Зевин - Голос в тишине - рассказы о чудесном - Том VII

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомиться, вступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Рав Шломо Йосеф Зевин - Голос в тишине - рассказы о чудесном - Том VII
Ребе Мордехай из Ляховичей отложил в сторону книгу. Дождь изо всех сил барабанил по крыше. Ненастное начало осени, через день Суккос, а впечатление такое, будто скоро зима и разверзлись хляби небесные. Он подошел к окну. Стекло наискось перечеркивали струи дождя, деревья кренились под напором ветра, людей, спешивших куда-то по улице, тоже согнуло от попыток пробиться через непогоду. Один из них, сильно прихрамывая, свернул во двор ребе.
 
Тот узнал его — хромой сапожник, у которого передние зубы стерлись от гвоздиков. Он всегда приходил одним из первых, а в этом году припозднился. Ребе Мордехай весь год запасал на чердаке доски, и, когда после Йом Кипура бедняки рассыпались по местечку в поисках материалов для строительства сукки, у него всегда находилось чем порадовать просителей. Но на этот раз все запасы уже кончились, сапожник пришел слишком поздно. Ах, как жаль! Дождь припустил еще сильнее, большая лужа посреди улицы словно вскипела под ударами тяжелых капель.
 
В приемной раздался голос служки. Ребе Мордехай не различал слов, но по интонации догадывался, о чем тот говорит. Вскоре сапожник снова показался на улице. Выйдя со двора, он поглубже натянул шапку и поднял голову, глядя на небо. Дождь внезапно стих. Сквозь поредевшие тучи сочился желтоватый свет, озаряя дома Ляховичей, похожие на россыпь мокрых камней. Скользя по грязи, сапожник двинулся дальше на поиски досок. Ребе Мордехай представил, каково ему, хромому, прожившему долгий век человеку, передвигать пудовые сапоги, облепленные черными комьями размокшей земли, и заплакал.
 
— О Владыка мира! — вскричал он, утерев слезы. — Взгляни, как дорога евреям Твоя заповедь. На дворе ненастье, холод и ледяной ветер, а старый сапожник, хромая, месит грязь, пытаясь раздобыть доски для сукки! Благослови же Свой народ и простри над нами сукку мира и благоденствия! Ребе Мордехай отложил в сторону книгу, кряхтя, забрался на чердак, долго возился, поднимая облака пыли, отыскал несколько досок, спрятавшихся под грудами старых вещей, стащил их вниз. — Беги за сапожником, — приказал он служке, — отдай ему эти доски и оставайся с ним, пока не построите сукку.
 

Рав Шломо Йосеф Зевин - Голос в тишине - рассказы о чудесном - Том VII

Собрал раввин Ш.-Й. Зевин;
Пер. [с ивр.] и пересказал Я. Шехтер
Издательство — Книжники — 512 с.
Москва — 2016 г.
ISBN 978-5-9953-0438-8

Рав Шломо Йосеф Зевин - Голос в тишине - рассказы о чудесном - Том VII - Содержание

