Символ № 52 - 2007 - Исихазм

Символ № 52 - 2007
"Прославляй Бога в теле своем" - говорит св. Павел (1 Кор 6,19). Но как следует это делать на практике? Как можем мы сделать наше физическое естество активным соучастником в молитвенном труде? Это нечто такое, на что нам, как христианам, следует обратить особое внимание в нынешнее время. Ведь мы живем в эпоху, когда в философии, равно как и в физике и психологии, оказывается все менее полезным постулировать дихотомию между духом и материей, душой и телом. В этом плане типично высказывание К.Г. Юнга: «Дух — это живое тело, видимое изнутри, а тело — это внешнее проявление живого духа, и оба они, в действительности, суть одно существо»1. Если авторы, пишущие о христианской духовности, будут и дальше принимать резкое противопоставление между душой и телом — как они зачастую делали в прошлом, — их слова будут казаться их современникам-мирянам все более незначащими.
 
В действительности, в христианской традиции нет места платоническому делению на душу и тело. Библия рассматривает человеческое существо холистически, и вопреки сильному влиянию платонизма, эту единую точку зрения неоднократно вновь утверждало греческое христианство. «Является ли человеком сама душа?» — спрашивается в тексте, приписываемом Иустину Мученику († ок. 165 г.). «Нет, это просто душа человека. Называем ли мы человеком тело? Нет, мы называем его телом человека. Так что человек — это ни душа, ни тело в отдельности, а единое целое, которое они образуют вместе». Современный греческий богослов Христос Яннарас сходным языком утверждает, что тело следует считать не «частью» или «компонентом» человека, а «образом бытия» целостного человека, проявлением во внешнем мире энергий нашей человеческой природы в ее полноте. Я представляю собой не «призрак в машине», а неделимое единство. Мое тело — это не что-то, чем я обладаю, а то, чем являюсь.
 

