Ковельман, Гершович - Образ и символ

А.Б. Ковельман, Ури Гершович - Образ и символ в иудейской, христианской и мусульманской традиции
Камень упоминается в Библии довольно часто, но отнюдь не как отражение облика тех мест, в которых протекала священная история.
 
Образ камня в тексте многогранен, причем большинство его граней имеет отношение не столько к реальности земной, естественной, сколько к реальности сверхъестественной, божественной, а сам образ несет большую символическую нагрузку. Чаще всего камень упоминается в контексте отношений Бога и человека — он поднят до уровня избранного материала, перекликающегося с концепцией избранного народа.
 
Образ камня в Библии распадается на три отчетливо выделяющихся мотива: камень как таковой, драгоценный камень и побиение камнями, — каждый со своей символикой и ассоциациями.
 
Все три берут свое начало в Пятикнижии. Первые упоминания каждого мотива связаны с одной из трех фигур, значение которых в библейской истории трудно переоценить:
 
– камень как таковой соотнесен с Иаковом;
– драгоценный камень — с Иосифом.
 

А.Б. Ковельман, Ури Гершович - Образ и символ в иудейской, христианской и мусульманской традиции

 
Москва: «Индрик», 2015 г. — 392 с.
ISBN 978-5-91674-363-0
 

А.Б. Ковельман, Ури Гершович - Образ и символ в иудейской, христианской и мусульманской традиции - Содержание

 
Предисловие 
  • Д. В. Фролов (Москва) Образ камня в Пятикнижии: Бытие  
  • Н. В. Брагинская (Москва) Происхождение хануккальной лампы в свете новейших открытий в Галилее
  • А. Б. Ковельман (Москва), Ури Гершович (Иерусалим) Путь бога и путь Израиля. Символика трактата Мишны и Талмуда «Моед катан»  
  • Л. С. Чаковская (Москва) К вопросу о динамике взаимоотношений между образами храмового семисвечника (меноры) и креста в поздней античности  
  • А. М. Лидов (Москва) Иудео-христианская икона света: от сияющего облака к вращающемуся храму
  • Ш. М. Шукуров (Москва) Письмо и орнамент: мнемоническая трансформация и принцип отношения к этноцентричной памяти  
  • С. Г. Парижский (Москва) Учение о фигуративной речи Моше ибн Эзры (XII в.)  
  • Р. М. Шукуров (Москва) От символа к метафоре: христианские иконные образы и мусульманская анатолийская традиция
  • М. А. Бойцов (Москва) Помазание на царство: от Саула до Штауфенов и далее  
  • М.В. Дмитриев (Москва) «Разум духовный» в посланиях старца Артемия (середина XVI века): понятие или метафора?  
  • Борис Хаймович (Иерусалим) Визуальные метафоры как способ художественного мышления в еврейской традиционной культуре  
  • Л. Ф. Кацис (Москва) Иерусалимский храм и храмовая жертва в русской мысли 1900-х — 1910-х годов  
  • Семен Гольдин (Иерусалим) «Еврей» как «другой»: образ еврея в текстуальных и визуальных дискурсах в России и Польше  

А.Б. Ковельман, Ури Гершович - Образ и символ в иудейской, христианской и мусульманской традиции - Предисловие

 
Культура живет углублением смысла. Сплющивание, примитивизация смысла есть энтропия культуры. Метафора превращается в идиому, философское открытие — в схему, наука — в собрание банальностей. Банальность прикидывается глубокой, фундаментальной, оригинальной и даже экстравагантной. Но читатель сразу различает ее по родовому пятну: по зевотной скуке. В пестрых обложках постмодернистских журналов она столь же скучна, как и в марксистско-ленинском или патриотическом варианте. Банальность не добавляет ничего к смыслу, она лишь украшает (или обедняет) его предикатами — это заметил еще Гегель в знаменитом предисловии к «Феноменологии духа». Один из способов углубления смысла — обращение к мифу и поэзии, нахождение за стертыми образами и символами сложной и разветвленной традиции. В этом сборнике речь пойдет о трех традициях — иудейской, христианской и мусульманской. Они выросли из общих корней и переплелись ветвями и листьями. И они часто не видят друг друга, различая в «другом» только оборотную сторону самого себя. У христианства есть «свой иудаизм», который есть не что иное как «другой» христианства. Так же обстоит дело и с пониманием иудаизма и христианства исламом, пониманием христианства и ислама иудаизмом.
 
Объективно за пределами «себя» нет «другого». Есть лишь разные «я» со своими языками, которые еще предстоит понять и перевести. Этот перевод кажется невозможным. Невозможно подобрать одинаковые слова для разных вещей, в особенности — для разных категорий вещей. Но если перевод невозможен, то возможно понимание. Более того, понимание приходит на путях совместного изучения трех традиций. И как нельзя изучать любой из славянских или германских языков изолированно, так нельзя понять изолированно символы и образы иудаизма, христианства и ислама. Сквозное же их понимание неимоверно углубляет смысл. Исследователь при этом является не хранителем-антикваром, а творцом культуры.
 
Речь идет не о сопоставительном, а именно о «сквозном» исследовании. История воспринимается как единый процесс, в котором враждебные и соперничающие традиции пересекаются друг с другом, используя общее наследие и общие достижения. Элементы сквозного изучения иудаизма, христианства и ислама были уже в XIX столетии, даже ранее. Исследователи христианства привлекали Талмуд и трактаты Филона. Исследователи иудаизма не могли обойтись без Нового Завета, без мусульманской философии. Изучение Корана было невозможно без знания аггады и Нового Завета. И все же господствовал апологетический подход. Каждая из традиций стремилась представить другие культуры «пройденными», «превзойденными» или уклоняющимися в сторону от генеральной линии исторического развития. Только в последние десятилетия возобладал более объективный и многофокусный метод исследования. Произошло это на фоне осмысления Холокоста, на фоне различных гражданских и национальных движений второй половины двадцатого столетия. Этот метод исследования каждый раз вновь и вновь должен преодолевать сопротивление враждебных ему тенденций, отвоевывая пространство для смысла.
 
Сквозной подход к изучению культур легче всего осуществить в исследовательских группах, составленных из специалистов, чувствующих себя своими в разных культурах, подготовленных к многоаспектному пониманию смысла. Такого рода группа была создана в 2013 году в Еврейском музее и Центре толерантности в Москве. Семинары этой группы послужили основой для международной конференции, которая проходила в Еврейском музее 2–3 марта 2014 г. и называлась «Образ и символ в иудейской, христианской и мусульманской. Этот сборник создан по материалам конференции.
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (6 votes)
Аватар пользователя warden