Фирсов - Власть и огонь

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомитьсявступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Фирсов Сергей Львович - Власть и огонь - Церковь и советское государство: 1918 - начало 1940-х гг.. Очерки истории
Любому непредвзятому исследователю давно было ясно, что между лидерами обновленцев А.И. Введенским, В.Д. Красницким и «иже с ними», с одной стороны, и сотрудниками ГПУ - с другой, существовала прочная связь. Связь эта была столь очевидна, что ее не всегда и скрывали.
 
Характерно, что интересовавшийся ранней историей обновленчества А.Э. Краснов-Левитин, «диакон» «митрополита» А.И. Введенского, в 1940-х годах (во время войны) наивно сказал своему «архиерею»: «За всем ходом событий в мае 1922 года (когда Патриарх Тихон был отстранен от власти и руль церковного корабля был похищен «революционными» священниками. - С. Ф.) чувствуется чья-то дирижерская палочка». Введенский сразу же согласился, подчеркнув, что «было место, в котором делалась религиозная погода».
 
Теперь, после издания «Архивов Кремля», намеки Введенского, равно как и догадки историков, получили документальное подтверждение. Стало совершенно ясно, что большевики рассчитывали использовать оппозиционное Патриарху Тихону духовенство в роли «троянского коня», которого хотели ввести в институциональную Церковь для ее разрушения. При этом власти не заблуждались относительно будущего «революционных» батюшек в советской стране. В совершенно секретной записке от 30 марта 1922 года, адресованной членам Политбюро ЦК РКП (б), Л.Д. Троцкий отмечал намечающиеся два течения в Русской Церкви: «открыто контрреволюционное с черносотенно-монархической идеологией и - "советское". Идеология "советского" духовенства, - писал Троцкий, - по-видимому, вроде сменовеховской, т. е. буржуазно-соглашательская». Он полагал, что «сменовеховское духовенство» -опаснейшей враг завтрашнего дня, но «сегодня» оно выгодно власти. А раз так - на него необходимо опереться, «не ангажируясь политически, а тем более принципиально». Но запоздалую «реформацию» записка Троцкого не предусматривала: церковные попутчики нужны были большевикам лишь для решения своих стратегических планов. Именно поэтому Троцкий предлагал всячески содействовать «сменовеховскому» духовенству, ибо «нет более бешеного ругателя, чем оппозиционный поп».
 

Фирсов Сергей Львович - Власть и огонь - Церковь и советское государство: 1918 - начало 1940-х гг. - Очерки истории

Москва: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет, 2014 г. - 474 с.
ISBN 978-5-7429-0441-0
 

Фирсов Сергей Львович - Власть и огонь - Церковь и советское государство: 1918 - начало 1940-х гг.. Очерки истории - Содержание

Предисловие
Часть первая. К истории декрета об отделении церкви от государства
  • Декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церквив мнениях и оценках современников и исследователей (1918-1991 гг.)
Часть вторая. От Октябрьской революции к Великой Отечественной войне: церковно-государственные отношения в Советской России
  • «Красная газета» как источник по истории церковно-государственных отношений и формирования антирелигиозной идеологии эпохи Гражданской войны (1918-1920 гг.)
  • Атеист Лев Троцкий. К характеристике религиозных взглядов главного идеолога мировой революции
  • «Еврейский вопрос» в контексте русской религиозной мысли и церковной исюрии 1917-1920-х гг. Социально-психологические аспекты проблемы
  • Безбожная пресса СССР накануне Великой Отечественной войны. (Некоторые замечания к вопросу об отношениях церкви и государства в 1937 – 1941 гг.)
Часть третья. Портреты обновленческих иерархов
  • «Романтик Православия». К характеристике обновленческого «митрополита» Александра Введенского
  • «Рабочий батюшка». Штрихи к портрету обновленческого «митрополита» Александра Ивановича Боярского
  • Апостат. История жизни и деятельности вывшего обновленческого «митрополита» Николая Федоровича Платонова
Приложения
  • Власть и верующие: из церковной истории начала 1920-х годов. По материалам архива ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области
  • Документ
  • Епископ Андрей Уфимский. О радостях митрополита Сергия
Прибавление
  • Церковно-историческая наука в 1990-2010-е гг. Историографический обзор основных работ и публикаций, посвященных советскому периоду

Фирсов Сергей Львович - Власть и огонь - Церковь и советское государство: 1918 - начало 1940-х гг.. Очерки истории - Предисловие

