Дана - Грамматика греческого языка

Дана, Манти. Грамматика греческого языка

Учебное пособие по грамматике греческого языка ведущих специалистов в этой области. Будет полезна всем изучающим Новый Завет на языке оригинала.


Грамматика греческого языка

 
Новосибирская Библейская Богословская Семинария
 
H.E.Dana – Х.Е. Дана
Профессор толкования Нового Завета Юго-Западной баптисткой теологической семинарии,  
Форт Ворс, Техас.
 
Джулиус Манти Профессор толкования Нового Завета Северной баптисткой теологической семинарии,  
Чикаго, Иллинойс.
 
Литературная и научная редакция перевода:
кандидат филологических наук Мякин Т.Г.

Индоевропейские языки

Все языки, на которых говорит человечество, можно объединить в семьи, подразделяющиеся на ветви, а уже последние состоят из отдельных языков. Однако здесь мы по необходимости рассмотрим сполна лишь одну семью языков, а именно ту, к которой принадлежит греческий язык. Эта языковая семья называется индоевропейской. Ее легко анализировать, поскольку она включает в себя наиболее высокоразвитые и одновременно наиболее изученные языки. Иногда индоевропейскую семью называют индогерманской или арийской. Из всех трех названий последнее наиболее удобно, но и создает некоторую путаницу, поскольку данный термин, во-первых, не учитывает азиатские языки, входящие в данную семью, а во-вторых, придает немецкому языку чересчур большую значимость. Поэтому здесь используется название, которое наилучшим образом отражает характер этой семьи, хотя является не совсем точным.

Индоевропейский первоначально был языком племен, в доисторические времена предположительно населявших область на востоке Центральной Азии или западно-центральной Европы. Древнейшие исторические реалии, свидетельствующие об этих племенах, связаны с западной Европой, но в какую-то очень раннюю эпоху довольно большая часть этой народности переместилась на юг и обосновалась в Персии и Индии, что и послужило основанием для названия языков «индоевропейскими».

Данная семья стала источником семи ветвей, каждая из которых представлена несколькими языками. Здесь мы перечислим лишь самые распространенные из них. Более полная информация представлена в книге Уитни "Жизнь и развитие языка" (Whitney: Life and Growth of Languag) и в труде Свита "История языков" (Sweet: History of Languages).

Древнейшим представителем рассматриваемой языковой семьи является индийская ветвь, наиболее известным представителем которой является санскрит. Он особенно интересен всякому, изучающему новозаветный греческий, ввиду своего близкого родства с греческим языком, старшим братом которого можно назвать санскрит. Санскрит дошел до нас благодаря Ведическим гимнам - священным текстам индусов. Более поздние памятники санскрита представляют собой законы, эпические произведения и т.п. В санскрите система склонения существительного является наиболее развитой по сравнению со всеми остальными языками, включая восемь, а иногда и девять падежных форм.

Поздний период эволюции языков индийской ветви представлен пракритом.

Второе по своей древности ответвление индоевропейской семьи - это греческий язык. Его диалекты сформировались еще в античности. Затем, в течение нескольких веков до наступления христианской эры эти диалекты проходили процесс объединения и унификации.

В дальнейшем мы рассмотрим вопрос взаимодействия диалектов более подробно. Греческийязык можно назвать самым литературным из всех древних языков. Он породил настоящий поток литературных произведений, начавшийся с поэм Гомера, которые появились около 900 г. до н.э.

Следующая по времени языковая ветвь - это ветвь италийская. Ее главный язык -латынь. Помимо латыни к языкам этой ветви относились умбрский (северная Италия) и оскский (южная Италия). До нас дошли лишь скудные остатки этих диалектов. Латынь представлена широким сводом памятников античной литературы; кроме того, сам латинский язык живет и по сей день, хотя и в очень измененном виде, в качестве романской языковой группы, к которой относятся итальянский, французский, испанский, португальский и румынский языки.

