Небольшая книга Грегга Бридвелла «Фундаментальные доктрины Библии» принадлежит к тому особому пласту русскоязычной христианской литературы, который возник в первой половине 1990-х годов, когда после падения государственного атеизма в Россию хлынул поток западных миссионеров, а вместе с ними и множество учебных пособий, написанных наспех, переведённых с английского силами добровольцев и отпечатанных на кооперативных типографиях. Выходные данные издания говорят сами за себя: московский адрес на Большой Якиманке, телефон с кодом (095), кооператив «Издатель», а в посвящении автор благодарит длинный ряд помощников с русскими именами и «всех тех прекрасных российских христиан», чья жажда библейских истин исполнила его состраданием. Из краткой заметки в конце книги мы узнаём, что Грегг и Шерли Бридвелл приехали из Калифорнии, долгое время прожили в Москве как миссионеры, а сам Грегг основал служение «Основание жизни», христианский дом для бездомных и обездоленных людей. Перед нами, таким образом, не труд кабинетного богослова, а пособие практика-миссионера, задуманное как первая ступень целого курса: в примечании к первой главе прямо сказано, что полное изучение личностей Отца, Сына и Святого Духа отложено до следующих выпусков этого курса. Эта исходная установка многое объясняет и в достоинствах, и в слабостях книги.
Главная задача, которую ставит перед собой автор, сформулирована в предисловии через образ фундамента, заимствованный из притчи о двух строителях. Новообращённые в постсоветской России, лишённые катехизической традиции, нуждались в твёрдом основании, и Бридвелл стремится дать им это основание в виде максимально насыщенного Писанием свода базовых истин. Метод его аргументации предельно прост и вместе с тем показателен. Каждая тема открывается «определениями» ключевого слова, еврейским, греческим и нередко взятым из словаря Уэбстера, после чего следует цепочка кратких тезисов, каждый из которых подкреплён перечнем библейских ссылок, как правило без цитирования самих стихов. Автор называет свой подход «теологическим системным», однако тут же делает заявление, которое во многом определяет характер всей книги: «Здесь нет ни малейшей попытки интерпретировать Писание.» Далее он прибавляет, что в книге «нет никаких догм», и объясняет это желанием укрепить единство Тела Христова. Сам он предлагает пользоваться пособием как симфонией, путеводителем по Библии, указателем для подготовки проповедей и даже учебником для библейской школы при поместной церкви. Ссылки, по его признанию, основаны на изучении слов по Библии короля Иакова, что для русского читателя порождает ряд расхождений с Синодальным переводом, которые автор отчасти и сам отмечает.
Книга состоит из двух частей. Первая, включающая девять глав с приложенными к ним тестами, охватывает учение о Боге, спасении и Библии, а затем переходит к темам христианской жизни: любви и общению с Богом, любви к ближним и Церкви, служению, ученичеству, воле Божьей и Великому поручению. Вторая часть целиком посвящена учению о Святом Духе и разделена на двадцать разделов, также завершающихся тестами. Уже само это соотношение говорит о богословских приоритетах автора: пневматология получает почти столько же места, сколько вся остальная догматика, вместе взятая.
Первая глава, посвящённая Богу, открывается перечнем двадцати четырёх характеристик Бога, от Творца и Духа до Судьи и Единого Бога, каждая из которых снабжена кратким определением и ссылками. Затем следует раздел о Троице, где автор честно начинает с того, что «Слово Троица не используется в Библии. Но, несмотря на это, Писание все-же учит нас, что в одном Боге существуют три отдельные личности». Лица Троицы, по его формулировке, имеют один характер, одинаковые свойства, равны в силе и власти и всегда пребывают в согласии; это учение важно прежде всего потому, что утверждает божество Иисуса Христа. Доказательная база строится на тех же цепочках ссылок, среди которых неоднократно встречается 1 Ин. 5:7, текст, присутствие которого в каноническом тексте давно оспаривается текстологами, но для читателя Библии короля Иакова и Синодального перевода остающийся привычным. Глава завершается обширным перечнем имён Бога, разделённых на «элохические», «иеговестические» и имена Сына; здесь мы находим Эль-Шаддай, Эль-Элион, Иегова-Ире, Иегова-Рафа, Иегова-Нисси, Иегова-Цидкену и другие, каждое с переводом и местом первого употребления.