Символ № 52 - 2007

Париж-Москва
Главный редактор Николай Мусхелишвили
505 стр.
ISSN 0222-1292
 

Символ № 52 - 2007 - Содержание

ОТ РЕДКОЛЛЕГИИ
 
ПАНОРАМА СОВРЕМЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
  • КАЛЛИСТ ДИОКЛИЙСКИЙ МОЛИТЬСЯ ТЕЛОМ: ИСИХАСТСКИЙ МЕТОД И ВНЕ-ХРИСТИАНСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ
  • КАЛЛИСТ ДИОКЛИЙСКИЙ «ДЕЙСТВОВАТЬ В ПОКОЕ»: ВЛИЯНИЕ ИСИХАЗМА XIV ВЕКА НА ВИЗАНТИЙСКУЮ И СЛАВЯНСКУЮ ЦИВИЛИЗАЦИИ
  • АНТОНИО РИГО ВИЗАНТИЙСКАЯ ДУХОВНОСТЬ И ПСЕВДО-ДИОНИСИЙ АРЕОПАГИТ
  • ДМИТРИЙ МАКАРОВ ЧЕРЕЗ СВЕТ ФАВОРСКИЙ К БОЖЕСТВЕННОЙ ПЕРИХОРЕЗЕ: ОСНОВНЫЕ МОМЕНТЫ БОГОСЛОВИЯ ОБОЖЕНИЯ СВ. ФЕОФАНА НИКЕЙСКОГО
  • АНТОН-ЭМИЛ ТАХИАОС РАСПРОСТРАНЕНИЕ ИСИХАЗМА В СРЕДНЕВЕКОВОЙ РОССИИ
  • НИКОЛАЙ ЛИСОВОЙ СВЯТИТЕЛЬ ФЕОФАН ЗАТВОРНИК: ПУТЬ К СПАСЕНИЮ
  • ЭНЦО БЬЯНКИ СВИДЕТЕЛЬСТВО ДУХОВНОЙ ТРАДИЦИИ ПРАВОСЛАВИЯ ХРИСТИАНСКОМУ ЗАПАДУ. МЕЖДУНАРОДНЫЕ КОНФЕРЕНЦИИ В БОЗЕ (1993–2006 гг.)
  • АДАЛЬБЕРТО МАЙНАРДИ ИСИХАЗМ КАК ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ: ЗАМЕТКИ О ЗНАЧЕНИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОНФЕРЕНЦИЙ В БОЗЕ ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ ИСИХАЗМА (1993–2006)
  • ФЁДОР КАЛИНИН ИСИХАЗМ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРАВОСЛАВНОГО БРАТСТВА СВЯТИТЕЛЯ АЛЕКСИЯ
ТРИ ОБЛИКА: ПАМЯТИ УШЕДШИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ
  • ИРИНЕЙ ОСЭРР (1891–1978)
    • ТОМАС ШПИДЛИК, SJ ИРИНЕЙ ОСЭРР, SJ (07.06.1891 — 05.12.1978)
    • ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
    • ИРИНЕЙ ОСЭРР, SJ БОГОСЛОВИЕ МОНАШЕСКОЙ ЖИЗНИ У СВ. ИОАННА ЛЕСТВИЧНИКА 
    • ИРИНЕЙ ОСЭРР, SJ О ДУХОВНОСТИ ИСИХАЗМА: СПОР БЕЗ ПРОТИВНИКА
  • МИШЕЛЬ ВАН ЭСБРУК (1934–2003)
    • АЛЕКСЕЙ МУРАВЬЕВ МИШЕЛЬ ВАН ЭСБРУК, SJ (17.06.1934 — 21.11.2003)
    • ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
    • МИШЕЛЬ ВАН ЭСБРУК, SJ ГОМИЛИЯ ПЕТРА ИЕРУСАЛИМСКОГО (551 Г.) И КОНЕЦ ПАЛЕСТИНСКОГО ОРИГЕНИЗМА
    • МИШЕЛЬ ВАН ЭСБРУК, SJ ПЕТР ИВЕР И ДИОНИСИЙ АРЕОПАГИТ: ВОЗВРАЩАЯСЬ К ТЕЗИСУ ХОНИГМАНА
  • ДЖОРДЖ МЭЛОНИ (1924–2005) ПОДГОТОВИЛ О. ИОАНН ЗБОЙОВСКИ (США)
    • СЕРГЕЙ ХОРУЖИЙ ДУХОВНЫЙ ПУТЬ И ДУХОВНЫЙ ТРУД О. ГЕОРГИЯ МЭЛОНИ
    • ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
    • ДЖОРДЖ МЭЛОНИ, SJ РУССКИЙ ИСИХАЗМ. ДУХОВНОСТЬ НИЛА СОРСКОГО (ФРАГМЕНТЫ)
    • ДЖОРДЖ МЭЛОНИ, SJ МИСТИКА СВ. ИСААКА СИРИНА (ФРАГМЕНТЫ)
ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ: ПЕРВАЯ ПУБЛИКАЦИЯ
  • ИОАНН ПУСТЫННИК К ФЕОФИЛУ. ИЗЛОЖЕНИЕ ПРАВИЛА
  • ЖОЗЕФ ПАРАМЕЛЛЬ, SJ МЕЖДУ МЕССАЛИАНАМИ И ИСИХАСТАМИ: «ИОАНН ПУСТЫННИК»
  • СЕРГЕЙ ХОРУЖИЙ ИСИХАЗМ СЕГОДНЯ: ПРАВОСЛАВНЫЙ ПОДВИГ КАК ОБЩЕХРИСТИАНСКОЕ ДОСТОЯНИЕ
КОРОТКО ОБ АВТОРАХ
 

