Бахофен - Материнское право - Том 3

Иоганн Якоб Бахофен - Материнское право. Исследование гинекократии древнего мира
HellenicaЗолотая серия сайта Эсхатос
Издательский проект Quadrivium
 
​Серия HELLENICA
 
 
 

Среди гинекократических стран Элида занимает выдающееся место. В то же самое время она упоминается как место, особо связанное с дионисийским культом. Это предписывает нашему дальнейшему изложению определенный порядок. Прежде всего мы должны будем рассмотреть древнюю, и лишь затем дионисийскую гинекократию элейцев. Свидетельства о первой из них относятся частью к низменностям, по которым протекает Пеней, — Ήλις или ’Ηλεία Κοίλη, частью к Писатиде — южной порции этих земель с рекой Алфеем и Олимпией, и, наконец, частью к Трифилии. Согласно Страбону (География, VIII, 354), соотношение сил этих трех регионов менялось с течением времени. Расцвет Писы связан с ахейцем Пелопом, преемником Эномая; роль трифилийского Пилоса возросла под властью Несторидов, Элея же достигла преобладающих высот после возвращения эпейских этолийцев, бывших в союзе с Гераклидами. Авгий до такой степени покорил себе остатки ахейского племени (Павса-ний, Описание Эллады, V, 4), что, неоднократно смешиваясь даже в традиции Элеи и Писатиды, Эномай и Пелопс были отнесены к первой, а Авгий — к последней из них (Страбон, География, VIII, 356; Схолии к Пиндару, Олимпийские песни, I, 28).
 
Наконец, замечает Страбон (там же, 355), Писатида, племя кавко-нов и даже сам Пилос исчезли, не осталось от них даже имени, а остатки жителей Пилоса преимущественно уже после падения Мессены переселились в Лепрей. Итак, вначале речь у нас пойдет об Элее, затем о Писатиде, а в завершение — о Трифилиде. Военная экспедиция Геракла, направленная против Авгия, позволяет нам обнаружить множество замечательных черт, свойственных гинекократии элейских эпейцев (ср. Страбон, География, VIII, 341). Миф, известный нам в пересказе Павсания (Описание Эллады, V, 1, 1-3, 7), повествует, что царь эпейцев Авгий (ср. Страбон, География, VIII, 338) вверил защиту своей страны от Геракла фессалийцу Амарникею и сыновьям Актора Евриту и Ктеату. Когда Геракл понял, что ему нечего противопоставить их доблести, он прибег к коварной уловке. Он подстерег Акторидов, когда те направлялись на Истмийские игры, и убил их из засады возле Клеон. Однако мать убитых, Молиона, не жалела сил, чтобы отыскать убийцу. Узнав, что Геракл пребывает в Тиринфе, она тщетно пыталась добиться от аргивян, чтобы те впредь запретили своим гражданам участвовать в Истмийских играх, после чего сама решилась наложить такой же запрет на элейцев, а всех, кто нарушит его, предала проклятию. Потому-то с тех пор элейцы воздерживаются от участия в Истмийских состязаниях. Впоследствии Геракл во главе войска аргивян, фиванцев и аркадян предпринял второй поход против Элиды, захватил и опустошил эту страну и, хоть и пощадил Авгия, однако передал власть его сыну Филею, с самого начала не скрывавшему дружеских чувств к знаменитому герою. В те дни случилось так, что элейские женщины, заметив сколь мало у них осталось мужчин, молились Афине, чтобы она помогла им тотчас забеременеть, как только они сойдутся с мужчиною. И когда мольба их была исполнена, они по обету воздвигли храм этой богине под именем Άθήνη Μήτηρ. Место, где они сходились, равно как и протекавшая мимо река получили название Βάδυ, т. е. как бы ηδυ — столь велико было удовольствие, полученное ими от этого соития.
 
