Языкова - Ганс Кюнг

Ганс Кюнг
Статья из журнала Страницы: богословие. культура. образование, 17:1 (2013) с. 107-117
 
 

Ирина Языкова - Ганс Кюнг: богослов-диссидент или богослов третьего тысячелетия?

 
Ганс Кюнг — знаковая фигура в современном богословии. Сторонник реформ и экуменического диалога, создатель концепции «глобальной этики» и апологет союза науки и религии, яркий полемист и активный общественный деятель, почетный профессор Тюбингена и опальный богослов, священник Католической церкви, попечитель ББИ. Его книги переводятся на многие языки мира, в том числе на русский. Вокруг его имени в течение полувека не утихают споры.
 
В этом году Ганс Кюнг отпраздновал свой юбилей — ему исполнилось 85 лет, но при этом он в хорошей рабочей форме, пишет, выступает, дает интервью, по-прежнему остро реагирует на все современные проблемы и следит с интересом за выходом своих книг в России.
 
Ганс Кюнг (Hans Küng) родился 19 марта 1928 г. в небольшом городке Зурзее (кантон Люцерн), в Швейцарии. После окончания гимназии в Люцерне посещал Папский немецкий колледж. Изучал богословие и философию в Папском Григорианском университете в Риме.
 
В 1954 г. был рукоположен в сан священника и продолжил изучение богословия во Франции, в Католическом институте Сорбонны. Там, в 1957 г., защитил докторскую диссертацию «Оправдание. Учение Карла Барта с католической точки зрения». Сравнивая взгляды Барта, крупнейшего протестантского богослова ХХ века, с современным католическим богословием, которое прошло определенный путь со времени реформации, Кюнг пришел к выводу, что между протестантами и католиками не так уж много различий, и касаются они скорее разных форм выражения, и существенных несогласий не так много, как это принято считать.
 
В 1960 г. он был назначен профессором основного богословия Тюбингенского университета, а в 1963 г. возглавил Институт экуменических исследований Тюбингена.
 
Годы духовного и интеллектуального становления швейцарского богослова пришлись на понтификат Пия XII. В это время в Ватикане господствовал традиционализм и авторитаризм, и любые идеи о возможности реформирования Католической церкви встречали самый жесткий отпор. Но с избранием папы Иоанна XXIII климат в Католической церкви, казалось, стал меняться. В 1962 г. папа созывает Второй ватиканский собор, который вселяет надежды в тех, кто жаждал перемен.
 
Папа приглашает Ганса Кюнга и его коллегу Йозефа Ратцингера (впоследствии папа Бенедикт XVI), тогда еще молодых (первому было 34, второму — 35 лет) и перспективных богословов, участвовать в соборе в качестве экспертов. И оба они активно принимали участие во всех соборных заседаниях вплоть до его завершения в 1965 г. Тогда Кюнг и Ратцингер имели репутацию реформаторов. Однако уже на соборе проявились различия между ними, а после собора их пути и вовсе разошлись. Но, несмотря на несовпадение во взглядах Кюнг хлопотал о назначении Ратцингера в Католический факультет Тюбингена на место профессора догматики. Правда, вскоре, после студенческих волнений 1968 г. Ратцингер был вынужден перейти в университет Регенсбурга.
 
Уже первые труды Ганса Кюнга принесли ему широкую известность и в то же время вызвали шквал критики. Вдохновленный Вторым ватиканским собором, молодой швейцарский богослов активно отстаивал необходимость реформ в Католической церкви. Этому посвящены его книги «Собор, реформа и воссоединение» (1962) и «Структуры Церкви» (1964). Анализируя исторический путь церкви, Кюнг видит в них корни современных проблем, главной из которых считает жесткость церковных структур, он призывает церковь отказаться от жесткости и закрытости, говорит о необходимости преодолении клерикализма, о восстановлении отношений с другими церквами и другими религиями, о поиске реальных возможностей примирения.
 
В 1968 г. выходит его книга «Церковь», в которой Кюнг размышляет о месте церкви в мире и ее миссии, для чего, по мнению богослова, и необходимы изменения, прежде всего, в управлении Католической церкви. Второй ватиканский собор, считает Кюнг, предложил большую программу реформ церкви, однако их проведение в жизнь тормозится из-за внутрицерковных проблем, вследствие излишне консервативной позиции папы и епископата. Церковное руководство, по мнению богослова, все внимание сосредоточило на сохранении статус-кво и защите собственной духовной власти. Острая критика папы и епископата не могла остаться незамеченной, и после публикации этой книги у Кюнга возникли серьезные проблемы с Ватиканом. А когда в 1971 г. вышла в свет его книга «Непогрешимый? Исследование», она была воспринята просто как вызов.
 