Символ № 52 - 2007 - От редакционной коллегии

 
Настоящим выпуском мы продолжаем новую "местную традицию", которая начала складываться в нашем журнале: традицию специальных тематических выпусков. Тема этого выпуска — исихазм, древняя мистико-аскетическая практика Восточного христианства. Такой выбор темы отвечает другой традиции «Символа», изначальной и главной: служить трибуной диалога и местом встречи духовных традиций христианского Запада и Востока. Сразу в двух отношениях здесь возникают перекличка и диалог. Темой предшествующего выпуска была немецкая мистика Рейнской школы, сопоставление которой с мистикой исихазма и, в особенности, с богословием Григория Паламы сегодня является актуальной и активно разрабатываемой проблематикой. Наряду с этим, в материалах выпуска мы также уделяли особое внимание западно-восточному диалогу: выдающимся западным исследователям исихазма посвящена специальная мемориальная секция, а завершающая выпуск статья его составителя систематически представляет в исторической перспективе вклад западных ученых в изучение традиции. Православный подвиг как общехристианское достояние: можно считать, что в этом названии заключительной статьи выражена и общая идея номера.
 
Основа номера — его обширный первый раздел, «Панорама современных исследований». Это название достаточно характеризует наш замысел: в первую очередь, выпуск должен со всем беспристрастием представить читателям рабочее поле сегодняшнего изучения и осмысления исихастской традиции, во всей его широте — в православии и западном христианстве, в церковном и научном сообществе. Читатель будет судить, удался ли наш замысел. Нельзя объять необъятное, и неизбежно, за пределами номера остались некоторые из спектра рабочих и, может быть, даже актуальных тем, некоторые из списка известных и даже заслуженных научных имен. И все же, как мы надеемся, — в целом, замысел выполнен. Статьи выпуска охватывают широкий, представительный набор тем, вполне дающий почву для общих выводов.
 
Мы убеждаемся, что в последний период внимание исследовательского сообщества привлекают по преимуществу проблемы осмысления исихазма путем его более отчетливого позиционирования в духовном и историческом контексте. Принципиальное значение приобретают работы, где на новой современной источниковедческой базе уточняются и пересматриваются отношения исихастской традиции с главнейшими смежными явлениями, формирующими указанный контекст: неоплатонизмом, Ареопагитиками, западным богословием и монашеством, определенными христианскими ересями, наконец — last but not least — с духовными практиками, созданными вне христианства, в других мировых религиях. Все эти линии отношений — исконный, давний предмет исихастских штудий, однако практически в каждой из них позиции ученых в последнее время испытывают заметные изменения.
 
Эти изменения — следствие общего положительного процесса: за счет успехов источниковедения (появление критических изданий, расширение фонда источников, вводимых в научный оборот) достигается новый уровень изученности, освоенности корпуса исихастской литературы — на этой базе повышается уровень фактических знаний об исихастской традиции (узкий круг известных и изучаемых фигур, давно практически не менявшийся, пополняется новыми именами; мы яснее видим отношения и связи между лицами, фактами, событиями и местами уже начинаем различать живую картину традиции в ее развитии) — и всё это постепенно имплицирует переход на новый уровень и теоретических исследований, богословской и философской рефлексии исихазма.
 
Работа митрополита Диоклийского Каллиста, открывающая раздел, хорошо известна среди специалистов как наиболее основательный и авторитетный текст на тему о телесности в исихазме. Раскрывая тему в компаративном ключе, она играет столь же существенную роль и в проблематике сравнительного анализа духовных практик, принадлежащих разным религиям. Оба круга проблем имеют то общее меж собой, что, будучи принципиально важны для современного понимания исихазма, они до сих пор изучались крайне недостаточно, и главная работа над ними еще только предстоит. Напротив, тема «исихазм и Ареопагитики», служащая предметом большой статьи проф. Антонио Риго, всегда пользовалась вниманием ученых. Без ее обсуждения не обходятся почти все крупные исследования по исихастской традиции — но при всем том даже самые общие вопросы об оценке влияния Ареопагита в учениях зрелого исихазма остаются еще открытыми, дискуссионными. Как нам думается, помещаемая статья по цельности выдвинутой позиции, логичности рассуждения, объему привлеченных источников должна стать этапной во всей проблеме. Этапной — но не закрывающей проблему. Научная ситуация еще явно оставляет простор и для других позиций, других исследований; и в этом же выпуске читатель найдет другую позицию в статье составителя и другой аспект ареопагитовской тематики — в статье М. ван Эсбрука о гипотезе Хонигмана.
 
