Вейль - Тетради 1933-1942 - В 3 томах

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - В 3 томах
Популярность Симоны Вейль в Европе и Америке 1950-1960-х гг., которая достигла своего пика к мятежному 1968 году, а затем заметно пошла на спад, была иной, нежели обычно бывает популярность философов и писателей; в ней видели прежде всего... икону.
Ошеломленная невыносимой реальностью двух мировых войн, переходами от разочарования к разочарованию, еле опомнившаяся цивилизация искала альтернативы и канонизированной духовности и морали христианских церковных институций, и светским образам рыцарей прогресса и филантропии, на которые была щедра идеология второй половины XIX века.
 
«Чума» и «Миф о Сизифе» Альбера Камю выдвинули образ нового героя человеческой трагедии, героя абсолютного поступка во мраке безнадежности и абсурда. Образ Симоны Вейль как нельзя лучше пришелся ко времени, совмещая все три названных типа: святого в традиционном христианском смысле, светского подвижника-борца и персонажа в чисто экзистенциалистском вкусе. Возможно, именно третий подход к ее личности был, при всей условности, наиболее верным: в ней действительно жил кьеркегоровский «рыцарь веры», бросающийся в безнадежный прыжок над пропастью. Однако показательно, что слово «святость» применительно к Симоне прозвучало из уст таких людей, сформированных еще XIX веком, — как Андре Жид, Франсуа Мориак, Томас С. Элиот, Габриэль Марсель, чья зрелость выпала на первую мировую войну, а старость — на вторую, кому просто необходимо было, уходя из жизни, видеть луч надежды на человечество. С подачи этих уважаемых людей, хотя, конечно, помимо их намерения, образ Симоны немедленно был подвергнут стилизации. Появилась икона воплощенной самоотверженности, абсолютной отдачи себя служению миру и ближним...
 

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 1: 1933 - октябрь 1941

СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2016 г. - 560 с.
ISBN 978-5-89059-269-9 (общ.)
ISBN 978-5-89059-270-5
 

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 1: 1933 - октябрь 1941 – Содержание

Список используемых сокращений  
Условные обозначения 
Петр Епифанов. Два предисловия
  • Предисловие читателя  
  • Предисловие переводчика  
Олег Панкратьев. Симона Вейль и опыт Богоотсутствия
 
Тетради I-IV
  • Тетрадь I (K1). Париж, 1933-1935 и 1937-1938(?)  
  • Испанский дневник. Август-сентябрь 1936  
  • Неизданная тетрадь I (Ki1). Марсель, середина сентября 1940 — январь 1941  
  • Неизданная тетрадь II (Ki2). Марсель, осень-зима 1940/1941  
  • Тетрадь II (К2). Марсель, январь — начало сентября 1941
  • Тетрадь III (КЗ). Марсель, январь — начало сентября 1941
  • Тетрадь IV (К4). Верхние Альпы, Сен-Марсель-д'Ардеш, Поэ, Сен-Жюльен-де-Пейрола. Август — октябрь 1941
Примечания

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 1: 1933 - октябрь 1941 - Олег Панкратьев. Симона Вейль и опыт Богоотсутствия

 
Центральной темой размышлений Симоны Вейль является опыт богоотсутствия, чрезвычайно важный для религиозной мысли и, особенно, теологии XX века. Знаменитая метафора Ницше «Бог мертв» была услышана именно верующими, чья вера прошла через собственную смерть внутри секулярной культуры, или то горнило сомнений, о котором говорил Достоевский. Именно здесь предсмертный вопль Христа «Боже мой, Боже мой! Зачем ты меня оставил?» получил свое особое звучание, столь важное для понимания проблемы атеизма — проблемы, чаще всего ускользающей от самих атеистов. Глубоко впитав в себя слова Ницше, христианская мысль идет путем, противоположным тому, которым шел Фейербах в «Сущности христианства». Уже не атеисты пытаются понять христианство лучше самих христиан, а христиане начинают понимать атеизм глубже самих атеистов. Этим путем, причем, одной из первых, идет и Симона Вейль: «Все проблемы, которые встают перед неверующими, должны ставить перед собой христиане — и вторые даже больше».
 