Вторая глава, «Что такое спасение?», выстроена по классической евангельской схеме. Сначала говорится о законе греха и смерти: что такое закон, кто его дал и какова его цель (познание греха и приведение ко Христу). Затем определяется грех, который вошёл в мир через сатану и в человечество через Адама, после чего перечисляются физические, душевные, духовные и вечные последствия греха. Раздел об искуплении объясняет, почему оно необходимо: Бог свят, ненавидит грех, знает каждый грех и должен его судить. Ответом служит искупительное дело Христа, через Которого мы примирены с Богом, оправданы и избавлены от наказания. Здесь автор формулирует, пожалуй, самый сильный сотериологический тезис книги: «Иисус пожертвовал Себя один раз за все человечество, за все грехи, и никакая другая жертва не будет принята.» Далее говорится об исповедании грехов и о том, что Бог прощает и больше не вспоминает их. Заключительный раздел о вечной жизни подчёркивает, что спасение есть бесплатный дар, который нельзя заработать, но который нужно принять, а затем вводит пять условий спасения: веру, покаяние, исповедание, возрождение и терпение. После каждого условия повторяется рефрен «Бог дает нам возможность», то есть сама способность исполнить условие понимается как дар благодати. Уверенность в вечной жизни опирается на свидетельство Духа, действие Слова, изменённую жизнь и веру в Божьи обетования.
Третья глава посвящена Библии. После лексических справок о словах «книга», «писание» и «завет» автор даёт обзор канона из шестидесяти шести книг, написанных, по его словам, сорока авторами примерно за шестнадцать столетий, и перечисляет книги по разделам. Затем следует учение о Слове Божьем: Библия содержит слова, сказанные Богом, написана людьми по вдохновению, истинна, совершенна и пребудет вовек. Значительная часть главы носит назидательный характер: Слово нужно любить, искать, питаться им как хлебом, мясом и мёдом, пить его как воду и молоко, слушать, читать, изучать, размышлять над ним, заучивать и молиться перед чтением, чтобы Дух открыл смысл. Завершает главу пространный перечень того, что даёт чтение Писания: обличение и очищение, благословение и преуспевание, мудрость и руководство, утешение, исцеление и мир, рост веры, победу над грехом, обновление ума, ответы на молитвы и само спасение.
Четвёртая глава, о любви и общении с Богом, возможно, самая тёплая в книге. Бог любит нас и желает общения с нами; автор перечисляет условия таких отношений и десять их образов, от овец и слуг до друзей, детей, невесты, членов Тела и соправителей Христа. Затем он описывает, как Бог общается с человеком: через Слово, через Святого Духа, через «человеческие сосуды», через чудеса и знамения, слышимый голос, ангелов, видения и сны. Вторая половина главы посвящена нашей ответной любви, которая доказывается послушанием, и путям развития общения: через Слово, молитву, хвалу и поклонение. Каждый из этих путей сопровождается развёрнутыми лексическими статьями о многочисленных еврейских и греческих глаголах молитвы и хвалы, а среди форм хвалы, наряду с пением и псалмами, названы хлопанье в ладоши, поднятие рук, танец и игра на инструментах.
Пятая глава переносит тему любви на отношения с людьми. Вторая заповедь требует любить так, как возлюбил нас Христос; эта любовь выражается в покрытии грехов, доброте, терпении, служении, прощении, восстановлении павших и готовности положить жизнь за других. Далее, после длинной серии греческих слов с приставкой «син-», автор утверждает, что Бог желает, чтобы мы были вместе, и что пророческая цель смерти Христа состояла в том, чтобы собрать воедино рассеянных детей Божьих. Раздел о койнонии описывает, чего нельзя делать ради сохранения общения (мстить, клеветать, судить, разделяться) и что делать необходимо (жить в согласии, быть гостеприимными, смиренными, взаимно покоряться). Глава завершается кратким очерком экклезиологии: Церковь принадлежит Богу, построена на Христе как краеугольном камне, является Его Телом и духовным, а не физическим храмом, может собираться в домах, наделена дарами и управляется старейшинами.