Другая из статей М. ван Эсбрука в посвященной ему секции затрагивает еще один из вышеназванных проблемных узлов: тему «исихазм и христианские ереси». На первый взгляд, эта работа отнюдь не об исихазме: именитый автор с отличающей его дотошностью разбирает один из эпизодов рекордно запутанной христологической полемики, предшествовавшей V Вселенскому собору. Но вспомним ближе исторический, а также и исследовательский контекст. В эпоху «палестинского оригенизма», разбираемую в статье, аскетическая традиция уже миновала героический период своего бурного становления. Сегодня мы знаем, что дальше ей предстояла труднейшая работа создания Метода, духовно-антропологического искусства Умного Делания, требовавшая абсолютной концентрации усилий. Однако это великое задание заведомо не могло сразу и до конца уясниться аскетическому сознанию.
 
Вслед за рождением «Пустыни» как Иного «Империи», для нее неизбежен был некоторый период самоопределения, распознания своих главных целей, ориентиров, стратегий. И мы видим в ретроспективе, что так и следует трактовать V–VI века в истории исихазма: как время известной неопределенности, когда сознание и силы «Пустыни», с одной стороны, продвигались в углублении аскетического делания (Диадох, Варсануфий, Дорофей), однако с другой — и едва ли не в большей мере — втягивались в церковные распри, оказывались колеблемы политическими страстями, давали себя увлечь ересям... Судьба духовной традиции была в опасности; однако этот специфический смысл периода до сих пор слабо артикулирован и не закреплен в науке — отчасти оттого, что его заслоняет идущий следом период Синайского исихазма VII–IX вв., когда традиция впечатляюще продвинулась в выработке Метода (как можно убедиться из помещаемой нами статьи о. Иринея Осэрра «Богословие монашества у св. Иоанна Лествичника», позиции сего крупнейшего из Синаитов в своих основах вполне уже отвечают зрелому византийскому исихазму). Статья о. Мишеля помогает заполнить лакуну, через детали богословия мастерски воссоздавая всю атмосферу того периода, когда традиция была на распутье. Здесь ее можно поставить рядом с работой о. Георгия Флоровского «Антропоморфиты в Египетской пустыне» (ч. 1, 1960; ч. 2, 1965). Вкупе эти работы уже существенно приближают нас к пониманию феномена «монашеского оригенизма» в его отношении к главному руслу исихастской традиции.
 
Нет сомнений, что в развитии этого главного русла важнейший, кульминационный этап — Исихастское возрождение в Византии XIV в., вместившее в себя такие явления, как Исихастские споры и богословие Паламы. Беспрецедентный подъем исследовательского интереса к исихазму, длящийся с 60–70-х гг. ХХ в., всегда львиной долей сосредоточивался на этом этапе (а в его пределах — на вопросах полемики вокруг богословия энергий). Но в последнее время спектр исследований, пожалуй, уже не обнаруживает такой узкой сосредоточенности, и феномен исихазма освещается шире и равномернее (что, впрочем, никак не отменяет ключевой роли данного этапа). В нашем выпуске эпохе поздневизантийского исихазма посвящены всего лишь два текста: отклик И. Осэрра на известную работу о. Василия (Кривошеина) о Паламе и статья Д. Макарова о богословии обожения св. Феофана Никейского. Оба они обсуждаются в заключительной статье С. Хоружего; здесь же мы скажем лишь, что первый текст, появившийся в 1937 г., может считаться вехой в истории изучения исихазма: ибо его, пусть с некоторой условностью, можно рассматривать как начало диалога православного и западного сообществ исследователей исихазма. В дальнейшем этот диалог успешно привел к преодолению разъединенности двух сообществ. Второй же текст важен тем, что, обращаясь к мысли младшего современника Паламы († 1380), он входит в почти не исследованную тему об эволюции Исихастского возрождения после ухода св. Григория, давая возможность уловить некоторые тенденции этой эволюции, отразившиеся на будущей судьбе исихазма.
 