Атеизм становится проблемой для современных христиан именно потому, что его основу составляет опыт Богоотсутствия: «Тот, в ком нет Бога, не может прочувствовать его отсутствия». Бог умирает в том, в ком живет. Габриэль Марсель справедливо связывает слова Ницше «Бог мертв» с чистотой его детской веры. Проблема атеизма — это религиозно-философская проблема. Для секулярного атеистического сознания, начисто оторванного от своих религиозных корней, теряет смысл не только разговор о смерти Бога, но и сам атеизм. Согласное с гегелевской диалектикой пророчество о том, что отмирание веры в Бога неминуемо приведет и к отмиранию атеизма (отрицание отрицания), имеет и свою обратную сторону, указывающую на их сущностную связь. Атеизм живет отрицанием Бога, в котором он жизненно заинтересован, ярким свидетельством чему явилось так называемое онтологическое доказательство атеизма у Бакунина: «Если Бог существует, то у человека нет свободы, он — раб. Но если человек может и должен быть свободен, то значит Бога нет». Когда атеист произносит «Бога нет», он, сам того не ведая, исходит из знания о Том, Кого нет, то есть Бога — в противном случае, его отрицание не имеет смысла. Как говорит современный христианский философ Константин Иванов: «Нельзя спорить с атеизмом прямолинейно и формально, заявляя на атеистическое „Бога нет" „христианское", по сути общерелигиозное, „Бог есть". 

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 2: октябрь 1941 - февраль 1942

СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2016 г. — 616 с.
ISBN 978-5-89059-271-2

 Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 2: октябрь 1941 - февраль 1942 - Содержание

 
Список используемых сокращений  
Условные обозначения  
 
Тетради V-VII
  • Тетрадь V (К5). Сен-Марсель д'Ардеш — Марсель, 24 октября — конец ноября (?) 1941  
  • Тетрадь VI (К6). Марсель, начало (?) декабря 1941 — конец (?) января 1942
  • Тетрадь VII (К7). Марсель, конец января — около 20 февраля 1942  
  • Комментарии к пифагорейским текстам  
  • Спасенная Венеция. Трагедия в трех действиях 1940-1943  
 
Примечания  
Указатель личных имен

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 3: февраль-июнь 1942

СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2019 г. — 608 с.
ISBN 978-5-89059-360-3
 

Вейль Симона. Тетради 1933-1942: Том 3: февраль-июнь 1942 - Содержание

 
Список используемых сокращений  
Условные обозначения  
 
Тетради VIII-XII  
  • Тетрадь VIII (К8). Марсель, середина февраля — около 2 марта 1942  
  • Тетрадь IX (К9). Марсель — Каркассон, начало марта — 29 марта 1942
  • Тетрадь Х(К10). Каркассон — Марсель, около 30 марта — около 15 апреля 1942  
  • Тетрадь XI (К11). Марсель, 15 апреля — 26 апреля 1942  
  • Тетрадь XII (К12). Марсель — Касабланка, около 26 апреля — 7 июня 1942  
 
Приложения  
  • В чем состоит окситанское вдохновение  
  • Разрозненные мысли о любви к Богу  
  • Христианство и жизнь сельских тружеников  
 
Примечания  
Именной указатель
 

Симона Вейль - Тетради 1933-1942 - Том 3: февраль-июнь 1942 - Тетрадь IX (K9). Марсель — Каркассон, начало марта — 29 марта 1942

 
К марту 1942 года благодаря неустанным хлопотам доктора Вейля семья Симоны получила разрешение на въезд в США; но в любой день могли возникнуть какие-то препятствия. Той весной ситуация в Атлантике стала намного опаснее: количество гражданских судов, потопленных немецкими и итальянскими субмаринами и самолетами, исчислялось сотнями (всего в 1942 году в океане погибло 1100 невоенных кораблей — максимум за время войны) - Нередко мишенями налетов и торпедных атак оказывались суда под флагами нейтральных держав — лишь потому, что следовали в Англию или Штаты. Перевозка эмигрантов из неоккупированной зоны Франции становилась всё более затруднительной; в июне пассажирским рейсам суждено было полностью прекратиться. Немецкое командование отнюдь не смотрело сквозь пальцы на выезд тысяч человек, которым, по планам фюрера, предстояло стать жертвами «окончательного решения еврейского вопроса», и вывоз принадлежавших им материальных ценностей. Летом облавы начали проводить и в неоккупированной зоне, схваченных евреев вывозили в зону оккупации, в перевалочный лагерь Дранси, откуда несчастных направляли на восток — в Аушвиц, Собибор и другие лагеря смерти.
 
