Марнов - Три блудных сына

Сергей Марнов - Три блудных сына
Три исторических повести -
 
колдун и юная христианка в Древнем Риме,
 
царь Иван Грозный,
 
советский работник –
 
три блудных сына - в роковую минуту они нашли в себе силы вернуться к Жизни и обрели Божью любовь и прощение.
 
 

Сергей Марнов - Три блудных сына

 
Эксмо, Москва, 2014
ISBN 978-5-699-76753-3
 

Сергей Марнов - Три блудных сына - Содержание

 
1 Non facio
1-26
Эпилог Пятьдесят лет спустя
2 Царь
  • Глава 1 Февраль 1570 года, Псков
  • Глава 2 20 февраля 1570 года, Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь
  • Глава 3 1579 год, Александрова Слобода
  • Глава 4 1581 год, Москва
  • Глава 5 1581 год, Полоцк, ставка Стефана Батория, короля Польского и великого князя Литовского
  • Глава 6 1581 год, Псков
  • Глава 7 1582 год, ставка Стефана Батория под Псковом
  • Глава 8 Конец 1582 года, Москва
  • Эпилог
3 Блаженная помоги!
 

Сергей Марнов - Три блудных сына - Эпилог - Пятьдесят лет спустя

 
– …Всех приверженцев зловредной и лживой секты, именующей себя Христианской Церковью, пытками принудить к принесению жертв божественному императору, августу Диоклетиану Юпитеру; божественному императору, августу Максимиану Геркулесу и всем истинным римским богам. Всех епископов, пресвитеров и диаконов христианских поместить в тюрьмы и пытать, пока не отрекутся от своих заблуждений, не принесут жертв и публично не обругают своего ложного бога. Все храмы христианские разрушить, книги их сжечь. Свидетельств христиан в суде не принимать, имущество их вывести из-под защиты римского закона. Подписали: август Диоклетиан, август Максимиан, цезарь Хлор, цезарь Галерий.
 
Глашатай читал этот текст с помоста непрерывно, копии эдикта были развешаны по всему Городу. Алтари с изображением божественных императоров-соправителей стояли повсюду, а рядом с ними – орудия пыток и палачи. Все было очень серьезно; чиновники на местах впервые за всю историю получили четкий и недвусмысленный приказ: христианство истребить, вычистить из империи без остатка. В отличие от прежних времен, христианам не предлагалось добровольно прийти, их тащили силой, сверяясь с заранее приготовленными списками; кого не удавалось схватить, того разыскивали. Но…
…В кресле на помосте сидел совсем старенький, но еще очень бодрый презид сенаторского достоинства. Он обязан был лично вести допрос христиан, он и выносил решения по каждому случаю. Все показания тщательно записывались и отправлялись в императорскую канцелярию.
 
– Следующий!
Два солдата поставили перед помостом угрюмого вида пожилого мужчину и остались стоять рядом с ним.
– Кто ты? – спросил презид.
– Тит Витрувий Ахала, булочник, свободнорожденный гражданин.
– Ты был диаконом христиан?
– Я!
 
– Пиши: он больше не диакон, сам сказал, – наклонился презид к секретарю. – Так и сказал!
– Я не… – вскинулся было Ахала, но тут же согнулся пополам от удара солдатского кулака.
– Не перебивай меня, отвечай точно на вопросы, и коротко, коротко! Устал я вас тут выслушивать, стар уже! Скажи: ты не сдал священных книг потому, что у тебя их нет?
– Нет, я…
 
– Пиши: нет у него никаких книг! Теперь – жертвоприношение…
Странная сцена разыгралась перед помостом. Дюжий легионер отработанным движением двинул булочника кулаком в живот, вдвоем с товарищем они потащили упирающегося мужчину к алтарю, причем один из солдат зажал подмышкой голову жертвы, так что Ахала мог издавать лишь придушенные звуки. Жрец коснулся куском мяса руки мужчины и швырнул его в огонь. В толпе послышались смешки:
– Эй, Ахала! Как тебе на родине?
 
– Тихо! – крикнул презид. – Будете шуметь – прикажу очистить площадь! Жертва принесена, отпустите его! Секретарь, запиши. Следующий!
Перед помостом поставили стройного, подтянутого старика, державшегося непринужденно, даже весело. В толпе старика узнали; послышались сочувственные возгласы.
– Тихо! – еще раз прикрикнул на толпу презид. – Кто ты?
 
– Марк Порций Катон, епископ христиан.
– Я тебя про епископа не спрашивал, так не полагается! Секретарь, не пиши!
– Хватит жульничать, презид. Скольких ты приказал казнить? Молчишь? Ни одного за все время действия указа, я выяснял. Подозрительно это. Тебя уберут и поставят какого-нибудь людоеда, все эти улицы кровью зальет. Сегодня надо обязательно вынести хоть один смертный приговор, больше тянуть нельзя.
– Но кому?
 
– Мне, конечно.
– Солдаты! Очистить площадь!
Толпа не сопротивлялась: никому не хотелось подставлять доброго презида.
– Ты тоже отойди, сынок, – сказал презид секретарю. – Старикам поговорить надо…
– Ты не узнал меня, презид? – спросил Катон, когда все разошлись.
– Как же… узнал, конечно. Одно имя чего стоит! Ты у меня девушку увел… славная такая девушка, с родинкой на шее…
 
Водянистые глаза старого сенатора глядели в прошлое, и глядели с удовольствием, а что слезились немного, так это от усталости… возраст!
– Из нее и старушка славная получилась, – прервал молчание Катон.
– Как она сейчас?
– Очень хорошо, спасибо! Казнили ее, еще до начала гонений. Пытали, перенесла все до конца и меня поддерживала. Очень по ней скучаю. Ничего, скоро увидимся!
Презид с изумлением уставился на Катона и пробормотал:
– Все-таки вы очень странные, сакрилеги… завидую.
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя esxatos