Вебер - Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии: в 4 томах - Tом III. Право

Макс Вебер - Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии: в 4 томах - Tом III. Право
Две важные работы Макса Вебера, вошедшие в настоящий том: «Хозяйство и порядки» («Die Wirtschaft und die Ordnungen») и «Условия развития права» («Die Entwicklungsbedingungen des Rechts»), — в ранних изданиях «Хозяйства и общества» имели другие названия. Первая называлась «Хозяйство и общественные порядки», вторая — кратко и многообещающе — «Социология права». Эти прежние названия обоим очеркам были даны вдовой Макса Вебера Марианной Вебер, готовившей в 1920 г. первое после смерти автора издание «Хозяйства и общества».
 
«Новые» же названия, т.е. те, под которыми выступают эти работы в настоящем русском издании, более точно отвечали бы планам самого автора, как было определено редакторами полного собрания сочинений Макса Вебера.
 

Макс Вебер - Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии: в 4 томах - Tом III. Право

Макс Вебер; [пер. с нем.] ; сост., общ. ред. и предисл. Л. Г. Ионина ; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики»
Москва: Изд. дом Высшей школы экономики, 2018 г. – 331 с.
ISBN 978-5-7598-0333-1 (в пер.)
ISBN 978-5-7598-1515-0 (т. III)
 

Макс Вебер - Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии: в 4 томах - Tом III. Право – Содержание

 
Предисловие научного редактора русского издания к тому III  
Том III. ПРАВО
Хозяйство и порядки  
  • § 1. Правовой порядок и хозяйственный порядок  
  • § 2. Правовой порядок, конвенция и обычай  
  • § 3. Значение и границы правового принуждения в экономике
Условия развития права (социология права)
  • § 1. Дифференциация предметных областей права
  • § 2. Формы обоснования субъективного права
  • § 3. Характер форм объективного права
  • § 4. Типы правового мышления и правовая элита
  • § 5. Формальная и материальная рационализация права. Теократическое и профанное право
  • § 6. Административное право и патримониально-княжеские установления. Кодификации
  • § 7. Формальные качества революционно созданного права. Естественное право и его типы
  • § 8. Формальные качества современного права
Приложения
  • Глоссарий
  • Словарь иноязычных слов и выражений
  • Словарь понятий Макса Вебера
  • Биобиблиографический указатель
  • Список сокращений
  • Именной указатель
  • Предметный указатель
  • Оглавление томов I—IV

Макс Вебер - Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии: в 4 томах - Tом III. Право - Хозяйство и порядки

 
Когда речь идет о «праве», «правовом порядке», «правовой норме», нужно обращать особое внимание на различие между юридическим и социологическим подходами. В первом спрашивается: что в идеальном смысле считается правом? То есть что «значит» правовая норма, или, если поставить вопрос иначе, какой нормативный смысл должен быть логически правильно выведен из языковой структуры, выступающей как правовая норма. Второй подход (социологический), напротив, предполагает выяснение того, что фактически происходит в общности, где существует вероятность, что участвующие в общностном действии индивиды, особенно те из них, кто может эффективно влиять на это действие, субъективно воспринимают и практически используют некоторые порядки как значимые, т.е. ориентируют на них свое поведение.
 
Этим же определяется принципиальное отношение права и хозяйства.
 