Суккот канун праздника
  • Когда дождь и ветер стучат в окно
  • Украшения для сукки
  • Жестокий сын
  • Человек словно дерево в поле
Сидеть в сукке
  • Ангел-доносчик
  • Хасидские штучки
  • Где ты, Берл?
  • Неправильный выбор
  • Особенный служка
  • Награда
  • Ребе говорит
Ушпизин (Гости)
  • Ох эти евреи!
  • Позор в сукке
  • Удивление
  • Слова как рыбы
Этрог
  • Испытание
  • Благословение лошади
  • География эсрога       
  • Ловушка
  • Проворный служка
  • Наказ отца
  • Мирты мертвых
  • Чужой эсрог
  • Эсрог с условием        
  • Голый эсрог
Коэлет
  • Умножающий знание добавляет боль
  • Смеху я сказал: смешан с горем
  • Преимущество мудрости над глупостью подобно преимуществу света над тьмой
  • Всему свое время        
  • Время умирать
  • Бах и Таз
  • Миссия
  • Время лечить
  • Время смеяться
  • Время танцевать
  • Время разрывать и время сшивать
  • Время смолчать и время говорить
  • Подобны животному они
  • И восхваляю я мертвых, уже умерших
  • Есть один, а второго нет
  • Жалкий и умный ребенок
  • Старый и глупый царь
  • Выговор мудреца       
  • Не говори: прежние дни были лучше, чем нынешние
  • И женщину среди всех них не нашел
  • Бог сотворил человека прямым
  • Кто остерегается клятв
  • В радости ешь хлеб свой
  • Во всякий час пусть будут белыми твои одежды
  • И не мудрым — хлеб
  • Если обратится на тебя гнев властителя, не покидай своего места
  • Пусти хлеб свой по воде, ибо с течением многих дней найдешь его        
  • Так же ты не знаешь ничего о движении ветра
  • Изгони гнев из сердца своего       
  • До тех пор, пока не затмится солнце
  • И еще более был Коэлес мудр, и обучал народ знанию, и вслушивался, и исследовал, и сложил многие притчи        
  • Притча первая
  • Притча вторая
  • Притча третья
  • Пытался Коэлес постигнуть желанное и письмо прямоты, слова правды
  • И еще больше, сын мой, будь осторожен, нет конца писанию множества книг, и чрезмерное освоение знаний утомительно для людей
Ошана раба
  • Для чего нужен табак
  • Страдания праведника
  • Хлеб и молоко
  • Встреча с чертом
Шмини ацерет
  • Собрание будет для вас       
  • Тебя нет
Симхат тора
  • Из его десницы — пламя закона
  • Вам было показано
Акафот
  • И в снег, и в ветер
  • Танцующий казан
  • Бой нельзя остановить
  • Как Цемах Цедек водку пил
  • Неподслушанный урок
  • Не мешают одну радость с другой

Рав Шломо Йосеф Зевин - Голос в тишине - рассказы о чудесном - Том VII - Страдания праведника

 
Незадолго до своей смерти великий праведник и чудотворец из Апты, ребе Авром-Йеошуа Гешель, позвал своего старшего сына Ицхока-Меира. — Что с тобой будет, Ицхок? — горестно спросил он. — Что с тобой будет? Сын недоумевающе развел руками. Он не понял, о чем говорил отец. Стоял месяц нисан, весна занялась дружная, рано потеплело, ледяное дыхание зимы, казалось, навсегда ушло в прошлое. Есть нечто удивительно в меджибожских веснах, когда яркий блеск возрождающейся жизни радостно наполняет воздух от верхушек тополей до сбитых порогов бедняцких избушек. В нисане хочется думать только о хорошем, которое начнется вот-вот, пятнадцатого чиcла, с наступлением Пейсаха.
 
— Ты не познал нищеты, Ицхок, — продолжил Аптер Ров, — ты никогда не ложился спать голодным, не молил Всевышнего о куске черного хлеба для детей. Ты избалован спокойствием, а таким людям крепко достается от жизни. Он покачал головой и тяжело вздохнул. Сын в ответ тоже вздохнул. — Разве я виноват, отец? — спросил он. — Нет, я ни в чем тебя не обвиняю. Но человек, который голодал, не похож на человека, не испытавшего мук нужды. Чтобы понимать других людей, помогать им, нужно соединяться с их душой, чувствовать их страдания. Ты вырос в достатке, Ицхок, и вряд ли сумеешь заглянуть в сердце бедняка. Аптер Ров замолк на несколько минут, словно вглядываясь в прошлое. Сын почтительно молчал, стоя возле отцовского кресла.
 
