Зыгмонт - Святая негативность

Алексей Зыгмонт - Святая негативность - Насилие и сакральное в философии Жоржа Батая
Основная цель нашей работы состоит не только в описании концепции тождества насилия и сакрального в том виде, в каком она была представлена в послевоенных сочинениях философа, но и в рассмотрении ее генезиса, в том, чтобы выстроить некую генеалогию и обозначить основные этапы трансформации художественной фантазии в философский концепт, политическую практику и научную (или по меньшей мере весьма наукообразную) теорию.
 

Алексей Зыгмонт - Святая негативность - Насилие и сакральное в философии Жоржа Батая

Издательство Новое литературное обозрение, 2018. — 320 с.
ISBN 978-54448-0923-5
 

Алексей Зыгмонт - Святая негативность - Насилие и сакральное в философии Жоржа Батая – Содержание

Введение. Безграничный жертвенник     
Спятивший Гегель  
О слове и методе     
I. Слепящее солнце насилия         
  • Мир, состоящий из молний и зари           
  • Икар и Ван Гог: мифология и теория жертвоприношения      
  • Солнце как фигура познания        
II. Первые опыты теории  
  • В стране кошмаров и больших пальцев ног       
  • Переходные концепты: агрессия, крик, эксцесс            
  • Божества скотобоен            
  • Гетерогенное и модели инакового           
III. Обезглавленное сообщество   
  • Между корридой и революцией   
  • «Безголового принимаю в насилии...»    
  • Куда делась голова Ацефала?       
  • Теория насилия и сакрального в Коллеже социологии            
IV. Мечта о сакральном насилии
  • «Всеобщая экономика»: насилие траты и трата насилия         
  • «Теория религии»: от грехопадения к стакану вина     
  • «Эротизм»: заключительный синтез        
  • По ту сторону речи и языка          
V. Сакральное против войны       
  • Накануне: от рефлексии к экстазам         
  • 1939-1945: война войну изгоняет
  • Всего лишь тупик и зверство        
  • Заключение. Радость и смерть неразлучны        
Библиография          
Именной указатель
 

Алексей Зыгмонт - Святая негативность - Насилие и сакральное в философии Жоржа Батая - Введение. Безграничный жертвенник

 
Исходный выбор «привилегированной» интерпретации, кроме того, определяет и фокус исследования, заставляя выбирать определенные материалы, связывать одни понятия с другими и встраивать их в тот или иной контекст. Если в качестве таковой, как это делают Зенкин и Гальцова, выбрать ярость, то внимание фокусируется на аффективном и стихийно-субстанциальном аспекте понятия; насилие же предполагает ассоциацию со вполне конкретными актами вроде убийств, пролития крови, причинения боли и нарушений границ человеческого тела. К такому решению нас подталкивают как сами тексты Батая, так и специфика интерпретации Гегеля у Кожева: по словам Декомба, «.. .его интерпретация... далекая от акцентирования разумных и умиротворяющих моментов гегелевской мысли, предпочитает моменты чрезмерные, грубые и особенно кровавые». В пользу избранной мной трактовки можно добавить и еще два соображения. Прежде всего, она представляется более экономичной: поскольку одним из ключевых батаевских концептов, описывающих связь между насилием и сакральным, является жертвоприношение, то рассматривать его как форму насилия в обыденном его смысле более логично, чем говорить о ярости. И еще одно: принесение жертвы есть социальная практика, позволяющая общине войти в контакт с миром сакрального; если насилие служит для этого средством, его характер проецируется и на сам этот мир, становясь самим его содержанием. Речь, таким образом, идет не об индивидуальном, а о коллективном явлении, в отношении которого понятие ярость позволяет объяснить меньше, чем насилие.
 
При рассмотрении темы насилия и сакрального у Батая нашей целью было представить эти и другие связанные с ними концепты как движения смысла, показать, как работает их «машинерия» и как сочленяются друг с другом ее элементы. Подобный подход позволяет описывать как синхронические зазоры между разными концептами, так и диахронические — в рамках одного концепта; в первом случае это, например, различие между такими понятиями, как гетерогенное и сакральное, а во втором — тонкие оттенки смысла понятия насилия в тех или иных сочинениях французского мыслителя. В заключении, руководствуясь таким их подходом, я попытаюсь составить общую схему того, как «работает» философия Батая, представив ее как согласованное взаимодействие пяти групп концептов, управляющих схожими движениями смысла.
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 9.5 (2 votes)
Аватар пользователя brat Kliment