Льюис - Космическая трилогия

Клайв Стейплз Льюис - Космическая трилогия
«Добро и зло: ключ к пониманию Вселенной», – объявили по радио «Таймс».
 
Каждую среду, начиная с августа 1941 года, по Би–Би–Си транслировалась пятнадцатиминутная передача из Лондона. В ней звучал голос к. С. Льюиса. Директор отдела религиозных передач на Би–Би–Си доктор Джеймс Уелш внимательно отнесся к книге Джека «Страдание». Он почувствовал, что из Льюиса может получиться талантливый ведущий. Директор не ошибся.
 
«Послушайте‑ка эту передачу! – говорил хозяин бара, погромче включая радио в зале, набитом солдатами. – Это стоит послушать». И люди сидели молча до конца программы.
 
Низкий голос Джека звучал во всех уголках Великобритании и рассказывал с христианских позиций о вере и надежде, грехе и прощении. Рассказывал ярко, логично и убедительно. Шла война, и многие люди теряли надежду. Джек помогал вновь обрести ее. Сама манера речи заставляла вслушиваться в его слова. В то нелегкое время он обращался к народу со словами:
 
«Отдайте себя, и вы обретете свое подлинное «я». Пожертвуйте жизнью – и вы спасете ее. Отдайте каждую частицу своего существа, и вы найдете жизнь вечную… Ищите Христа, и вы найдете Его, и «все остальное приложится вам»».
 
В передаче «Ошеломляющая альтернатива» Клайв Льюис бросал вызов всем нехристианам. Он спрашивал: был ли Иисус просто хорошим человеком, учителем нравственности, пусть даже великим учителем? Или, как Он Сам утверждал, Он являлся Сыном Божьим?
 
Льюис считал, что есть только три варианта ответа на вопрос, кто же Христос на самом деле. Его следует признать Сыном Божьим, сумасшедшим или порождением ада. Каждый должен сделать свой выбор. Этот выбор совершается и в наши дни.
 
«Космическая трилогия»  - вершина творчества Клайва Льюиса. В "Хрониках Нарнии" битва между добром и злом происходит в вымышленной стране, а в «Космической трилогии» поле сражения — вся Солнечная система.
 
 

Клайв Стейплз Льюис - Космическая трилогия

 
Эксмо, Домино, Москва, СПб. 2011
ISBN    978-5-699-46484-5
 
За пределы Безмолвной планеты
Роман впервые опубликован в 1938 г. Перевод выполнен С. Кошелевым (главы I–XII), М. Мушинской (главы XIII–XVIII), А. Казанской; под ред. Н. Трауберг (главы XIX–XXII, Постскриптум) по изданию: Lewis C. S. Out of the Silent Planet. Lnd., 1976.

Переландра

Роман впервые опубликован в 1943 г. Также печатался под названием «Voyage to Venus (Perelandra)». Перевод выполнен Л. Сумм по изданию; C. S. Lewis. Perelandra. New York, 1962; подготовлен к изданию при участии Н. Трауберг.
 
Мерзейшая мощь
Роман впервые издан в 1945 г. Перевод выполнен Н. Трауберг по изданию: C. S. Lewis. That Hideous Strength. A modern fairy-tale for grown-ups. Lnd., 1955.
 

Клайв Стейплз Льюис - Космическая трилогия - Содержание

 
За пределы Безмолвной планеты
Переландра
Мерзейшая мощь

    Глава I Продажа университетской земли
    Глава II Обед у проректора
    Глава III Бэлбери и Сэнт-Энн
    Глава IV Ликвидация анахронизмов
    Глава V Гибкость
    Глава VI Туман
    Глава VII Пендрагон
    Глава VIII Луна над Бэлбери
    Глава IX Голова сарацина
    Глава X Захваченный город
    Глава XI Требуется Мерлин
    Глава XII Ненастная ночь
    Глава XIII Они обрушили на себя небо
    Глава XIV «Жизнь — это встреча»
    Глава XV Боги спускаются на Землю
    Глава XVI Банкет в Бэлбери
    Глава XVII Венера у Святой Анны
 

Клайв Стейплз Льюис - Космическая трилогия - Мерзейшая мощь - Венера у Святой Анны - 7

 
Задолго до усадьбы Марк увидел, что с ним или со всем прочим что‑то творится. Над Эджстоу пылало зарево, земля подрагивала. У подножия холма вдруг стало очень тепло, и вниз поползли полосы талого снега. Все скрыл туман, а там, откуда зарева не было видно, Марк различил свечение на вершине холма. Ему все время казалось, что навстречу бегут какие‑то существа – должно быть, звери. Возможно, то был сон; возможно, конец света; возможно, сам он уже умер. Однако он чувствовал себя на удивление хорошо. Правда, душа его была не совсем спокойна.
 
Душа его не была спокойна, ибо он знал, что сейчас увидит Джейн и случится то, что должно было случиться много раньше. Лабораторный взгляд на любовь, лишивший Джейн супружеского смирения, лишил и его в свое время смирения влюбленности. Если ему и казалось иногда, что его избранница «так хороша, что смертный человек не смеет прикоснуться к ней», он отгонял такие мысли. Они казались ему и нежизненными, и отсталыми. Попытался он отогнать их и сейчас. В конце концов, они ведь женаты! Они современные, разумные люди. Это же так естественно, так просто…
 
Но многие минуты их недолгого брака вспомнились ему. Он часто думал о том, что называл «ее штуками». Теперь наконец он подумал о себе, и мысль эта не уходила. Безжалостно, все четче взору его открывался наглый самец с грубыми руками, топочущий, гогочущий, жующий, а главное – врывающийся туда, куда не смели вступить великие рыцари и поэты. Как он посмел? Она бела, словно снег, она нежна и величава, она священна. Нет, как он посмел? И не знал, что совершает святотатство, когда был с ней таким небрежным, таким глупым, таким грубым! Сами мысли, мелькавшие иногда на ее лице, должны были уберечь ее от него. Она и хотела огородиться ими, и не ему было врываться за ограду. Нет, она сама впустила его, не зная, что делает, а он, как последний подлец, воспользовался этим. Он вел себя так, словно заповедный сад по праву принадлежит ему.
 
Все, что могло стать радостью, стало печалью, ибо он поздно понял. Он увидел изгородь, сорвал розу, нет, хуже, порвал ее грязными руками. Как он посмел? Кто его простит? Теперь он знал, каким его видят равные ей. Ему стало жарко. Он стоял один в тумане.
 
Слово «дама» было для него всегда смешным и даже насмешливым. Он вообще слишком много смеялся. Что ж, теперь он будет служить ей. Он ее отпустит. Ему было стыдно даже подумать иначе. Когда прекрасные дамы в сверкающем зале беседуют с милой важностью или нежной веселостью о том, чего ему и знать не дано, как не радоваться, если их оставит грубая тварь, которой место в стойле? Что делать с ними, если даже его восхищение может оскорбить их? Он считал ее холодной, а она была терпеливой. От этой мысли ему стало больно. Теперь он любил Джейн, но поправить не мог ничего.
 
Мерцающий свет стал ярче. Взглянув наверх, он увидел женщину у двери – не Джейн, совсем другую, очень высокую, выше, чем может быть человек. Свет шел от нее. На ней пламенело медно‑красное платье. Лицо ее было загадочным, слишком спокойным, немыслимо прекрасным. Она открыла дверь. Он не посмел ослушаться («Да, – сказал он, – я умер») и вошел в невысокий дом. Там невыразимо сладостно пахло, пылал огонь, у широкого ложа стояли вино и угощение.
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя esxatos