Шалев - Впервые в Библии - Чейсовская коллекция

Впервые в Библии - Меир Шалев
В Библии находим  многие «начала»: то, что происходило в первый раз, — первую любовь, первую смерть, первый смех, первый сон, — а также тех, что были избраны первыми испытать различные чувства: рождение первенца, первую ненависть, первый обман, — равно как и тех, кто удостоился звания первого в истории музыканта, царя, кузнеца или шпиона.
 
В этой книге рассказывается о нескольких таких «первых разах» в Библии, и от каждого из них я переходил к размышлениям о других, связанных с ним, сюжетах.
 

Меир Шалев - Впервые в Библии

 
Меир Шалев; Пер. с иврита Р. Нудельмана, А. Фурман
М.: Текст: Книжники, 2010. —413, [3] с.
ISBN 978-5-7516-0910-8 («Текст»)
ISBN 978-5-9953-0081-6
 

Меир Шалев - Впервые в Библии - Содержание

 
Предисловие
  • Первая любовь
    • «Ада и Цилла»
    • «Оба вместе»
    • «И она сделалась ему женою, и он возлюбил ее»
    • «В нашем месте так не делают»
    • «И взял Авраам еще жену»
  • Первый сон
    • «И лег на том месте и увидел во сне…»
    • «Если Бог будет со мной»
    • «Хлеб есть и одежду одеться»
    • «Не может быть»
    • «Как имя твое?»
    • «Отныне имя тебе будет не Иаков»
  • Первый царь
    • «Подобно прочим народам»
    • «Молодой и собою красивый»
    • Наложница в Гиве
    • «Не было царя у Израиля»
    • «Воин от юности своей»
    • «Пращею и камнем»
    • «Чей ты сын, юноша?»
    • «Подозрительно смотрел Саул на Давида»
    • «Разве мало у меня сумасшедших?»
    • «Благословен ты, сын мой Давид»
    • «Давид все более и более усиливался»
    • «От начала жатвы до того времени, пока не полились на них воды»
  • Первый плач
    • «Сын рабыни сей»
    • «Мы родственники»
    • «Отец мой! Благослови и меня»
    • «И возвысил голос свой и заплакал»
    • «Но Давид плакал более»
    • «Шел и все плакал и плакал»
  • Первые шпионы
    • «Пошли от себя людей»
    • «Понесли ее на шесте двое»
    • «И он следовал слову Моему»
    • «Иди, возьми»
    • «Двух соглядатаев тайно»
    • «Совет Ахитофела»
  • Первое животное
    • «Между семенем твоим и между семенем ее»
    • «От человека до скотов»
    • «И обонял Господь приятное благоухание»
    • «Лев начал рыкать — кто не содрогнется»
    • «Птичье гнездо»
    • «Кто разрушает ограду, того ужалит змея»
    • «Зло, которое видел я под солнцем»
    • «Сладок свет, и приятно для глаз видеть солнце»
  • Первая любящая
    • «Сто краеобрезаний Филистимских»
    • «Как отличился сегодня царь Израилев…»
    • «Иувидел с кровли купающуюся женщину»
    • «Пришли ко мне Урию»
    • «Там, где будет самое сильное сражение»
    • «И лежала бы у чресел твоих»
    • «Но царь не познал ее»
    • «А господин наш Давид не знает о том»
  • Первый Пророк
    • «Не пророк и не сын пророка»
    • «И было слово Господне к Ионе»
    • «Встань, иди в Ниневию»
    • «И встал Иона, чтобы бежать в Фарсис от лица Господня»
    • «Но Господь воздвиг на море крепкий ветер»
    • «И назначил Бог большую рыбу»
    • «И было слово Господне к Ионе вторично»
    • «И раздражен был Иона»
    • «Пророк, которого истинно послал Господь»
    • «Неужели это огорчило тебя так сильно?»
    • «Из жителей Галаадских»
    • «Отдай мне свой виноградник»
    • «Дух, который в тебе, пусть будет на мне вдвойне»
    • «Ни медведей, ни леса»
    • «Лучше мне умереть, нежели жить»
  • Первый смех
    • «Во время зноя дневного»
    • «Ни бесплодного, ни бесплодной»
    • «Плодитесь и размножайтесь»
    • «И сделались обе дочери Лота беременными»
    • «Когда она легла и когда встала»
    • «И наречено ему имя Фарес»
  • Первая ненависть
    • «И сделал ему полосатую рубашку»
    • «Что это за сон, который ты видел?»
    • «И нашел его некто»
    • «Спи со мною»
    • «И Господь был с Иосифом»
    • «Мудрее всех людей»
    • «Бог дал мне забыть весь дом отца моего»
    • «Я Иосиф»
    • «И пал на шею его»
  • Первый закон
    • «У дверей грех лежит»
    • «Перстом Божиим»
    • «Не будет у тебя других богов»
    • «Слушай, Израиль»
    • «Господь един»
    • «Не делай в оный никакого дела»
    • «Не желай»
    • «Ты не знаешь, то или другое будет удачнее»
 

