Богословский вестник - 2017 - № 24-25

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомиться, вступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Богословский вестник -2017 - Выпуск 1-2 (№ 24-25)
Образовательный процесс представляет собой непрерывный поиск адекватных научных категорий и ценностных ориентиров, способных обеспечить плодотворное сотрудничество между учениками и учителем, с одной стороны, и между самими учениками — с другой.
 
Говоря об идеале ученого монашества, невозможно обойти стороной и такой немаловажный вопрос, как личный духовный опыт учителя и воспитанников и сопряженная с научной деятельностью, не менее интенсивная духовная работа над собой, которые приобретают решающее значение в формировании облика цельного и подлинно христианского ученого и с той, и с другой стороны.
 
В связи с этим хотелось бы рассмотреть, на каких основаниях зиждется евангельский идеал взаимоотношений учащих и учащихся на примере Евангелия от Матфея. Наш выбор не случаен, ведь, ежедневно молясь у раки прп. Сергия, мы постоянно слышим преподобническое зачало из этого Евангелия, прославляющее монашеский подвиг святых, которые, подобно авве Сергию, научились у Самого Христа и научили других совершенной праведности и святости.
 
Читая и перечитывая эти и другие евангельские строки, нетрудно заметить, что образы Христа и учеников здесь необыкновенно рельефны, глубоки и величественны и являют собой единое целое благодаря единодушному стремлению учить — со стороны Мессии и учиться — со стороны Его последователей. Более того, подчеркнем, что монашеский идеал Учителя наиболее ярко среди евангелистов освещен именно Матфеем, что, несомненно, было одним из факторов, обусловивших необыкновенную популярность, которую снискало это Евангелие с самого момента зарождения Церкви (I—II вв.), и не в последнюю очередь именно в монашеских кругах.
 
Действительно, оно было наиболее читаемым, комментируемым и используемым в Литургии и во многих других областях церковной жизни, в том числе и благодаря обилию содержащихся в нем духовно-нравственных наставлений, четко регламентирующих укорененный в Писании аскетический идеал святости. Заметим к тому же, что идеал этот органически связан с упомянутым выше мотивом обучения, поскольку является его отправной точкой и логическим следствием: в нем мы и почерпнем материал для воссоздания облика ученого монаха, скрывающегося за образностью языка и богословскими аллюзиями евангелиста.
 
Нам предстоит теперь более пристально перечитать избранные места Евангелия, по крайней мере имплицитно указывающие на этот высокий идеал, и представить в виде целостной композиции плоды такого творческого прочтения библейского текста как связного и последовательного рассказа. Итак, рассмотрим, в каком контексте и в какой последовательности встречаются в евангельском повествовании сцены, наиболее ярко характеризующие евангельскую педагогику Христа и отражающие достигнутые Им результаты, на примере учеников, все глубже укореняющихся в уразумении тайн Царства Божия и постепенно оставляющих все, чтобы приобрести сокровище на небесах. Приведем для наглядности нарративную композицию Евангелия, в соответствии с которой мы и построим наш анализ.
 

Богословский вестник - 2017 - Выпуск 1-2 (№ 24-25)

Научно - богословский журнал
Издательство — «Московская духовная академия» — 729 с.
Сергиев Посад — 2017 г.
ISBN 978-5-87245-220-1
 