Родителей толкало к отъезду в Америку не только возрастающее чувство опасности, но и желание встретиться с сыном и его семьей: в сентябре у Андре и Эвелины ожидалось прибавление. Однако Симона, прекрасно зная обо всех возможных угрозах, не желала эмиграции и дала согласие на отъезд, лишь взяв с родителей обещание, что по прибытии в Штаты они не будут противиться ее заветному желанию: принять участие в вооруженной борьбе с оккупантами. Планом Симоны было связаться из Америки с деголлевской «Свободной Францией» и, получив согласие руководства организации, прибыть в Лондон, в штаб-квартиру, чтобы добиться направления на подпольную или диверсионную работу на территории страны.
 
Весной 1942 года Симона уже не сомневалась, что Германия будет разбита. Эта уверенность прямо или косвенно проявляется в ее работах: во всем, что она пишет о будущем, ни разу не допускается мысль о том, что порабощение Европы продлится долго.
Симона не могла не сознавать свою физическую малопригодность к вооруженной борьбе, даже когда пыталась доказать обратное; было понятно, что, окажись она во Франции в составе
подпольной группы, ей не миновать гибели. «Яне хочу, чтобы мой родной город был освобожден лишь кровью других», — так, очень просто, объясняла она свой выбора. Таким образом, отъезжая, она не избегала насильственной смерти, а, напротив, делала решительный шаг в ее сторону.
 
Вопрос о крещении все сильнее мучил ее. Она не собиралась отступать ни с одной из своих позиций в тех вопросах, в которых сложившееся учение Церкви, на ее взгляд, не соответствовало вселенской миссии христианства, но умереть, в любом случае, хотела крещеной. Так родилась идея поездки на Пасху в Каркассон и его окрестности. У нее было несколько целей.
 
Первой было посетить старинные монастыри этого края, чьи стены хранили как древние традиции, восходящие к дорогой Симоне романской эпохе, так и память о страшных трагедиях XIII века, которые она считала роковыми для исторического опыта христианства. Это было паломничество на духовную родину, в Окситанское возрождение — в ту историческую среду, в те места, где, по ее мнению, романская христианская цивилизация поднялась почти до уровня Греции классической эпохи, где открывался для развития Европы альтернативный путь, свободный от тоталитарных и абсолютистских тенденций. Говоря ее словами, в ту «точку равновесия» европейской истории, откуда — она всерьез верила в это — современность могла бы получить вдохновение, способное ее преобразить.
 
Второй целью Симоны была встреча с Жоэ Буске, с которым она уже была знакома заочно как с членом редакционной коллегии и постоянным автором «Cahiers du Sud». Его четвертьвековой опыт непрерывного страдания и неподвижности (немецкая пуля, с 1918 года застрявшая у него в позвоночнике, пронзала мучительной болью все члены его тела, — опыт, который, однако, заставил его создать собственный поэтический мир...) представлялся ей максимально близким к кресту, искупительным страданием, способным уподобить человека Богу-Жертве, Богу распятому. Кроме того, в Буске Симона ожидала встретить и просто единомышленника, с которым можно было бы разделить заветные мысли.
Наконец, и третья цель: встречи и беседы с образованными представителями духовенства, адресами которых Симону снабдила ее подруга Элен Оннораш, горевшая желанием помочь ей креститься и стать настоящей католичкой. Похоже, у Симоны теплилась надежда, что кто-то из этих священников окрестит ее, не отлагая, прямо в эти пасхальные дни. Крещение в одном из городов, некогда политых кровью катаров, жертв «церковного тоталитаризма», для нее, несомненно, стало бы символом — опять обращусь к ее терминам — некоего  гармонического примирения, в котором разница догматических позиций переходит в разницу ракурсов, углов зрения, лишь обогащая духовное видение.
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя brat Warden