Вопрос о сравнительном возрасте языков, входящих в оставшиеся ветви, должен быть отложен до получения дополнительных сведений. Если следовать порядку исторической значимости, то здесь в первую очередь следует упомянуть тевтонскую ветвь, распространенным языком которой является английский. Возможно, он, как голландский или немецкий, произошел от родственного ему древнеготского языка (если не считать немецкий прямым потомком готского), единственным сохранившимся памятником которого являются фрагменты Библии, переведенной Ульфилой, великим христианским миссионером просветителем готов. Скандинавский язык также весьма древнего происхождения, важнейшие памятники литературы, созданные на нем - это Эдда и исландские саги. К диалектам этого языка восходят современные датский, шведский, норвежский и исландский языки. «Самые ранние письменные памятники тевтонской ветви представлены руническими надписями, причем некоторые из них датированы третьим или четвертым веком». (Wr. 2).

Славянские языки - это еще одна ветвь индоевропейской языковой семьи. Ареал их распространения - восточная и южная Европа, главным образом Россия, Польша и некоторые Балканские государства. К этой же ветви обычно относят и балтийские языки, хотя иногда и выделяют в отдельную балтийскую группу (ср. Свит, там же, стр. 98). Наиболее древние литературные памятники славянской ветви созданы на болгарском, самым же распространенным языком является русский.

Кельтский, древнейший язык западной Европы, представлен главным образом языками гэльским и бретонским. К этой же ветви относятся ирландский, шотландский и уэльский языки.

Иранская ветвь представлена, прежде всего, персидским языком (фарси). Она включает в себя и древний зендский язык - на нем была создана «Авеста», священная книга зороастризма.

Приведенная выше характеристика языковой семьи, к которой принадлежит греческий язык, исключительно важна для изучения последнего. Эта характеристика могла бы быть и еще более краткой, однако, для ясного понимания современного подхода к языкознанию необходимо дать учащемуся представление об области современных лингвистических исследований. В целом, с достаточной четкостью, выделяется еще одна языковая семья, остальные же шесть семей с трудом поддаются классификации, поскольку они, по-видимому, возникли в результате смешения различных языковых семей и групп.

Границы семитской семьи определяются почти столь же четко, как и индоевропейской. Географически ее источником является южная Азия. К данной семье принадлежат иврит, ассирийский, финикийский, арамейский, сирийский, арабский и абиссинский языки. По уровню развития эта семья занимает второе место после индоевропейских языков.

Оставляя индоевропейскую и семитскую семьи языков, исследователь сталкивается с обескураживающим его конгломератом. Здесь уже нет стройной системы флективного словоизменения, так легко поддающейся систематическому анализу. Вместо нее мы обнаруживаем языковые формы, которые могут быть либо моносиллабическими, либо агглютинативными, либо теми и другими одновременно. Немедленно складывается впечатление, что данные языки принадлежат одной семье, но никому из филологов еще не удавалось на основании имеющегося материала придти к такому простому выводу. Напротив, они находят достаточное количество признаков, отличающих эти смешанного происхождения языки друг от друга и говорящие в пользу их разделения на шесть отдельных семей.

Скифская семья[1] представлена рядом языков Азии и Европы, разделяясь на турецкую, финскую и венгерскую группы. Монгольская, или моносиллабическая семья ведет свое происхождение из юго-восточной Азии, и представлена гималайской, монгольской, маньчжурской и китайской группами языков. Японский язык, возможно, также родственен этим языкам. Малайско-полинезийская семья включает в себя языки островов Южной Азии. На языках кавказской семьи говорят народы, живущие в районе Кавказских гор, на юге центральной Азии. Хамитская семья[2] представлена египетским, ливийским и эфиопским языками и, возможно, родственными языками нижней Африки. Языки диких племен Африки практически не поддаются классификации.[3] Американская семья включает в себя языки индейцев американского континента. Но специалисты по сравнительно-историческому языкознанию не вполне согласны с тем, что индейские языки принадлежат одной семье. Фактически, некоторые из приведенных выше утверждений пока остаются лишь предположениями. Сравнительно-историческое языкознание как наука все еще находится в младенческом возрасте и перед исследователем остается обширное поле для поисков. Изучая языки, многое можно узнать об истории того или иного народа.