Богословский вестник - 2017 - Выпуск 1-2 (№ 24-25) - Содержание

Список сокращений
Отдел 1. Исследования и статьи
Библеистика
  • Филофей (Артюшин), иеромонах. «Идите, научите все народы...»: Христос и ученики в Евангелии от Матфея
Богословие
  • Иванов М. С. Богословие и философия в контексте интеграции теологии в российское гуманитарное образовательное пространство
  • Естественнонаучная апологетика Мумриков О., протоиерей. Обзор некоторых новых палеоантропологических открытий в контексте естественнонаучной и библейской апологетики
  • Сравнительное богословие Солодов Н., иерей. «Славянская хроника» Арнольда Любекского как источник по изучению православно-католического диалога в XII веке Борисов А., иерей. Англоязычное богословие ХХ века: возвращение к Преданию и истории
Патрология
  • Кожухов С., диакон. «Неохалкидонизм» и мнения современных ученых о нем на примере Иоанна Кесарийского Грамматика Гагинский А. М. Философские категории в паламитских спорах
  • Дионисий (Шленов), игумен. Фрагмент о приобщении «знанию и мудрости» в трактате «Об иерархии» (32—40) преподобного Никиты Стифата и его контекст
История
  • Ястребов А., протоиерей. «Вси бо мя Греки любяху, яко едину с ними имам веру». Представители России в Венеции и Греческая церковь в конце XVI — начале XVIII веков
  • Макарий (Веретенников), архимандрит. Патриарх Игнатий: поставленный самозванцем
Каноническое право
  • Конь Р. М. Браки с инославными и сектантами в России по документам подготовки Поместного Собора 1917—1918 годов
Литургика
  • Воробьев К. В. К истории богослужения акафиста: мартовская минея из Типографского собрания РГАДА
Агиография
  • Савчук Р., иерей. Мировоззрение равноапостольного Николая Японского сквозь призму зарубежной историографии
  • Скурат К. Е. «Жизнь блаженная и светлая... есть жизнь во Христе». По письмам священномученика Илии Четверухина. Часть I
  • Русская духовная литература Сыромятников О. И. Православная сотериология в художественном творчестве Ф. М. Достоевского. На примере произведения «Сон смешного человека»
Отдел 2. Творения святых отцов и памятники христианской письменности
Переводы
  • Святитель Кирилл Александрийский. О правой вере к царевнам. Часть I (главы 1—20) / Перевод с древнегреческого иерея Василия Дмитриева. Редакция перевода, предисловие и примечания иеромонаха Феодора (Юлаева)
  • Севериан Гавальский. На слова: по образу и подобию (Быт. 1, 26). CPG 4234. Часть I / Введение, еditio princeps, русский перевод С. С. Кима
  • Преподобный Симеон Новый Богослов. Слова 3, 4 из корпуса «33 Слов» (Orationes [Dub.]) / Критический текст, перевод с греческого, предисловие А. С. Творогова
  • Преподобный Анастасий Синаит. Главы против монофелитов: 1—2 главы / Перевод с древнегреческого, вступительная статья и примечания игумена Адриана (Пашина)
  • Анания Санахнеци. Об иконопочитателях / Перевод с древнеармянского, вступительная статья и примечания А. С. Рамазяна
Отдел 3. Архивные материалы и публикации
Публикации
  • 31 мая 1917 г. в «Дневниках» профессора догматики
  • Московской духовной академии А. Д. Беляева / Публикация В. Л. Шленова и П. А. Туркина
  • Сергий (Голубцов), епископ. Живописное и иконописное направления в церковной живописи и их онтологическая оценка. Часть II / Публикация игумена Андроника (Трубачева)
Отдел 4. Рецензии, библиография
  • Учения отцов Церкви о Воплощении Божием / Составление, подготовка текстов к изданию, предисловие и словарь Нины Меликишвили. Тб.: Издательство Тбилисской духовной семинарии и академии, 2010 (Грузинские переводные гомилетические памятники 1). 332 стр.
Отдел 5. Хроника
  • Хроника научной жизни Академии за 2011/2012 и 2012/2013 учебные годы Ким С. С. Отчет о конференции “John Chrysostom and Severian of Gabala. Homilists, Exegetes and Theologians”
  • Сведения об авторах

Богословский вестник - 2017 - Выпуск 1-2 (№ 24-25) - Богословие и философия в контексте интеграции теологии в Российское гуманитарное образовательное пространство