В этой книге Кюнг резко выступил против одного из основных столпов католицизма — догмата о папской непогрешимости. Пожалуй, первый раз после старокатолического раскола XIX века католический богослов поставил вопрос о папстве так остро. Как известно, догмат о непогрешимости папы был принят только в 1870 г. на Первом ватиканском соборе. Критикуя этот догмат, Кюнг указывая, прежде всего, на противоречие его библейскому учению. Богослов искренне убежден, что власть папы является человеческой, что она не установлена Богом. Он настаивает, что непогрешим только Бог, а церковь как богочеловеческий организм не может избежать заблуждений, и даже имея верное представление об истине в общем, ее земной глава, говоря ex cathedra, может ошибаться. И только Бог, несмотря на все заблуждения и недопонимания церкви, не дает ей отклониться от истины.
 
Позицию Кюнга многие расценили как сдвиг в сторону протестантизма. Даже его бывший учитель Ганс Урс фон Бальтазар резко критиковал Кюнга за радикальные взгляды, а Карл Ранер прямо назвал его либеральным протестантом.
 
Однако настоящий скандал разразился через несколько лет, когда смелые идеи богослова стали широко обсуждаться, и у него появилось много сторонников. 18 декабря 1979 г. Конгрегация по вопросам веры запретила Гансу Кюнгу проповедовать от лица Римско-Католической церкви. Он был лишен лицензии на преподавание в качестве католического богослова. Однако — и это важно подчеркнуть — Кюнг не был лишен священнического сана, не был запрещен в служении, продолжил преподавание в качестве штатного профессора экуменического богословия Тюбингенского университета вплоть до своей отставки в 1996 г.
 
Итак, отныне Кюнг мог говорить только от своего имени, но не от имени Католической церкви, и все его суждения стали считаться его личной позицией, а богословские идеи — теологуменами (частное богословское мнение). И это никак не повлияло на самого Кюнга, который и прежде высказывал только те идеи, которые глубоко затрагивали его самого, были его выстраданной позицией. И хотя богослова называли диссидентом, бунтарем, врагом Ватикана, Кюнг остался авторитетом для современных интеллектуалов, в том числе, и для многих католиков. Его лекции и раньше вызывали живейший интерес у огромного количества студентов, теперь же внимание молодой аудитории было приковано к нему еще больше. Более тысячи студентов вышли на демонстрацию протеста на главную площадь Тюбингена, когда услышали о санкциях Ватикана против любимого профессора.
 
О своем непростом духовном пути Кюнг написал в первом томе воспоминаний «Завоеванная свобода». В частности, он так говорит о скандале: «Я никогда не искал конфликта с Ватиканом, это Рим навязал мне конфликт в связи с моими публикациями. Если бы в Риме продолжали работать в духе Иоанна XXIII, который, кстати, прилагал особые усилия для того, чтобы христианские Восток и Запад лучше понимали друг друга, то таких неприятностей у меня бы не возникло». Позже, уже в 1990 г. он опубликует критический памфлет под названием «В ожидании Иоанна XXIV памяти папы Иоанна XXIII посвящается».
 
Несмотря на трудности в отношениях с официальным Ватиканом, Ганс Кюнг продолжает активную научную, церковную и общественную жизнь. Его книги выходят огромными тиражами и его постоянно приглашают в разные страны на конференции, симпозиумы и различные встречи.
 
Как богослов Кюнг поставил перед собой задачу создания современной христианской концепции, актуализирующей вечное откровение Христа для современного мира. Эту концепцию он последовательно разрабатывает на протяжении всей своей деятельности. В отличие от современных ему католических богословов, таких как Карл Ранер и Ганс Урс фон Бальтазар, Кюнг почти не касается догматических вопросов и не углублялся в метафизические проблемы, его всегда интересовала церковь в ее историческом развитии и в современном обществе, вера в ее сущностном понимании и влиянии на жизнь человека. Именно эти вопросы он исследует в своих главных книгах: «Быть христианином» (1974); «Существует ли Бог?» (1978); «Богословие для третьего тысячелетия: взгляд экумениста» (1988) и др.
 