— В молодости, — продолжил ребе, — я немало настрадался от нищеты. Моя плоть, моя бедная прислуга, изрядно ссохлась и ослабела, пока мне удалось добиться благосостояния. Вот послушай, я расскажу тебе историю одной осени. Аптер Ров снова тяжело вздохнул. Солнце протянуло свои теплые пальцы и ласково прикоснулось к рукаву праведника. — Первую раввинскую должность я занимал в городке Колбасове. Жалованье мне положили ничтожное, наверное, потому, что три недели в месяце я проводил в Лиженске у ребе Элимелеха. Община мне платила только за то время, что я находился в Колбасове. Впрочем, даже если бы они платили за полный месяц, денег все равно не хватило бы на сносное существование. Семья не умирала от голода только благодаря усилиям твоей матери.
 
Как-то раз через наше местечко проезжал ученик Бааль-Шем-Това, праведник Михл из Злочева, и задержался на несколько дней. После молитвы я подошел к нему и пригласил позавтракать у нас в доме. Цадик принял мое приглашение и обещал прийти на следующий день. Обрадованный, я поспешил домой поделиться приятной новостью с женой. — Хае-Сора, у нас праздник! — сказал я твоей матери. — Завтра сам ребе Михл из Злочева придет к нам трапезничать. Такая честь не каждому выпадает! От радости Хае-Сора закрыла лицо руками, а потом бросилась шарить по сусекам, искать, из чего можно приготовить трапезу для цадика. Увы, как обычно, полки в нашем доме были пусты, подметены до последней крошечки. Тогда твоя праведная мать отправилась по соседкам и одолжила шесть грошей.
 
Шутка ли, сам ребе Михл почтит своим присутствием нашу улицу. Когда цадик приезжает в город, вместе с ним город посещает Шхина — Божественное присутствие. Бездетные беременеют, больные излечиваются, невесты-бесприданницы находят суженого. А если праведник приходит на какую-то улицу, вместе с ним приходит благословение не только для хозяев дома, но и для всех соседей. На два гроша моя праведная жена купила муки, на два несколько яиц и на два кусочек масла. Руки у нее золотые, из этого пустяка она сумела приготовить настоящую трапезу. Следующим утром цадик закончил молитву раньше меня, и габай отвел его к нам. Ребе Михл вкусил яств, но убогий вид нашего дома сильно его огорчил. В те годы мы жили впроголодь, а уж на одежду и какую-никакую обстановку денег не было.
 
Мать твоя ходила в чисто выстиранных, но штопаных-перештопаных платьях, вместо стола мы использовали три доски, положенные на чурбаны, а ночью на них же спали, табуретками служили такие же чурбаны. Дети носили одежду с чужого плеча, в заплатах и прорехах, щербатые деревянные ложки давно требовали замены. Завершив трапезу, ребе Михл благословил наш дом, пожелав, чтобы благополучие вскорости сменило нищету. Стоит ли говорить, как мы с женой радовались словам праведника, как верили в добрые перемены, которые непременно произойдут в самом ближайшем будущем! Но ничего хорошего не случилось, скорее, наоборот: нужда обострилась еще больше. За несколько дней до Рош а-Шоне я отправился в Лиженск в надежде провести праздники возле ребе Элимелеха.
 
По дороге мне повстречался Менделе из Фриштика, мой старый знакомый, и дальше мы шли вместе. Неподалеку от Лиженска из-за поворота дороги выскочила пароконная телега и понеслась прямо на нас. Мы отпрыгнули на обочину, телега стремительно приближалась, и, когда до нас оставалось несколько шагов, балагула отчаянно натянул вожжи и остановил лошадей. С телеги соскочил габай ребе Элимелеха и бросился к нам. — Быстро, быстро, быстро, — грозно произнес он. — Настало время искупления, каждая минута на счету. Ребе послал меня забрать у вас письма и деньги. Да, многие жители Колбасова передали со мной искупительные письма и пожертвования, чтобы я передал их лично ребе Элимелеху. Менделе тоже нес с собой целую пачку писем и увесистый мешочек, доверху набитый монетами. Габай деловито упрятал их за пазуху и вскочил на телегу.
 
 
 

Категории: 

Оцените - от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя Traffic12