После отъезда Геракла Филей позаботился об устроении жизни в государстве. Но поскольку он вскоре вернулся на Дулихий, а Авгий умер в преклонных летах, власть перешла к одному из сыновей последнего —Агасфену, а также к Амфимаху и Фалпию — сыновьям Еврита и Ктеата от дочерей правившего в Олене царя Дексамена, из коих первая, Фероника, родила Ктеату Амфимаха, а вторая — Евриту Фалпия (Евстафий, Комментарии к «Илиаде», II, 615 ff.). Амфимах встретил смерть под стенами Илиона. По дружбе к нему Поликсен, сын Агасфена, назвал своего сына тем же именем. От этого второго Амфимаха происходит тот Элей, в чье правление этолийцы, соединившись с Гераклидами, вторглись на Пелопоннес. Произошло это следующим образом: сыновья Аристомаха получили оракул, что предводителем в этом походе им следует поставить «трехглазого». Встретив случайно человека, ехавшего на одноглазом муле, они поняли смысл прорицания. Так этот незнакомец по имени Оксил стал во главе похода и предложил переправиться в Пелопоннес на кораблях, а не сушей. В награду доряне отдали ему Элейскую землю. Сам же Оксил происходил от Гемона, сына Фо-анта, сопровождавшего Атридов в Илион. Гераклиды и этолий-ские цари состояли в кровном родстве, поскольку матери Гилла и Фоанта были родными сестрами. Впоследствии Оксил вынужден был бежать из Этолии из-за непредумышленного убийства: бросая диск, он попал в собственного брата Фермия. Все это сообщает Павсаний (Описание Эллады, V, 1-3). Наша задача заключается теперь в том, чтобы выделить из этого повествования и объяснить те его особенности, в которых особо отчетливо просматриваются гинекократические представления. Примечательно прежде всего имя двух сыновей Актора. Их называют по матери Молионидами. Павсаний (Описание Эллады, VIII, 14, 6) пишет: ύπο τών παίδων έτρώθη τών ’Άκτορος, καλούμενων δε άπο Μολίνης της μητρός. Молионидами названы близнецы и на статуе элейца Тимона (Павсаний, Описание Эллады, V, 2, 5), а также у Аполлодора (Мифологическая библиотека, II, 7, 2; Пиндара, (Олимпийские песни, XI, 27-28 и 34) вместе со схолиями к этому месту в изд. Boeckh, p. 246 (Μολίονες ύπερφίαλοι) и Плутарха (О братской любви, 1). Гомер (Илиада, XI, 749) соединяет отцовское и материнское имя (Άκτορίωνε Μολίονε παΐδε), в другом месте (там же, XXIII, 638) он довольствуется первым из них. Если уже здесь можно заметить отступление от изначального словоупотребления, то еще больший недостаток понимания мы обнаружим у Евстафия (Комментарии к «Илиаде», II, 615 и к «Одиссее», XI, 749). Ибо он замечает, что связь имени Μολίονε (ηγουν Μολιονίδαι, Μολιονίωνε) с матерью представлялась недостаточной предшествующим интерпретаторам, σημειουμένοις κάνταυθα μη σχηματίζεσθαι Ώμήρω έκ μητέρων πατρωνυμικά. — Как сообщает Афиней (Пир мудрецов, II, 50; ср. Евстафий, Комментарии к «Илиаде», XXIII, 638), Ивик в одной из своих «Песен» пишет, что Молиониды родились из серебряного яйца, подобно Диоскурам:
 
τούς τε λευκίππους κόρους 
τέκνα Μολιόνας κτάνον, 
αλικας, Ισοκεφάλους, ένιγυίους,
Άμφοτέρους γεγαώτας έν ώέω 
άργυρέω
 

Иоганн Якоб Бахофен - Материнское право. Исследование гинекократии древнего мира в соответствии с ее религиозной и правовой природой. В трех томах. Том III

(SERIA HELLENICA)
СПб.: Издательский проект «Квадривиум», 2021. — 752 с.
ISBN 978-5-7164-1084-8
 

Иоганн Якоб Бахофен - Материнское право. Исследование гинекократии древнего мира в соответствии с ее религиозной и правовой природой. В трех томах. Том III - Содержание

ИНДИЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ
  • XCIII. Мероитско-индийская атрибуция Кандакии, вытекающая из гинекократических условий Индии. Сопоставление свидетельств, в особенности касающихся Pandaea gens
  • XCIV. Продолжение: дальнейшие сообщения о гинекократическом укладе Индии и Центральной Азии
  • XCV. Рассмотрение некоторых явлений, связанных с взаимоотношениями полов
  • XCVI. Кандакия: значение этого слова и многообразие его форм, представленных в composita
  • XCVII. Связь индийского эпоса о великой войне Кауравов с Пандавами и мифа о Кандакии. Александр как новый Кришна-Геракл, Кандакия как Пандея. «Махабхарата» — прототип содержащейся у Псевдо-Каллисфена истории о вражде двух братьев: Кандавла и Хорага
  • XCVIII. Высшее право материнства у персов
  • XCIX. Амазонский уклад в Центральной Азии. Встреча Фалестрии с Александром
  • C. Китайские сообщения о существовании и истории тибетского гинекократического государства на севере Индии, на юге Декана, неподалеку от Бактрианы. Отношение Александра к материнскому принципату азиатско-африканского мира. Сравнение исторических известий со взглядами, отраженными в мифе о Кандакии. Победа материально-женского принципа в царском доме Птолемеев
ОРХОМЕН И МИНИЙЦЫ
  • CI. Миф об орхоменских Αίολεΐαι и заключенное в нем противопоставление минийского материнского права и дионисийской религии
  • CII. Сопоставление следов минийского материнского права. «Навпактии». IV Эпиникий Пиндара. Ясон и минийцы в аргонавтической поэзии. «Некийя». Хлорида и право последнерожденных
  • CIII. Иола и преодоление гинекократии гераклическим принципом, отраженное в мифе о ней
  • Главы CIV-CVI. Значение Аргонавтики
  • CIV. Свидетельства женско-теллурической точки зрения в многочисленных чертах этого мифа и ее противоположность ясоно-аполлоническому закону жизни
  • CV. Религиозное значение «Аргонавтики» и ее взаимосвязь с гинекократией. Сакральный характер Медеи. Ясоно-эолийское брачное право
  • CVI. Столкновение орфико-аполлонического и колхидо-индийского культа Гелиоса как направляющая идея мифа об аргонавтах. Преобразование фракийско-аполлонического мифа в фракийско-дионисийский
  • CVII. Переход Αίολεΐαι к вакхическому культу. Преобразование амазонской жизни в дионисийскую 
  • Главы CVIII-CX. Дионисийская гинекократия CVIII. Преимущественная связь Диониса с миром женщин
  • CIX. Внутреннее сродство вакхического культа природному расположению женщин, его следствия и проявления
  • CX. Эротическое развитие женского дионисийства и его влияние на образ жизни народов в целом 
  • Главы CXI-CXIV. Дионисийская мужественность 
  • CXI. Рассмотрение ее различных ступеней: от низшей посейдонической до высшей солярной, — а также об отношении последней к аполлонической природе света
  • CXII. Об устроении дионисийского и аполлонического патернитета в свете вышесказанного. Их взаимосвязь и исход их борьбы
  • CXIII. Доказательства существования названной взаимосвязи в отдельных мифах. Высшее проявление аполлонического патернитета в городе Афины 
  • CXIV. Разбор трагедии Еврипида «Ион». Заключенная в ней последовательность ступеней материнского права, дионисийского и аполлонического патернитета
  • Главы CXV-CXVII. Доказательство того же порядка развития в истории усыновления
  • CXV. Усыновление посредством имитации акта рождения. Аналогичные случаи Imitatio naturae
  • CXVI. В особенности об обычае обходиться с отцом как с роженицей у различных народов и в мифе о Dionysos bimater. Отношение такого представления к материнскому праву и его природной истине
  • CXVII. Высшие ступени усыновления; их постепенное восхождение к духовности аполлонического патернитета. Параллели между Ионом и Августом
  • CXVIII. Взаимоотношения между дионисийским и апол-лоническим патернитетом, отраженные в мифе о состязании Неоптолема и Ореста за руку Гермионы
ЭЛИДА
  • CXIX. Различие трех элейских территорий: Келеэлиды, Писатиды и Трифилии. Изложение цикла сказаний, связанных с элейско-эпейской землей, и демонстрация содержащихся в нем гинекократических черт. В особенности о Молионидах 
  • CXX. Продолжение начатых размышлений. Поражение гераклического принципа в Элиде