Юридический подход, а точнее, подход, свойственный правовой догматике, имеет задачей выявить правильный смысл суждений, воплощающих в себе порядок, который должен служить правилом поведения для каким-то образом выделенного круга людей, т.е. установить факты, к которым эти суждения применяются, и указать способ, каким это делается. В то же время, не сомневаясь в эмпирической значимости указанных суждений, данный подход стремится связать их в соответствии с их логически правильным смыслом таким образом, чтобы все вместе они составили логически непротиворечивую систему. Она-то и представляет собой правовой порядок в юридическом смысле слова. Социальная экономика, напротив, занимается фактическими действиями, обусловленными необходимостью принимать в расчет действительное положение дел в экономике, в их реальном контексте. Возникшее благодаря взаимоприемлемому компромиссу распределение фактических прав распоряжения благами и услугами, а также способ, каким они действительно распределяются в силу этих прав, основанных на взаимном согласии, и в соответствии с его подразумеваемым смыслом, мы называем хозяйственным порядком. Очевидно, что оба подхода решают совершенно разные задачи и их объекты могут вовсе не соприкасаться друг с другом; идеальный порядок правовой теории не имеет прямого отношения к космосу фактического хозяйственного действия, поскольку они пребывают в различных плоскостях: один — в плоскости идеально долженствующего, другой — в плоскости реально происходящего. Если вопреки этому хозяйственный и правовой порядки состоят ныне в исключительно близких отношениях, то это как раз означает, что последний понимается не в юридическом, а в социологическом смысле, т.е. как эмпирически значимый. При этом смысл словосочетания «правовой порядок» полностью меняется. Оно означает уже не космос логически, «правильно», выведенных норм, а комплекс фактических оснований, определяющих реальное человеческое действие. Данный момент требует более тщательного разъяснения.
 
Тот факт, что какие-то люди действуют каким-то определенным образом потому, что таковы правовые предписания, — конечно, важный компонент эмпирического возникновения и дальнейшего существования правового порядка. Но, как следует из сказанного ранее, наличие рационального порядка вовсе не означает, что абсолютно все или даже большинство участников действия мотивируются именно этими предписаниями. Скорее, наоборот: этого не происходит никогда. Большие группы людей ведут себя согласно правовому порядку либо потому, что окружающие это одобряют, а противоположное нет, либо просто по слепой привычке следовать обычаю, понятому как закономерность жизни, но вовсе не из ощущения обязательности подчинения праву как таковому. Стань подчинение праву универсальным способом поведения, право как таковое совершенно утратило бы свой субъективный характер и воспринималось бы как простой обычай. Пока объективно существует вероятность того, что аппарат принуждения (о нем речь впереди) при необходимости силой заставит исполнять нормы, они будут значимы для нас как «право». Точно так же необязательно (в соответствии со сказанным ранее), чтобы все, кто убежден, что тот или иной способ деятельности регламентирован определенными правовыми нормами, всегда следовали бы им в действительности.
 
На деле этого не происходит, да это и не нужно, поскольку согласно нашей дефиниции о значимости норм говорит факт ориентации деятельности на порядок, а не факт соблюдения этого порядка. Право для нас есть порядок с определенными специфическими гарантиями возможности его эмпирической значимости. Под гарантированным объективным правом понимается случай, когда налицо аппарат принуждения в определенном выше смысле, т.е. имеется одно или несколько лиц, готовых к проведению этого порядка в жизнь с помощью специально предусмотренных средств принуждения (правовое принуждение). Средства принуждения могут быть психическими или физическими, прямого или косвенного действия, могут использоваться в отношении членов собственной общности или объединения, союза или учреждения, т.е. тех, для кого этот порядок (эмпирически) значим, или же применяться вне общности. Такие средства суть «правовые порядки» соответствующей общности. Далеко не все порядки, которые значимы в силу общего согласия, представляют собой (как мы увидим далее) правовые порядки. И не всякая упорядоченная деятельность лиц, образующих аппарат принуждения как «орган» общности, представляет собой правовое принуждение — только та, значимый смысл которой состоит в принуждении к соблюдению порядка исключительно как такового, т.е. чисто формально ради его самого, а не ради целесообразности его соблюдения или по другим материальным основаниям. Понятно, что обеспечение значимости порядка в конкретной ситуации может быть обусловлено множеством обстоятельств, но гарантированным правом мы назовем этот порядок лишь тогда, когда существует возможность применения в случае необходимости принуждения ради права как такового, т.е. правового принуждения.
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя brat Warden