 

Греческий язык

Первые сведения о греческом языке относятся приблизительно к 1500 г. до н.э. Однако история языка до Гомера окутана тайной.[4] Развитие языка прошло пять периодов:

(1) Период становления. Он начинается с доисторических времен - времен формирования греков как народности и продолжается вплоть до Гомера (ок. 900 до н.э.). Примитивные племена, послужившие источником формирования греческого народа, входили в состав большой арийской семьи, первоначально населявшие Запад центральной Азии. В доисторические времена от этой семьи отделилась группа племен и мигрировала на небольшой полуостров в южной Европе, теперь называющийся Грецией. Топография данной территории крайне запутанна. Многочисленные горные хребты и проникающие вглубь земли морские заливы разрезают страну на множество частей. Вследствие сложного характера рельефа первые племена были практически изолированы от общения друг с другом, и поэтому становление здесь единого народа с единым языком было замедлено. Появилось множество различных диалектов, основными из которых были аттический, беотийский, северо-западный, фессалийский и аркадский. Вероятно, они произошли от трех изначальных диалектов: дорийского, эолийского и ионийского. Наиболее влиятельным и продуктивным был ионийский диалект, оказавший впоследствии сильнейшее воздействие на становление греческого языка.

Классический период. Данный этап продолжительностью в несколько столетий начинается временем Гомера и оканчивается завоеваниями Александра Македонского (около 330 г. до н.э.). В этот период наибольшее влияние приобрел аттический диалект, развившийся большей частью из древнеионийского диалекта и вобравший в себя наилучшие элементы дорийского и эолийского. Дошедшие до нас произведения древнегреческой литературы написаны преимущественно на аттическом диалекте. Любая нормативная грамматика древнегреческого языка описывает, прежде всего, его аттический вариант, попутно указывая на элементы других диалектов как на неправильности в употреблении или исключения. Аттический диалект выступил как главная сила в процессе всего последующего формирования греческого языка. Он явился основой и для греческого языка Нового Завета.

Период койне. Этот период начинается в 330 г. до н.э. и заканчивается 330 г. н.э. Его можно назвать эпохой всеобщего распространения греческого языка. В это время греческий язык свободно употребляется и понимается во всем цивилизованном мире. На улицах Рима, Александрии, Иерусалима он слышался так же часто, как и в Афинах. Широкое распространение греческого койне произошло по четырем причинам.

  • Обширная колонизация. Греки были очень энергичным народом и уже на ранних этапах своей истории научились мореплаванью от финикийцев, соперничая с ними в покорении морских просторов. В результате этого греческие колонии распространились почти по всему средиземноморскому побережью. Одна из наиболее могущественных колоний находилась на восточном побережье Италии, недалеко от центра латинского мира.
  • Интенсивное политическое и коммерческое взаимодействие греческих племен. Развитие общества посредством обширной колонизации, особенно перед лицом общей для всех опасности, исходившей с востока, побуждало греческие племена к более тесному взаимодействию, развило в них чувство национального единства. Несомненно, ни одна из причин не повлияла в этом смысле на греков так сильно, как продолжительное противоборство с персами. Военная кампания Кира, подробно описанная Ксенофонтом в его романе «Анабасис», соединила греков, говоривших на разных диалектах, в одну большую армию, что способствовало развитию единого языка. Ввиду этого, предпосылки койне можно найти уже в таком изысканном аттическом литературном памятнике, как «Анабасис» Ксенофонта.
  • Религиозные взаимоотношения. Хотя в каждом греческом племени имелся свой племенной бог или боги, все же в народной среде жило некоторое чувство религиозного единства. Оно проявляло себя в частности в том, что наиболее могущественных божеств пантеона, особенно Зевса, почитали все племена. Верховные божества, которые могут считаться национальными, таким образом, послужили фактором единения народа. Этому особенно способствовало учреждение больших общенациональных празднеств в таких религиозных центрах как Олимпия, Делос и Дельфы. Надписи на всевозможных статуях и памятниках, воздвигнутых в этих городах, делались на всех основных диалектах, что знакомило племена с языками друг друга. Естественно, что у людей, которые периодически собирались вместе на эти праздники из всех уголков широко раскинувшейся Эллады, возникало естественное стремление к общему языку. Данный фактор, несомненно, был весьма существенен для образования койне.
  • Завоевания Александра Македонского. Процесс стирания диалектных различий и становления единого греческого языка пошел особенно быстро в эпоху Александра (334-320 гг. до н.э.). Соединение представителей всех греческих племен в армии Александра Македонского привело к тому, что общеупотребительный греческий язык обрел зрелость, а широкое внедрение греческой культуры под руководством Александра способствовало распространению этого общего языка по всей территории Македонской империи. Когда Рим завоевал эти эллинизированные территории, он в свою очередь, сам подвергся эллинизации, и, таким образом, весь цивилизованный мир воспринял греческое койне. Поэтому Апостол Павел, обращаясь к людям, населявшим политический центр латинского мира, мог писать на греческом языке великолепные вероучительные трактаты, а римский император Август вынужден был сделать надпись по-гречески на своей официальной печати (см. D. B. S. 243).