  • CXXI. Ряд явлений, получающих объяснение из элейской гинекократии, в особенности о целомудрии, принесенном в жертву элейскими женщинами. Судебная власть коллегии XVI элейских матрон в публично-правовых вопросах. Священный мир Элейской земли, ее религиозный характер, праздничные собрания, ее эвномия, богатство. Консерватизм элейского народа в культе и общественной жизни в его связи с гинекократией
  • CXXII. Переселение этолийцев в Элиду и его роль в укреплении гинекократического начала. Свидетельства материнского права в этолийских традициях, особенно в мифе об Оксиле 279
  • CXXIII.Рассмотрение преданий, относящихся к Писатиде. Прежде всего, об Эномае и его поражении от Пелопа. Переход от низшей стадии теллуризма к брачной гинекократии Гипподамии
  • CXXIV. Высшая пелопическая ступень развития религии и возвышение мужского принципа, достигнутое благодаря Пелопу
  • CXXV. Окончательное возвышение мужского принципа Гераклом. Аполлоно-гераклическое развитие олимпийских празднеств и объясняемые им многочисленные ограничения для женщин. Связь древнего гинекократического с новым гераклическим законом. Сравнение женщин с мухами и связь относящихся к тем и другим установлений с высшей идеей олимпийских празднеств
  • CXXVI.Традиции минийской Трифилии. Доказательства господства в ней точки зрения материнского права. Выдающиеся образы истории Несторидов: Тиро, Хлорида, Перо. В особенности о неоднократно засвидетельствованном здесь праве последнего рождения и его объяснении в мифе о принадлежавших Ификлу коровах Тиро
  • CXXVII. Прочие характерные особенности гинекократической стадии кульуры трифилийских минийцев, в особенности преобладание идеи смерти в религии и последовательный дуализм во всех ветвях рода Тиро
  • CXXVIII. Поступательное возвышение религии от материнского теллуризма к аполлоническому патернитету, засвидетельствованное в истории ман-тики. Первая, меламподическая ступень этого процесса. Характерное для нее прорицание бедствий. Ее связь с основоположной идеей материнского права
  • CXXIX. Возвышение меламподического пророчества до клитидического. Его связь с отцовским солнечным правом и прорицание счастья и победы как его характерная черта. В особенности о связи Гесиода с Меламподом и его хтоническим принципом
  • CXXX. Аполлоническая ступень Иамидов, ее связь с прямой линией и идеей бессмертия рода. Рассмотрение VI Олимпийского эпиникия Пиндара и проведенного в нем противопоставления материнского права Эпитидов и вступления Иама в аполлонический союз
  • CXXXI. Параллелизм этого возвышения меламподической мантики и победы аполлонического па-тернитета над древней гинекократией как она представлена в фиванском цикле сказаний. Роль Алкмеона в этой борьбе
  • CXXXII. Эрифила, ее изначально сугубо гинекократический характер и его позднейшее искажение, вызванное идеей аполлонического патернитета. Первые филопаторы: Антилох и Амфилох
  • CXXXIII. Проникновение дионисийского культа в Элиду и сопротивление, оказанное ему местным ги-некократическим принципом. Конечный облик материнского права в Элиде
ЭПИЗЕФИРСКИЕ ЛОКРЫ
  • CXXXIV. Обзор свидетельств эпизефирского материнского права. Их связь с высказываниями древних о гинекократии локров греческой метрополии и родственных им племен лелегийского происхождения. В особенности гинекократия феаков, Арета
  • CXXXV. Представления локрийского материнского права как идейная основа «Эоий», «Каталогов» и «Навпактий». Гесиод как поэт гинекократии, национальный герой локров. Об основании Фив Локром. Родина Пиндара, его постоянное обращение к древнейшим гинекократическим представлениям 
  • CXXXVI. Ряд явлений, характерных для жизни эпизе-фирийцев, и их связь с гинекократическим принципом. В частности, о локрийских евномии, филоксении и консервативном образе мысли
  • CXXXVII. Следы амазонской древности в Италии. В особенности город Клита. Замечания о внутреннем пути развития древних женских государств
  • CXXXVIII. Ход развития эпизефирийского материнского права от афродитически-гетерийской ступени до строгого брачного законодательства Афины. Сопоставление существенных черт первой ступени. В особенности о влиянии дионисийского культа и об озолийском происхождении эпизе-фирийцев. Культурная ступень озолийских локров
