великих поэтов. В Достоевском при­сутствуют и рай, и ад, он и ангелам друг, и черту товарищ. Правы те, которые считают его злым, но была права и Анна Григорьевна Сниткина, его вторая жена, для которой он был почти святым.

Христианин — не хороший человек; он — человек искуп­ленный. Отцы-пустынники говорят, и все великие учителя христианской духовности повторяют, что основание духовной жизни христианина — в том, чтобы быть попираемым всеми и осознавать себя худшим из грешников. Таким чувствовал себя апостол Павел. Это чувство не было бы христианским, если бы не соответствовало истине. Если человек — христианин, он не может чувствовать, что он лучше кого-то. Каждый человек сам по себе способен на любой грех; и если он избегает паде­ний — то исключительно по Божьему милосердию.

Так что, ни у кого нет оснований для самопревозношения. Христианс­кая жизнь должна засвидетельствовать силу искупления. Имен­но поэтому человек являет эту силу в той мере, в какой его жизнь становится победой над всяким грехом, реальным или только возможным. Грех становится условием милосердия, и отношения Бога с человеком не имеют иного основания, кро­ме Его бесконечного милосердия. Поэтому-то свидетель Хри­стов — тот, кто по благодати Христовой оказывается по ту сторону бездны зла.

 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 9.3 (3 votes)
Аватар пользователя esxatos