Меир Шалев - Впервые в Библии - Предисловие

 
Первая книга Библии называется на иврите Берешит, «В начале», — таковы первые ее слова. Но хотя слова эти относятся в Библии только к сотворению мира, мы находим в ней и многие другие «начала»: то, что происходило в первый раз, — первую любовь, первую смерть, первый смех, первый сон, — а также тех, что были избраны первыми испытать различные чувства: рождение первенца, первую ненависть, первый обман, — равно как и тех, кто удостоился звания первого в истории музыканта, царя, кузнеца или шпиона.
Эти «первые разы» могут порой озадачить. Например, первая смерть в Библии — не естественная.
 
Первый плач — не плач новорожденного, и не слезы родителя, потерявшего сына, и не рыдания обманутого влюбленного; первый в Библии сон приснился второстепенному филистимскому царьку, а не какому-нибудь памятному историческому деятелю; первыми поцеловались не двое влюбленных, а сын с отцом, и поцелуй этот был не выражением любви, а знаком подозрения и способом проверки. И даже первое появление в Библии слова «любовь» связано не с любовью мужчины к женщине, или женщины к мужчине, или ребенка к матери, или матери к ребенку, — нет, первой была любовь отца к сыну.
 
В этой книге рассказывается о нескольких таких «первых разах» в Библии, и от каждого из них я переходил к размышлениям о других, связанных с ним, сюжетах, так что порой, наверно, слишком увлекался. Впрочем, я поставил себе за правило: каждый «первый раз», послуживший мне отправной точкой, должен быть назван в Библии своим именем. Поэтому первую любовь и первую ненависть, к примеру, я нашел не по указке комментаторов, а благодаря тому, что искал истории, в которых сами эти слова — «любовь» и «ненависть» — появляются впервые.
 
У меня уже была книга, посвященная Библии, — «Библия сегодня», недавно вышедшая по — русски вторым изданием. Я, однако, не пытаюсь заменить этими книгами чтение самой Библии и, уж разумеется, не претендую на это. Напротив, я настоятельно рекомендую читателям снова и снова перечитывать Первоисточник, всякий раз открывая новое, — в нем и в себе.
 
Меир Шалев
 
 

Меир Шалев - Впервые в Библии - Первая любовь

 
Как-то раз я попал в рыбачью деревню в Андаманском море. В отличие от обычных таких деревень, эта не тянулась вдоль берега, а плавала в открытом море. Ее дома были построены на заякоренных плотах, которые соединялись друг с другом канатами и деревянными переходами.
 
Деревня мирно качалась себе на волнах, то подымаясь, то опускаясь. Меня охватило странное чувство. Обычно, сходя с лодки на причал, сразу ощущаешь приятную, прочную устойчивость суши, а тут одно покачивание просто сменилось другим.
Жили в этой деревне мусульмане, рыбаки из Малайзии. Я долго бродил среди их плавучих домов, пока не увидел приоткрытую дверь и сидевшего за ней худощавого мужчину. Мы обменялись взглядами, он улыбнулся и жестом пригласил меня войти. Мы пили чай. На стене висели фотография и рисунок. На снимке был запечатлен пейзаж, как будто бы европейский — зеленые долины, коричнево-красноватые фрукты, водопады и заснеженные вершины. Рисунок показался мне более знакомым: юноша лежит на жертвеннике, старик занес над ним нож, сверху парит ангел, а сзади, в кустах — баран со связанными рогами.
 