 

Теперь мы кратко охарактеризуем два оставшихся периода развития греческого языка.

  • Византийский период простирается с 330 г. по 1453 г. Он начинается с раздела Римской империи, и развитие греческого языка здесь в большой степени зависело от прочности Константинопольского престола.
  • Современный период начинается с 1453 г. и продолжается вплоть до настоящего времени. В данный этап происходит становление языка, который сегодня можно услышать на афинских улицах. Поразительно, что этот язык гораздо ближе к языку Нового Завета, чем к языку произведений Еврипида и Платона.

Греческий язык Нового Завета

Было время, когда ученые, работавшие с оригиналами Нового Завета, рассматривали его греческий язык как особый язык Святого Духа, созданный божественным провидением для авторов Писания. Когда ошибочность этой концепции стала очевидной, появились две противоположные школы. Гебраисты утверждали, что Септуагинта и Новый Завет были написаны на библейском греческом языке с преобладанием еврейских и арамейских языковых форм; пуристы, напротив, доказывали, что в греческом тексте Священного Писания преобладали нормы классического греческого языка. Но, начиная с 1825 г., труды Винера произвели революцию во взглядах новозаветных толковательных школ на эту проблему. В конце концов, в результате исследований Дейссмана в Германии, Моултона в Англии и Робертсона в США вопрос был окончательно решен в пользу того, что греческий Нового Завета - это просто один из образцов разговорного греческого языка первого века, то есть, греческое койне. Вдохновленные Богом авторы Нового Завета творили на обычном языке народа, чего и следовало ожидать.

Робертсон замечает, что среди ученых, занимавшихся греческим языком Нового Завета, мнение, отражающее общепринятый сегодня факт, что греческий язык Нового Завета есть не что иное, как народное
койне первого века высказывалось еще на полстолетия раньше. Тому способствовали свидетельства древних надписей и папирусов. Свидетельства надписей были обобщены не ранее 1887 г., и в этой новой области исследования первопроходцами стали Е. Л. Хикс и У. М. Рамсей (E. L. Hicks, W. M. Ramsay). Но полное принятие нового метода - достижение ХХ столетия. В этой сфере самые обширные изыскания провел, несомненно, Дейссман. Будущее также не сулит никакой другой точки зрения по вопросу происхождения и характера греческого языка Нового Завета (см. R. 31-48).

 

Литературные памятники койне

Поскольку греческий язык Нового Завета являлся общеупотребительным в тот период, когда создавалась эта части Библии, исследователю Нового Завета было бы интересно узнать, какие еще памятники этого языка, способные помочь в изучении новозаветного греческого, дошли до нас. Существует шесть типов такого рода памятников:

Литературное койне. Эпоха койне создала целую литературу, по своему языку куда более близкую к классической норме аттического диалекта, нежели Новый Завет. Это произведения Плутарха, Полибия, Иосифа Флавия, Страбона, Филона и др. (см. М. 25-26).