Свое богословие Кюнг строит на твердом основании Евангелия, причем понятого очень личностно. Для него Иисус — Человек, в котором был явлен миру Лик Бога. Своей жизнью и смертью Христос подорвал авторитет всех видов «религиозно-социального истеблишмента»: не священник, не аскет, не политический деятель, не реформатор, Он тот, кто пришел с Благой вестью, но был отвергнут, осужден и убит. Бог воскресил Его. И Воскресение перечеркивает все наши представления о мире и религии, считает Кюнг. Он заявляет: «Иисус Христос сам в своей личности есть программа христианства». Быть христианином — значит подражать Христу, христианство — это актуализированное «воспоминание об Иисусе Христе в теории и практике».
Главный вопрос для Кюнга — как можно верить в Бога сегодня и что значит быть христианином в современную эпоху, которую он определяет как «постсовременную» или «экуменическую».
 
Эта эпоха «трансцендирующего себя просвещения», но ее не стоит отвергать, считает богослов, ее необходимо критически переосмыслить и еще раз проверить свои отправные принципы и приоритеты. Мы сохраняем веру в науку, свободу, демократию, справедливость, но науку необходимо ограничить этической ответственностью, технику — поставить на службу человеку, демократия должна быть только «истинная», примиряющая равенство, справедливость и свободу. Этой эпохе нужна «очищенная религия», помогающая избегать соблазнов и опасностей поклонения ложным кумирам. Кюнг вводит понятие «критической рациональности».
 
Для него вера не сопряжена с отказом от разума. Более, того, он утверждает, что атеизм не более рационален, чем вера в Бога. Ни то, ни другое невозможно доказать; каждый человек сам делает основополагающий выбор в пользу веры или неверия, который определяет всю его дальнейшую жизнь. Сегодня, убежден богослов, религия не только не умирает, но переживает второе рождение, и у нее появляется новое качество, характерное для глобального мира: стираются древние привычные границы между религиями.
 
Кюнг — сторонник экуменического богословия. Однако он не имеет в виду создание некой унифицированной единой церкви, но в современных условиях, как считает богослов, нет иного пути, кроме диалога христианских церквей на принципах «взаимопримиренности в различиях», где никто не жертвует своими конфессиональными, культурными и национальными особенностями. Экуменизм, межрелигиозный диалог, возможность сближения и взаимообогащения религий — это и есть реализация самой глубокой религиозной интенции — служения благу человека. К такому выводу приходит Ганс Кюнг. Исследуя исторический путь европейской цивилизации, развитие философии и богословия, богослов показывает, что вера в христианского Бога — это вера в свободу, справедливость, братство. Мы не можем придти к торжеству гуманности без веры в Бога. Отказываясь от Бога, мы теряем человека. И наоборот, пренебрегая человеком, мы уходим от Бога. Кюнг утверждает: «Светом и силой Иисуса Христа в этом мире мы можем жить, действовать, страдать и умирать, как подобает настоящему человеку. Мы можем полностью посвятить себя служению ближним, поскольку о нас печется сам Бог».
 
Диалог между христианами открывает нам путь к диалогу между религиями. Об этом Кюнг писал в книге «Христианство и мировые религии» (1985). Но богослов твердо убежден, что для спасения цивилизации крайне важен диалог между религией и философией, религиозной традицией и современным сознанием, религией и наукой. Этому посвящены его работы «Начало всех вещей» и «Фрейд и будущее религии».
 
26 сентября 2005 г. состоялась встреча Ганса Кюнга с папой Бенедиктом XVI, впервые за много лет два выдающихся богослова нашего времени провели дружественную дискуссию о католическом богословии за обедом. Это событие удивило мир, недоуменно вопрошавший: что это — политически-вынужденное примирение давних оппонентов или наступление новой эры реформ в церкви? Поговаривали, что Ганс Кюнг с годами утратил свой дух богослова-реформатора, а другие гадали: не задумали ли папа Ратцингер на старости лет провести реформы. И многие надеялись увидеть в этой встрече предчувствие перемен.
 