На мгновенье я подумал, что обнаружил одно из десяти затерянных колен, и уже начал было мысленно сочинять письма в Главный раввинат и Сохнут, чтобы там поторопились вернуть это колено домой, в Израиль. Но все же, перед тем как упасть в объятья новообретенного брата, я поинтересовался, что изображено на его рисунке. Гостеприимный хозяин указал пальцем на старика с ножом и со странным акцентом сказал: «Абрагим». Потом показал на мальчика и сказал: «Асмаил». Я не стал спорить, но по возвращении в Иерусалим проверил и нашел, что так действительно написано в Коране. Измаил, а не Исаак — вот тот сын, которого, согласно Корану, Бог велел Аврааму принести в жертву. Конечно же мне следовало знать это раньше.
 
Казалось бы, такая подмена должна была меня удивить, но вместо этого я почувствовал горечь. Наш конфликт с мусульманами, понял я, возник не только из-за страны и даже не из-за ее святых мест. Мы не поделили любовь. А точнее — отцовскую любовь. И что еще больше усложняет дело — не ту любовь, что выражается в предпочтительном благословении того или иного сына или в каком-нибудь подарке (например, в полосатой рубашке, которую праотец Иаков подарил любимому сыну Иосифу), а ту, что выражается в поступке, и притом самом страшном из всех поступков в книге Бытия, — в принесении в жертву собственного сына. В Библии сказано: «Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь… и пойди в землю Мориа, и там принеси его во всесожжение» (Быт. 22, 2)[3]. Так вот, потомкам Измаила довольно трудно видеть после слов «твоего единственного» и «которого ты любишь» имя Исаака.
 
Кстати, сами Измаил и Исаак отнюдь не были врагами или соперниками. Уж во всяком случае не так, как Каин и Авель, Иаков и Исав, Иосиф и его братья. Настоящая борьба в семье шла между матерями — Саррой и ее рабыней Агарью. И тот факт, что от этих двоих, Измаила и Исаака, впоследствии возьмут начало две религии, тоже был тогда неизвестен. Но когда Бог сказал «твоего единственного» и «которого ты любишь» именно об Исааке, а Измаил и его мать к тому времени уже были изгнаны из дома Авраама, возникла эмоциональная база для конфликта, от которого мы страдаем по сей день.
 
Есть тут, однако, и нечто иное. Эти слова: «которого ты любишь» — знаменуют первое появление в Библии слова «любовь». И тут можно подметить две интересные особенности. Во — первых, это любовь мужчины к сыну, а не любовь мужчины к женщине. Любовь мужчины к женщине в Библии отодвинута на второе место, и ею станет любовь Исаака к Ревекке. А во — вторых — это любовь отца, а не любовь матери. Первой материнской любовью будет любовь Ревекки к своему сыну Иакову. Она появится лишь на третьем месте, и в нее тоже будет вплетен мотив дискриминации братьев: Ревекка будет любить Иакова, а Исаак — Исава.
 
И то и другое представляется странным. Сегодня материнской любви придается большее значение, чем отцовской — как в литературе, так и в социальной и юридической практике. Что до любви мужчины и женщины, то нынешняя литература ставит ее выше родительской любви, да она и естественным образом предваряет родительскую любовь. Без любви мужчины и женщины не будет детей, а следовательно, и родительской любви. Но для Библии всего важнее род и семья, а в данном случае — семья, которая станет народом. Поэтому любовь Авраама к Исааку она ставит на первое место. Любовь родителя к дочери, кстати, не упоминается в Библии вообще.
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (6 votes)
Аватар пользователя esxatos