Папирусы. Этот архаичный писчий материал изготовлялся из папирусного тростника - египетского водного растения. Его использовали, начиная еще с глубокой древности вплоть до Византийского периода. И сегодня папирусы с текстами находят в Египте, где климатические условия благоприятствуют их сохранению. Они особенно важны для тех, кто изучает греческий язык Нового Завета, как ввиду разнообразия представленной на них литературы, так и по той причине, что их язык - это типичное койне. Они донесли до нас многие типы письменных памятников, начиная от образцов дружеской переписки и заканчивая специальными текстами, например, юридически оформленные договоры. Тем не менее, среди них немного образцов произведений литературы, собственно литературы, таких

Библейский греческий. Мы все же говорим о языке Нового Завета и Септуагинты как о «библейском греческом», но не потому, что это отдельный язык, или даже диалект, а потому, что он обладает определенной специфичностью и представляет интерес сам по себе. Действительно, после выхода эпохальных трудов Дейссмана термин «библейский греческий» может вызывать некоторое смущение, однако верно и то, что у данного термина есть свое место в филологической науке. Причем адекватность термина следует уже из одного факта существования литературы, отмеченной уникальными качествами и представляющей исключительный интерес. Таким образом, следует признать справедливым, что Новый Завет и Септуагинта демонстрируют нам специфическую разновидность койне. Эти произведения по своим литературным достоинствам превосходят обычный уровень папирусных текстов, хотя еще и не достигают классического стандарта аттических писателей. Итак, принимая во внимание предостережения Дейссмана и следуя его выводам, нам, тем не менее, небесполезно будет учитывать специфический характер библейского греческого языка.

как поэма или научный трактат. В большинстве своем это личные письма, договоры, завещания, судебные протоколы, государственные документы и т.д. В них представлен язык обычных людей, и именно на этом языке был написан Новый Завет (см. D., P.G.B. 23-33; M. 27-28; и, особенно, Словарь религии и этики Гудспида (Goodspeed in Mathews-Smith: Dictionary of Religion and Ethics), стр. 324).

Надписи. По сравнению с папирусами, ареал распространения надписей куда шире. Их больше всего там, где находились крупные центра средиземноморской цивилизации. Надписи находят «как в их первоначальном местоположении, так и лежащими под руинами и грудами развалин" (D., P.G.B. 17 и далее). Обычно надписи представляют собой эпиграфы или заметки, вырезанные на каменных плитах для официальных, гражданских или мемориальных целей. Формально-литературный характер свойственен им в большей степени, чем папирусам. Тем не менее, надписи ценны более в историческом, чем в литературном отношении. Выдающиеся работы сэра Уильяма Рамсея по исторической критике Нового Завета широко использовали богатый материал надписей (см. D., P.G.B. 17­23; M. 28-29).

Остраконы. Остраконами называют обломки глиняной посуды (фрагменты разбитых кувшинов или других глиняных сосудов), использовавшиеся людьми из низших слоев общества, для памятных заметок, расписок и т.п. «Будучи языковой летописью низших классов, эти простые тексты на осколках сосудов способствовали выяснению многих деталей языкового характера нашей Священной Книги - той самой Книги, которая написана не образованными, а простыми людьми из народа - людьми, которые сами признавали, что носят свои сокровища в глиняных сосудах (2 Кор. 4:7). Таким образом, по своей ценности для нас скромные остраконы подчас сопоставимы с папирусами и надписями» (D., P.G.B. 35). Полезно, однако, привести также следующее наблюдение Моултона: «не следует делать вывод, ... что новозаветные писатели во всем были подобны малообразованным писцам» (M. 28; см. D., P.G.B. 17-23; R. 21).