Шестая и седьмая главы составляют своего рода диптих о служении и ученичестве. Служение Богу представлено как заповедь и как выбор: некогда мы были рабами греха, теперь же должны стать слугами праведности. Бог помогает служить через кровь Иисуса и через благодать, а Сам Христос является образцом слуги. Автор перечисляет, как именно нужно служить (всем сердцем, с чистой совестью, со страхом, с радостью, любовью), где служить (на работе, в уважении к властям) и какие преимущества даёт служение, приводя ветхозаветные обетования благословений, исцелений и изобилия земли. Глава об ученичестве описывает учеников как тех, кто следует за Христом, постится, молится, проходит через гонения, служит и подчиняется лидерам, причём ученики характеризуются как крещённые водой и отдельно как крещённые Святым Духом. Значительную часть главы занимает тематический указатель учений Иисуса Своим ученикам по всем четырём Евангелиям, а также Его поручений и предостережений.
Восьмая глава о воле и пути Божьем учит, что волю Бога можно узнать через Слово и молитву, а исполнить её, отложив собственную волю по примеру Христа в Гефсимании. Автор трезво замечает, что исполнение воли Божьей не всегда будет лёгким и что страдания тоже могут быть Его волей. Вместе с тем здесь же появляется формулировка, к которой ещё придётся вернуться: «Исполняя волю Бога, мы получаем уверенность, что попадем в Рай». Вторая половина главы о пути Божьем противопоставляет совершенный путь Бога человеческому пути, который кажется прямым, но ведёт к погибели, и вновь перечисляет благословения тех, кто ходит Божьими путями.
Девятая глава, о Великом поручении, связывает всё сказанное с миссией. Иисус первым проповедовал Евангелие и послал учеников; Евангелие должно быть проповедано всем людям, бедным и знатным, без стыда, с любовью и дерзновением, в силе Святого Духа, с чудесами и знамениями. Автор перечисляет пятнадцать предметов проповеди, от Евангелия Царства и благодати до креста, покаяния, освобождения, исцеления и воскресения, и называет три вещи, которые Бог даёт для благовестия: благодать, финансы и сердце. Затем он показывает, как девять даров Духа из 1 Кор. 12 действовали в проповеди ранней Церкви, и перечисляет то, что противостоит Евангелию: сатану, искажение вести, любовь к деньгам, религиозных лидеров, неверие и даже нас самих.
Вторая часть, учение о Святом Духе, начинается с вопроса, который определяет её логику. Если в Ветхом Завете некоторые люди уже были исполнены Духа, то как понимать слова Иисуса о том, что Дух ещё не был дан? Ответ автор находит в пророчестве: «Пророк Иоиль пророчествовал, что в последние дни Бог изольет от Своего Духа на всякую плоть». В Ветхом Завете Дух получали немногие избранные, в Новом же Он излит на всех, включая язычников, и особым образом это касается крещения Святым Духом. Далее следует добротно выстроенный ряд разделов: Дух есть Бог, Он вечен, всеведущ, вездесущ и всемогущ; Он действует в творении, в воскресении Христа, в богодухновенности Писания и его уразумении, в спасении, обличении, возрождении, освящении и запечатлении верующих. Автор приводит двадцать шесть имён Духа, описывающих Его свойства, пятнадцать собственно имён, плод Духа и доказательства Его личности: Он имеет разум, волю и чувства, Его можно огорчить, угасить, оскорбить и даже похулить. За этим следуют разделы о Духе и общении, о Его действии в повседневной жизни, о духовном росте и послушании, о служении в Духе, где перечислено тридцать форм такого служения, от благовестия и пророчества до истолкования снов, освобождения одержимых и, с опорой на историю Самсона, до победы над рыкающим львом силою Духа.
Центральным для второй части становится учение о принятии Духа и крещении Святым Духом. Автор описывает различные способы принятия Духа (дуновение Христа, излияние, возложение рук, вера в слышимое Слово) и подготовку к нему через покаяние, повиновение, хвалу, молитву и пост. Крещение Духом он называет новозаветным учением Христа и разбирает различные выражения книги Деяний: «исполнились», «излил», «сошёл». По его словам, «Все эти стихи взаимосвязаны и говорят о крещении Святым Духом, но каждая фраза имеет собственное значение на греческом языке». Здесь же он делает важную оговорку: нельзя считать крещением каждый случай, когда Дух сходил на человека или наполнял его, ибо тогда пришлось бы признать крещёнными Духом ветхозаветных праведников, что противоречило бы словам Христа в Ин. 7:39. Далее он прослеживает, что происходило при исполнении Духом в ранней Церкви: в день Пятидесятницы ученики заговорили на иных языках ради проповеди, в Иерусалиме Дух дал дерзновение и единодушие, о самарянах не сказано ни о каких немедленных внешних проявлениях, Савл сразу начал проповедовать, у Корнилия и учеников Иоанна появились языки и пророчество. Часть завершается обширным указателем ветхозаветных и новозаветных стихов о действии Духа и кратким обзором Его символов: ветра, воды, огня, елея, росы, печати и голубя.