  • CXXXIX. Оттеснение Афродиты более чистым законом Афины. Связь Залевка с Афиной. Культовая противоположность Афродиты и Афины в сопоставлении с составом народонаселения: местных уроженцев и новоприбывших. Сравнение Локров с Римом. Связь пресловутого локрийского коварства, Λοκρο'ι τας συνθήκας, с господствующим материнством
  • CXL. Возвышение Афины над Афродитой в первоначальной истории Тарента. Лакедемонийские Парфении и миф о Фаланфе и Эфре. Афина и значение ее материнского закона для нравов Великой Греции
  • CXLI. Анализ мифа о дельфийском состязании Евнома, локрийца, с регийцем Аристоном. Скрытая в нем мистериальная идея и ее связь с материнским правом. Значение образа цикады, его физическая и метафизическая сторона. Спор аполлонической и афродитической религий у эпизефирийцев, его исход
ЛЕСБОС
  • CXLII. Сапфо и эолийские девушки. Их связь с культовыми отправлениями и идеями орфической мистериальной религии. Сопоставление свидетельств о связи Орфея с Лесбосом. В особенности миф о разнице в отношении фракийских и лесбосских женщин к распространению орфического культа. Татуирование и материнская аристократия. ’Άρρενες έρωτες орфической религии и их значение для развития нравственности. Различные ступени орфической религиозной мысли в лесбосской лирике; в особенности об отношении мистериальной надежды и лесбосского обычая траурного плача по умершему. Религиозное благочестие Сапфо в представлении древних, в особенности отношение к ней Сократа. Параллелизм обоих явлений
  • CXLIII. Особое отношение Сапфо к Афродите; ее духовный облик как отражение природы этой богини; эолийская духовность: ступень ее развития и ее распад
  • CXLIV. Разбор мифов, связанных с египетской царицей Береникой, дочерью Магаса. Ее причастность к орфически-дионисийскому культу — связующему звену между долиной Нила и островом Лесбос, лагидскими и лесбосскими женщинами 
  • CXLV. Смысл лесбосского дотального закона Береники и его связь с созвездием Coma Berenices. Значение приданого в орфической религиозной системе и в истории деметрического материнского права. Дальнейшее проникновение лесбосско-орфических идей в Спарту и Рим на материале политических стремлений греков и царя Агида
МАНТИНЕЯ
  • CXLVI. Диотима и ее отношение к Сократу. Связь ее образа с мистериальным принципатом пе-ласгийской женщины. Сопоставление ряда свидетельств и памятников, где подчеркивается значение материнства
  • CXLVII. Свидетельства древних о Мантинее и ее культурe. Верность города древнейшим формам пеласгической религии и нравов. Почитание материнства как основа евномии, евсебии и демократического равенства всех граждан государства. В особенности о Ликомидах; их значение для деметрической мистерии, их появление в Мантинее
  • CXLVIII. Материнское право как основа пеласгийско-го нравственного уклада. Ближайшее рассмотрение некоторых связанных с ним явлений. В частности, связь материнского принципата с серебряным человеческим родом у Гесиода; принципата Дике — с άρχαίων φύλα γυναικών; слова γραΰς — с пеласгийским метронимиче-ским именем Graeci; καθαρός λόγος крониче-ской эпохи — с деметрическими таинствами доэллинского периода; πρακτική άρετή, культурного земледелия и мирных искусств — с материнской основой жизни. Единство происхождения всех этих явлений и их связь с гинекократией
ПИФАГОРЕЙСТВО И ПОЗДНЕЙШИЕ СИСТЕМЫ
  • CXLIX. Возврат пифагорейства к деметрическому принципату в религии, его сознательная борьба с эллинизмом через оживление пеласгийской мистерии. Множество явлений, подтверждающих верность этого взгляда: в частности — пифагорейская система чисел, первенство, отдаваемое ночи, звездному небу, Луне; распространение ius naturale на все части творения; культ мертвых; особое значение, придаваемое сестринским и дочерним отношениям. Пифагорейская орфика в карийской Афродисии. Возобновление культурных черт древнейшего материнского права