 
В течение последних двадцати лет церковные ученые много сделали для изучения чрезвычайно непростой и трагической истории Православной Церкви советского периода. Новейшая история Русской Православной Церкви стала для отечественных исследователей одной из приоритетных тем, что случайным назвать никак нельзя. «Перестройка» и «гласность» позволили ученым не только познакомиться с ранее запретными материалами партийных и государственных архивов, но и по-новому, без идеологической пристрастности, взглянуть на советскую схему церковно-государственных отношений, базировавшуюся на утверждении об изначальной «реакционности» Церкви, не желавшей признавать «самое передовое в мире» государство рабочих и крестьян и стремившейся повернуть «колесо истории» вспять, заявить об откровенной надуманности этой схемы. Сложившаяся в годы господства «единственно правильного» учения, эта схема предусматривала предельно простую характеристику дореволюционной политики Русской Церкви как политики безоглядной поддержки господствующих классов, отказаться от которой её заставило только опасение лишиться поддержки верующих, приветствовавших новый «справедливый» строй. Последнее обстоятельство мне представляется даже более важным, чем исключительное расширение источниковой базы. Противопоставление «трудового народа» и «церковников» достаточно рано стало общим местом в работах советских авторов, утверждавших, что благие цели новой власти клерикальные деятели встречали в штыки по причине своей «классовой сущности». Соответственно, получалось, что, борясь с «церковной контрреволюцией», большевики боролись не против свободы совести и верующих, а против классового врага, не желавшего поступаться старыми привилегиями.
 
Заявляя о «народности» Советской власти, коммунистические авторы и внутреннюю церковную жизнь рассматривали, прежде всего, преимущественно как борьбу закоренелых «антисоветчиков в рясах» и «рясоносных» сторонников компромисса. Подобная схема позволяла, не особо акцентируя внимание на многочисленных фактах, разрушавших цельность построения, свысока говорить о «тихоновщине», объяснять причины ареста Местоблюстителя Патриаршего Престола митрополита Петра (Полянского), действия обновленцев и мероприятия митрополита Сергия (Страгородского). Говоря о «внутрицерковных распрях и расколах», можно было объяснять этим «отход верующих» от религии, их разрыв с Церковью и, как следствие, без зазрения совести указывать на правомерность уменьшения числа действующих храмов в городах и селах страны.
 
Ныне, как мне кажется, разоблачать подобные утверждения необходимости нет: все было гораздо сложнее и драматичнее. Разумеется, в советское время не писали о массовых репрессиях в отношении духовенства и верующих, отказывались признавать ошибочность (тем более - преступность) церковной или, лучше сказать, антицерковной политики коммунистической власти. Прежние клише, к счастью, остались уделом немногих, идеологическая ангажированность в основном ушла в прошлое. Но преодолена ли опасность создания новых клише, новых схем?
 
На этот вопрос, полагаю, нельзя ответить однозначно. Многолетние привычки давать на сложные вопросы ясные и однозначные ответы не изживаются за несколько лет, даже за два десятилетия их преодолеть оказывается нелегко. Смена знаков вовсе не есть новый методологический подход. Именно поэтому при разговоре о Русской Церкви и церковно-государственных отношениях, имевших место в царской России и в СССР, для меня всегда было важно удержаться от максималистических оценок, поменяв старые «минусы» на новые «плюсы». Особенно, когда речь заходила об истории первых лет Советской власти.
 
В течение 2000-х я неоднократно обращался к исследованию различных аспектов глобальной темы церковно-государственных отношений в СССР, занимался изучением генезиса «сергианства» на фоне русской православной традиции XX века.
 
Представляемые ныне вниманию заинтересованного читателя «Очерки истории...» есть результат достаточно долгой работы. Название характеризует книгу в целом: ее нельзя рассматривать как последовательный рассказ о церковно-государственных отношениях 1918 -начала 1940-х годов или как систематическое изложение церковной истории указанного периода. В книге собраны и исправленные, существенно дополненные работы, опубликованные мною в течение последнего десятилетия, и специально написанные для настоящего издания. Все они объединены общей темой, вынесенной в заголовок - «Церковь и власть в советскую эпоху». Тема эта широка и многогранна, рассмотреть все ее аспекты возможности не было, да и цель такая не ставилась. Цель была менее амбициозна: дать материал, который помог бы будущим исследователям лучше понять некоторые важные, на мой взгляд, аспекты указанной глобальной темы.
 
Книга состоит из трех частей. Первая - историко-историо-графическая, посвящена изучению знаменитого ленинского декрета об отделении Церкви от государства. В ней речь идет о восприятии документа как современниками, так и исследователями, преимущественно отечественными, начиная с 1918 года и заканчивая 1991-м, последним годом существования СССР. Мне казалось важным проследить, как формировалось и трансформировалось отношение к декрету на протяжении всех лет Советской власти - и в церковной, и в светской историографии. Это представлялось тем более важным, что зачастую «форма» подачи материала с той или иной идеологической позиции влияет на восприятие его «содержания».
 
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя warden