Хотя Бридвелл нигде не называет своей конфессиональной принадлежности и подчёркнуто дистанцируется от «догм», характер книги не оставляет сомнений: это пособие пятидесятническо-харизматического круга, вероятнее всего связанное с независимым миссионерским служением. На это указывают учение о крещении Духом как отдельном опыте, следующем за обращением и требующем подготовки, акцент на возложении рук, языках, девяти дарах, пророчествах, видениях и снах, на исцелении и освобождении как содержании проповеди, на таких формах хвалы, как танец и хлопанье в ладоши, а также вопрос из тестов о пяти дарах, данных Церкви Христом, отсылающий к популярной в харизматической среде теме пятичастного служения. Баптистский читатель должен иметь это в виду с самого начала.
Наибольшую пользу книга может принести, пожалуй, двум категориям читателей. Первая из них — новообращённые и молодые верующие, особенно в общинах, где катехизация ещё только складывается: пособие дисциплинирует обращение к Писанию, приучает проверять каждое утверждение текстом, а тесты после каждой главы позволяют закрепить пройденное в домашней группе или воскресной школе. Вторая категория — проповедники и учителя, которым нужен быстрый тематический указатель стихов: перечни ссылок о молитве, о любви к ближнему, о служении, о действиях Святого Духа действительно могут сэкономить время при подготовке проповеди. Студентам богословия и специалистам книга будет интересна скорее как исторический источник: она хорошо показывает, с каким богословским багажом пришла в Россию харизматическая миссия девяностых годов и какой тип библейской грамотности она формировала. Для мирян, ищущих интеллектуальных ответов, книга мало пригодна, поскольку она почти не аргументирует, а перечисляет.
Начать оценку следует с того, что заслуживает признания. Прежде всего, это подлинный библиоцентризм: автор не подменяет Писание собственными рассуждениями и стремится, чтобы каждое утверждение опиралось на текст. Для читателя, который только начинает знакомиться с Библией, сама эта привычка обращаться к контексту ссылок бесценна. Во-вторых, книга удерживает связь вероучения и жизни. После учения о Боге, спасении и Писании автор не останавливается, а ведёт читателя к любви, общению, служению, ученичеству и миссии, и в этом есть верная евангельская интуиция: доктрина существует не ради знания, а ради преображённой жизни. В-третьих, базовые положения изложены в целом ортодоксально: Троица, божество Христа и Духа, личность Духа, единократность и всеобъемлющая достаточность жертвы Христа, спасение как незаслуженный дар, исповедание и прощение грехов. Раздел о личности Святого Духа, с перечнем того, чем Его можно огорчить, и раздел о Его действии в повседневной жизни написаны с настоящей пастырской теплотой. Привлекает и трезвость отдельных замечаний: признание того, что страдания могут входить в Божью волю, и что в Самарии принятие Духа не сопровождалось описанными внешними проявлениями, удерживает автора от крайностей, характерных для иных изданий того же круга. Наконец, сама попытка снабдить русских верующих систематическим, пусть и элементарным, курсом в то время, когда подобных материалов почти не было, заслуживает уважения.
Вместе с тем книга вызывает и серьёзные вопросы, и первый из них касается заявленного метода. Утверждение, что в книге нет ни малейшей попытки интерпретировать Писание и нет никаких догм, богословски наивно. Отбор стихов, их группировка под тезисами, выбор того, какие темы раскрыть подробно, а какие отложить, уже являются интерпретацией, и притом весьма определённой. Когда ряд эпизодов из Деяний объединяется под заголовком крещения Святым Духом как отдельного опыта, когда ветхозаветные обетования изобилия земли и победы над врагами без оговорок переносятся на христианина, когда сражения Самсона становятся образцами духовной брани, перед нами не «чистое Писание», а вполне конкретная герменевтика, которая просто не названа и потому не может быть проверена. Читатель, уверенный, что получил одну лишь истину без примеси толкования, оказывается безоружен перед этими толкованиями.