 
14 июня 2017 г. Министерством юстиции Российской Федерации был подписан приказ о признании научных степеней по теологии в Российской Федерации. Министр образования и науки России О. Ю. Васильева назвала этот день «поистине историческим». «С сегодняшнего дня, — отметила она, — мы можем присуждать степень по теологии, о которой так долго мечтали». В свою очередь, глава кремлевской администрации А. Вайно указывал на то, что это событие оказалось «важным и значимым результатом многолетнего конструктивного взаимодействия органов власти, религиозных организаций, педагогических и экспертных сообществ, мощным стимулом для развития гуманитарного знания».
 
Такое взаимодействие, в свою очередь, стало возможным, благодаря эволюции российского общества в области мировоззрения и благодаря пониманию духовных проблем, которые замалчивались во времена господства в нашей стране атеистической идеологии. В общественных кругах все большую силу набирает осознание того, что историческое, культурное и национальное богатство России не может быть не только освоено, но и понято ее народом, если его религиозная составляющая будет обойдена вниманием. Сводить последнюю к культово-обрядовой форме, как это, к сожалению, делают сегодня еще многие, было бы большой ошибкой. Религия, и особенно православное христианство, никогда не редуцировала свою миссию до богослужебнолитургических форм.
 
Главным в православии всегда оставалось воспитание нового человека, возрожденного на принципах подлинной духовности, что предполагало не только кардинальное изменение внутреннего мира самой христианской личности, но и радикальное изменение ее поведенческой позиции в окружающем обществе. Как свидетельствует российская история, в религиозной атмосфере выросло очень много людей, сильных духом, преданных своей стране, воспитанных в традициях этической культуры, в уважении к народам России, с высоким этническим и национальным сознанием, творцов подлинной духовной культуры. Об этом нельзя забывать никогда, особенно в наше время с его пропагандой безнравственного образа жизни, вседозволенности, потребительства и цинизма.
 
Мировоззренческая эволюция нашего общества проходит в соседстве с негативным отношением отдельных его членов к включению упоминаемой ранее религиозной составляющей в гуманитарное образовательное пространство. Такое отношение чаще всего мотивируется, как известно, светским характером российского государства и его образования, якобы не допускающих включение знаний о религии в государственные школы. В действительности же, согласно Конституции Российской Федерации, запрет касается не религиозных знаний, а установления любой обязательной идеологии: будь то государственной или религиозной. Идеологизированная государственная «прививка», согласно которой «светское» означает «нерелигиозное» и даже «антирелигиозное», еще долго будет дезориентировать общественное сознание, в течение 70 лет отравлявшееся атеистическим «опиумом».
 
За этот период в определенных слоях общества укоренилась какая-то странная и однобокая привычка: атеистическое образование и воспитание признавать, а религиозное — нет. При этом совершенно упускается из виду тот факт, что российское государство — это государство плюралистическое, в котором для каждого человека должно быть обеспечено соблюдение принципа личной духовной свободы. Не менее важным здесь является и то, что до сих пор никакого всеми признанного единого мировоззрения не существует, а знание о мире, природе, человеке, обществе расходятся во всех существующих доныне мировоззренческих системах. И точно так же, как не существует «научного» атеизма, так не существует и единой общеобязательной «научной» картины мира.
 
В правовом государстве на первый план выступает всеобщий общественный интерес, который слагается из частных интересов отдельных социальных слоев населения. Это требование распространяется на все сферы общественной жизни, в том числе и на образование. «Равные права мировоззренческих групп в обществе и государстве, — замечает в этой связи проф. И. В. Метлик, — должны быть реализованы в системе образования, во всех сферах образовательных учреждений и на всех уровнях образования. В практическом плане из этого следует, что если в социуме имеются последователи религий и нерелигиозная часть общества, то должно быть как философское образование, финансируемое из госбюджета, так и богословское религиозное образование, также финансируемое из госбюджета.
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя Traffic12