(6) Современный греческий. Только в XIX в. ученые осознали значимость взаимосвязи между современным греческим языком и койне - это открытие совершено в 1834 г. Эта взаимосвязь вытекает из того факта, что современный греческий язык следует скорее возводить к койне, нежели к аттическому диалекту, чего, конечно, и следовало ожидать. Народный говор вообще является решающим фактором, определяющим направление эволюции языка. Само собой разумеется, что действительной основой того греческого, на котором сейчас говорят в Афинах, является язык, представленный в Новом Завете, а не классический язык Эсхила или аттические стилизации Полибия. Моултон здесь цитирует Хацидакиса (Hatzidakis), современного греческого языковеда, который утверждает, что «язык, на котором обычно говорят сегодня в городах, в меньшей степени отличается от общеупотребительного языка эпохи Полибия, чем последний отличается от языка Гомера" (см. М. 29 и далее).

Дейссман считает надписи особенно значимыми в том, что касается свидетельств о греческом языке Нового Завета. Папирусам он, напротив, отводит важное, но не первостепенное место (B. S. 80 и далее).
Моултон со своей стороны считает, что наиболее важным источником информации о греческом языке Нового Завета (М. 27 и далее) является частная переписка, сохранившаяся именно на папирусах. Библейский греческий не могли понять до изучения указанных памятников. Робертсон, в свою очередь, цитирует 186 слов, ранее считавшихся характерными для библейского греческого и которые, как показали папирусы и надписи, на самом деле были общеупотребительными (R. 65 и далее). Дейссман приводит свой список из 17 слов (B. S. 83), а затем пускается в детальные рассуждения относительно многих других слов, которые, по его наблюдению, употреблялись в первом столетии (B. S. 86 и далее). В целом, Моултон, возможно, более прав, придерживаясь мнения, что папирусы представляют собой наиболее важный источник информации о греческом языке Нового Завета.

Виды койне

Как и любой язык, который является одновременно и языком литературы, в греческом койне налицо различия между разговорным и письменным языком. Ввиду этого различают два вида койне:

  • Литературное койне за пределами Библии представлено большинством имеющихся надписей и некоторым количеством папирусных текстов.
  • Разговорное койне представлено в основном папирусами, остраконами и подавляющим большинством текстов Библии. Однако Евангелие от Луки и Послание к Евреям ближе стоят к литературной разновидности койне.

Моултон так пишет о литературном койне: «Писатели послеклассической эпохи следовали аттической норме в меру своих возможностей, обычно в изобилии примешивая к ней грамматические или лексические элементы, взятые из разговорного языка, к которому они питали слишком глубокое презрение, чтобы дать ему какое-либо наименование», и далее он замечает в связи с порицанием ими разговорного языка как «плохого греческого»: «таким образом, эти авторы невольно обогащали нас информацией о том греческом, который интересует нас более, нежели так высоко ценимый ими искусственный аттический» (М. 24-26). В связи с этим, литературное койне по большей части представляет собой неуклюжую и неудачную попытку восстановить классический тип и идиоматику аттического языка. И будучи таковым, оно не является ни хорошим аттическим языком, ни хорошим койне.

 

Иноязычные элементы в Новозаветном греческом

Жизнь народа, в среде которого появился Новый Завет, была подвержена влиянию
множества исторических реалий. Одним из тех факторов, которые воздействовали на язык
наиболее сильно, была эллинистическая культура. Однако не только она нашла свое отражение в новозаветном греческом. Авторами Нового Завета были евреи (возможно, исключая Луку), что, естественно порождает в нас ожидание увидеть в тексте следы воздействия их родного языка. Кроме того, Новый Завет был создан на территории, политический подвластной Риму - государству, где говорили на латыни. Таким образом, вполне закономерным является тот факт, что в языке Нового Завета мы сталкиваемся с гебраизмами и латинизмами.

(1)   Гебраизмы. В Новом Завете, несомненно, присутствуют элементы иврита. Это связано, прежде всего, с воздействием древнееврейского языка Ветхого Завета и Септуагинты. Кроме того, поскольку арамейский был разговорным языком Палестины, возможно, что текст Нового Завета подвергся незначительному воздействию и со стороны этого языка. Многие полагают, что Лука располагал литературными источниками для своего Евангелия, написанными на арамейском. В виду наличия нескольких каналов влияния иврита на язык Нового Завета, количество гебраизмов в нем порой преувеличивалось. В действительности, они наличествуют в тексте, но в небольшом числе.