  • CL. Прочие мотивы пеласго-деметрических таинств в пифагорействе. В особенности опирающееся на них религиозное призвание женщины и его множественные выражения. Черты мистерийного священства в облике Феано, Сапфо, Диотимы, пифагорейских, эолийских и пеласгийских женщин вообще. Дальнейшие свидетельства их духовного единства и их противостояния тенденциям эллинского мира, в особенности Афин. Новая жизнь пеласгийской мистерийной религии в связи с выходом на историческую арену пифагорейских женщин. Аналогичные явления: влияние деметрического и христианского культа Марии на сохранение и основание новой государственной гинекократии. О сиракузских царицах Филистиде и Нереиде
  • CLI. Развитие материнского принципата в платоновской, эпикурейской и гностической системах. Новое пробуждение полноты естества в гетеро-афродитическом натурализме у Епифана и карпократиан. Возврат человеческого развития к первобытным состояниям. Сходство большинства отдельных черт древнейшего и нового материнского права. Связь демократического жизненного уклада с возвратом к материнско-вещественному взгляду на вещи. Конфликт материнского и отцовского принципов в дохристианской и христианской нравственности. Последняя историческая борьба язычества и преимущественное участие в ней исконно гинекократических племен. Недавние предложения по введению материнского принципата в качестве основы семейного права
ДОПОЛНЕНИЯ
Ликия
  • CLII. Дальнейшие свидетельства о ликийском материнском праве и его следы в ликийских надгробных надписях
  • CLIII. Связь ликийского материнского права с мистерийным культом. Ряд явлений, свидетельствующих о существовании последнего. В особенности о культовом значении имени Lycii, о Сарпедоне и Лаодамии, о ликийцах Аррифоне и Прокле, о Памфе, Эре — сыне Армения, о Финекском камне. Возникновение светской гинеко-кратии из гинекократии религиозной
Крит
  • CLIV. Отдельные явления, связанные с критскими деметрическими мистериями и с основанным на них материнским правом
  • Египет
  • CLV. Борьба египетских воззрений против патерни-тета греков, прослеживаемая в ряде явлений: в частности замена в родном языке отцовских имен именами матерей
  • CLVI. Продолжение предшествующих рассуждений. В особенности генеалогические данные в греческих папирусных источниках эпохи Птолемеев. Победа материнской системы в народном языке
  • CLVII. Продолжение. Склонность греков подменять материнскую точку зрения отцовской. Примеры 
  • CLVIII. Различие между греческой и египетской системами, продемонстрированное на системах жреческих должностей Птолемаиды и Александрии
  • CLIX. Соотношение двух воззрений в титулатуре дома Птолемеев. Значение прозвищ Φιλομήτωρ, Φιλοπάτωρ, Εύπάτωρ. Рассуждение об акценте, делаемом в царской титулатуре на родственной любви и о множестве явлений в истории дома Лагидов, связанных с гинекократической основой жизни
  • CLX. Отдельные сообщения на ранее затронутые темы, в особенности о женском происхождении писем и их связи с гинекократией
  • CLXI. Дальнейшие сообщения, в частности об особом внимании к телесному облику у гинекократических народов
  • CLXII. Дополнительно о мистериальном культе эпизефирских локров
  • CLXIII. Борьба римского принципа патернитета с вещественно-материнскими воззрениями Востока на примере некоторых мест римских правовых источников
Кантабры
  • CLXIV. Известие Страбона о гинекократии кантабров и ее отдельные проявления. Демонстрация внутренней связи этого семейного уклада с нравами и обликом иберийского племени в целом. Сравнение полученного результата с выводами гумбольдтовских исследований о языке иберийцев. Оригинальность пеласгийского характера в праве и в наречии. Связь древне-кантабрийской наследственной и дотальной системы с принципами баскских народов, в особенности с правовыми определениями coutumes Барежа. Описание этой древней правовой системы и применение ее определений к объяснению известия Страбона. Сравнение некоторых других баскских обычаев с воззрениями и обычаями древнейших материнских племен. Заключительные мысли о единообразном действии гинекократической системы у самых разных народов, принадлежащих далеким друг от друга эпохам
 
 

Категории: 

Благодарю сайт за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя brat christifid