Практически с самого начала в жизни исихастской традиции играли важную роль процессы ее трансляции, передачи в новые очаги, новые ареалы православной ойкумены, вплоть до 1453 г. cовпадавшей с Byzantine Commonwealth. Автор этого понятия, князь Дмитрий Оболенский, ввел также слегка иронический термин «Исихастский интернационал» для обозначения полиэтнического, мультикультурного сообщества исихастов поздневизантийской эпохи. Общие принципы и особенности процессов трансляции исихазма отчетливо резюмирует вторая из работ митрополита Каллиста, открывающих наш выпуск. По своей теме, работа могла бы оставаться в плоскости исторического и культурно-цивилизационного рассмотрения; но вместо этого она плотно насыщена общими тезисами, показывающими, как всё происходившее в этой плоскости определялось духовной стороной, самим существом исихастской практики. Попутно же тут в корне опровергается еще бытующий предрассудок о мнимой враждебности исихазма разуму и культуре, полнокровной жизни мира.
 
Теме византийско-славянских трансляций посвящен и текст проф. А.-Э. Тахиаоса «Распространение исихазма в средневековой России». Создавая удачное дополнение работе митрополита Каллиста, преимущественно концептуальной, он демонстрирует максимальную наполненность фактами, исторической и библиографической информацией. И, разумеется, в нашем выпуске никак не могла отсутствовать и тема русского исихазма. Мы рады возможности представить русским читателям, хотя бы в отрывках, монографию о. Джорджа Мэлони о преп. Ниле Сорском, давно кочующую по библиографиям, но почти не известную в России. Более позднюю эпоху Исихастского возрождения в России, стоящую на славянском и русском «Добротолюбии», на подвиге и учении владык Феофана Затворника и Игнатия Брянчанинова, на служении старцев оптинских, анализирует работа Н. Лисового.
 
Органической частью темы «Исихазм сегодня» по нашему замыслу служит также обсуждение активности современных центров изучения исихазма — не академических институтов, а очагов, возникающих спонтанно, на почве лишь духовного импульса, интереса, притяжения к сему древнему искусству «превосхождения естества». Подобных очагов не так уж мало сегодня, они рассеяны в русской провинции, в Греции и по всему миру. О них мы помещаем материалы «из первых рук», тексты самих инициаторов и руководителей двух центров — монастыря Спаса Преображения в Бозе (Италия) и Православного Братства Святителя Алексия Московского (Москва). Масштабы их деятельности весьма различны: монастырь в Бозе пользуется мировой известностью как учредитель ежегодных конференций по исихастской традиции, куда уже около 15 лет собираются ведущие фигуры духовной науки; Московское братство в трудных русских условиях ведет в скромной мере издательскую активность, знакомит с аскетической духовностью аудиторию масс-медиа, оказывает посильную помощь исследовательским проектам исихастской тематики... Но одни устремления питают их.
 
Хотя мы упомянули не все статьи номера, из сказанного уже ясно, что его тематический спектр охватывает все главные разделы современных исследований, тогда как спектр авторов соединяет представителей Христианского Востока и Запада — с особым вниманием ко вкладу западных исследователей, согласно с диалогической идеей выпуска. Но можно сказать, пожалуй, что, с выполнением этого внешнего задания, в нашем проекте проступает и некий внутренний смысл. Возникший комплекс научных текстов складывается в единство, и из него вырисовывается цельный облик духовного явления, духовной традиции. Этот облик несет некоторые новые, современные черты: в одних местах дополняя, в других корректируя прежние воззрения, сегодняшние исследования создают более взвешенную картину явления, менее тяготеющую к черно-белым идеологизированным трактовкам, к резким оппозициям и огульным сливаниям, отождествлениям. Но это пока — лишь проступающий, предносящийся облик. Для его завершения требуется еще большая соборная работа над проблемой исихазма — как общехристианского духовного достояния. Выразим в заключение надежду, что выход нашего номера поможет успешному продолжению этих соборных усилий.
 
 
 

Категории: 

Оцените - от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя Андрон