Вторая слабость связана с лексикографией, которая составляет едва ли не главный инструмент автора. Определения еврейских и греческих слов явно взяты из словаря Стронга через английский, транслитерации искажены порой до неузнаваемости, а значения разных форм корня смешаны в одну статью, так что молитва оказывается связанной со значениями «узел» и «быть связанным», а хвала со значениями «бредить» и «выставлять в смешном виде». Такой метод, давно критикуемый в библеистике как перенос на каждое употребление слова всей суммы его возможных значений, создаёт иллюзию углублённого понимания, но на деле может уводить от смысла конкретного текста. Ссылки на словарь Уэбстера как на авторитет в определении греха или Бога и вовсе неуместны в вероучительном пособии. К этому прибавляются многочисленные опечатки в ссылках и фактические неточности, например утверждение, что ученики в Деян. 19 находились в Коринфе, а не в Ефесе.
Третья группа замечаний касается сотериологии. При всей ясности тезиса о бесплатном даре спасения схема пяти условий смешивает то, что совершает Бог, с ответом человека: возрождение, которое по Ин. 1:13 и 3:5–8 есть суверенное действие Духа, поставлено в один ряд с покаянием и исповеданием как «условие». Включение в этот ряд терпения со ссылкой на Евр. 6:4–8 и формулировка о том, что исполнение воли Божьей даёт уверенность попасть в рай, сдвигают основание уверенности с завершённого дела Христа на постоянство самого верующего. Тесты эту тенденцию усиливают, например вопросом о том, какие заповеди нужно соблюдать, чтобы получить дар спасения. Автор, по-видимому, не имел в виду спасение делами, но отсутствие ясного учения об оправдании верой, о вменении праведности Христа и о различии оправдания и освящения оставляет новообращённого в опасной неясности.
Четвёртое замечание обращено к пневматологии, ради которой книга во многом и написана. Двухэтапная модель, согласно которой верующий, уже рождённый от Духа, должен затем особым образом подготовиться и принять крещение Духом, строится почти исключительно на повествованиях Деяний и не вступает в диалог со словами апостола о том, что все верующие одним Духом крещены в одно Тело (1 Кор. 12:13), хотя сам автор приводит этот стих в своих перечнях. С евангельской точки зрения, разделяемой баптистской традицией, крещение Духом есть начальное действие Бога, соединяющее каждого верующего со Христом и Его Телом, а последующие исполнения Духом суть возобновляемая реальность христианской жизни. Автор знает о различии между этими понятиями, что видно из его оговорки о ветхозаветных праведниках, однако не доводит различение до конца. Не обсуждается и вопрос о соотношении продолжающихся откровений через видения, сны, голос и «человеческие сосуды» с достаточностью Писания, хотя именно здесь новообращённый больше всего нуждается в ясных критериях различения.
Наконец, следует отметить существенные пробелы. Христология, учение о человеке, ангелология, эсхатология, учение о крещении и Вечере Господней, каноне и богодухновенности почти не раскрыты или вынесены за пределы книги; для пособия, называющего себя «фундаментальными доктринами», это значительная лакуна, даже если допустить, что последующие выпуски курса должны были её восполнить. Церковь описана преимущественно как сообщество взаимной любви и духовных даров, но не как община, которая проповедует Слово, совершает таинства и хранит дисциплину. Перевод и редактура также оставляют желать лучшего, хотя к этому изданию, рождённому в условиях начала девяностых, требования приходится соотносить с обстоятельствами его появления.
В итоге книга Грегга Бридвелла предстаёт искренним, пастырски мотивированным, богатым ссылками на Писание, но методологически незрелым пособием, которое лучше всего использовать как тематический указатель и вспомогательный материал, а не как самостоятельный катехизис. Для клуба «Эсхатос» она интересна вдвойне: как напоминание о том, что любая систематизация Писания уже есть богословие и должна это осознавать, и как свидетельство о времени, когда западные миссионеры и русские верующие вместе, порой неловко, но с большой любовью к Слову, закладывали основания евангельской жизни на земле, едва освободившейся от атеизма. Читать её стоит с открытой Библией, проверяя каждую ссылку в контексте и сопоставляя её выводы с исторически выверенными исповеданиями евангельской веры.
Комментарии
Пока нет комментариев. Будьте первым!