В языке Нового Завета Моултон обнаруживает три момента, связанных с воздействием семитского окружения: (1) слова, проецирующие семитскую фразеологию; (2) семитизмы в синтаксисе; (3) семитизмы, являющиеся результатом перевода текста с древнееврейского или арамейского на греческий язык. Моултон во всех деталях обсуждает тот факт, что семитизмы преобладают в произведениях Луки, и объясняет это двумя причинами: (1) использованием грубых греческих переводов с семитских оригиналов; (2) литературной адаптацией стиля Септуагинты. Моултон указывает, в частности, на паратактическую конструкцию с кса как на вероятный результат семитского влияния, поскольку она имеет параллели в лице консекутивной конструкции с вав в иврите.

Вводная конструкция кк1 kyivexo вероятно, является отражением в греческом ТН (M. 10-18). Дейссман связывает такого рода семитизмы в Новом Завете с особенностями религиозной фразеологии, «которая и напоминала фразеологию наших проповедей или христианских журналов» (цитируется в М. 18). В целом Дейссман расценивает семитское влияние на Новый Завет как фактор исключительной значимости и называет Септуагинту «матерью новозаветного греческого языка» (см. P.G.B. 8-15). Дело, однако, в том, что Септуагинту уже можно считать не в такой степени стопроцентно семитской, как это предполагалось ранее. И хотя Кониберг и Сток приводят восемьдесят один пример семитизмов в грамматике (Избранные отрывки из Септуагинты (Conybeare, Stock: Selections from the Septuagint), тщательное их исследование в свете существующих данных о койне показывает, что пятьдесят три из них - типичные для греческого языка обороты, а оставшийся список из двадцати восьми, будет, возможно, сокращен при дальнейшем изучении койне. То есть, текст Септуагинты, по крайней мере, на шестьдесят пять процентов - это греческий язык того времени, в которое она создавалась. «Таким образом, мы приходим к осознанию того, что мы слишком преувеличивали количество гебраизмов и арамеизмов в греческой Библии" (P.G.B. 52; см. также R. 88-108).

(2)   Латинизмы. Они - результат римского влияния: это в основном личные имена, названия должностей, учреждений и т.д. Число латинизмов невелико даже в сравнении с гебраизмами.

Моултон полагает, что латынь едва ли могла повлиять на библейский греческий. Ученый допускает, что в Новом Завете встречаются слова, заимствованные из латыни, но что касается грамматики (по-настоящему жизненно-важного аспекта языка), то здесь латинское влияние на новозаветный греческий совершенно ничтожно. «Опуская ряд лексических моментов, можно сказать, что латынь не повлияла на новозаветный греческий» (М. 21). Робертсон приводит исчерпывающий список латинских слов Нового Завета, общее число которых - тридцать два (причем одно из них вызывает сомнения). Указывает он также на четыре латинских фразеологизма (см. R. 108-111). Итак, придерживаясь в целом взгляда Моултона на грамматику Нового Завета, и считая ее свободной от влияния латинского языка, все же следует признать наличие латинизмов и учитывать этот факт при изучении новозаветного греческого языка.




[1]В настоящее время такое деление устарело: языки, которые автор относит к скифской семье, обычно теперь разделяют на две семьи - алтайскую (тюркские языки) и уральскую (финно-угорские). См. Краткая географическая энциклопедия. М., 1966, т. 5, с. 272. Прим. редактора.

[2]Современные ученые обычно говорят о единой семито-хамитской семье. Прим. редактора.

[3]Современное языкознание выделяет семью Банту, семью Манде, нилотскую и готтентотскую семьи, а также ряд других семей и групп. Прим. редактора.

[4]В настоящее время, после расшифровки М. Вентрисом и Дж. Чендвиком линейного письма крито-микенских табличек (1952) наука получила немало сведений и о до-гомеровском греческом (XV - XIV вв. до н.э.)

 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 9.8 (10 votes)
Аватар пользователя Павел