На вопросы о встрече старых друзей-оппонентов Кюнг отвечал так: «Католиком можно быть по-разному, не так ли? Я думаю, что он (папа Бенедикт) пошел одним путем, а я — другим, но мы оба — католики. Но я — не волк-одиночка, и он знает это, он знает, что я представляю другую часть Церкви». Более того, богослов утверждает, что к лояльной оппозиции его святейшеству принадлежат тысячи либерально настроенных католиков, которые считают, что реформы Второго ватиканского собора пошли недостаточно далеко.
По словам Кюнга, есть «существенная разница» между понтификатами Иоанна Павла II и его преемника: в течение почти 27 лет он добивался встречи с Иоанном Павлом II, но получал отказ. А когда вскоре после избрания нового папы написал Бенедикту письмо, то через несколько месяцев был приглашен на обед в летнюю папскую резиденцию в Кастельгандольфо. В результате разговор двух богословов затянулся на четыре часа.
 
«Мне не была интересна аудиенция в обычном смысле слова, я хотел настоящего разговора, — вспоминает Кюнг. — Не было никакого стресса, никакого столкновения. Я нашел его более свободным, таким, каким я помню его по его молодым годам в Тюбингене. Он не производит впечатления догматиста».
Естественно, эта встреча ничего не изменила во взглядах обоих. Через пять лет, в 2010 г., Ганс Кюнг обратился к епископату Католической церкви с открытым письмом, в котором вновь мир услышал его прежний пафос, с которым тот подвергнул резкой критике папу Бенедикта XVI и его курс, считая его чересчур консервативным и не отвечающим вызовам времени. Кюнг писал: «В настоящее время Католическая церковь находится в тяжелейшем кризисе, острее которого не было со времени Реформации». Он призвал иерархов к проведению собора и незамедлительным реформам в Католической церкви.
 
Письмо это было приурочено к 5-ой годовщине понтификата Бенедикта XVI, которого Кюнг назвал «папой упущенных возможностей». Первым упущением он считает возможность восстановления отношений с Протестантскими церквами, «вместо этого им отказано в статусе Церкви в полном смысле этого слова и, по этой причине, их священство не признается, а евхаристическое общение с ними невозможно». Второе упущение — это «возможность долговременного примирения с евреями». И третье, что мог сделать Бенедикт XVI и не сделал, это наладить отношения с мусульманами. Кюнг пишет: «Вместо этого в лекции в Регенсбурге в 2006 г. Бенедикт представил карикатуру на ислам как религию насилия и жестокости и таким образом вызвал устойчивое недоверие со стороны мусульман». Также была упущена возможность примириться с современной наукой.
 
Но самым серьезным обвинением в адрес Бенедикта XVI со стороны Кюнга является то, что папа противится решениям II Ватиканского собора, он «преднамеренно противостоит Вселенскому собору, который, согласно церковному праву, представляет собой высшую власть в Католической церкви».
 
Прошло несколько лет, Бенедикт XVI добровольно покинул кресло понтифика, на его место был избран новый папа — Франциск I. У сторонников реформ вновь забрезжила надежда. В интервью журналисту Euronews Рудольфу Герберту Кюнг по поводу нового папы высказался довольно сдержанно: «Я не разделяю существующую точку зрения, что это с избранием нового папы начался что-то вроде переходного периода, были разные капитаны лодки святого Петра, срок пребывания у штурвала не имел значения, если речь шла о влиянии папы на жизнь церкви». И далее Кюнг прибавил: «В общем и целом, очевидно, что у нового капитана лодки св. Петра впереди непочатый край работы, ведь речь идет во многом о жизнеспособности самой церкви и ее умению соответствовать духу времени».
 
А на вопрос: «А что, по-вашему, означает для церкви "соответствовать духу времени"»? Кюнг ответил так: «Церковь может и должна быть моральным авторитетом, для этого ей достаточно оставаться местом, где собираются верующие, и где служат священники. Это место, где есть солидарность, взаимопомощь, понимание, что существуют разные религии, и что у них есть свои адепты. Церковь, если она несет мир, а не рознь, уже делает шаг к тому, чтобы быть моральным авторитетом. Так что путь, с моей точки зрения, заключается в укреплении связей с другими религиями и конфессиями, в постепенном развитии экуменизма, в умении протянуть руку, и если папа изберет такой путь служения, то, думаю, ему будет сопутствовать удача».
 
Швейцарского богослова интересует не только моральный авторитет Католической церкви, но и авторитет христианства в мире, в котором стремительно меняется положение вещей. Так, например, когда Кюнг начал отстаивать экуменические идеи, в 1970-е гг., перспективы межконфессионального и межрелигиозного диалога представлялись весьма радужными. В те времена экуменизм был достаточно популярен, и у Кюнга было много сторонников. Сегодня же отстаивать эти идеи не так просто, мир стал другим, конфронтация между различными религиозными группами возрастает, особенно это заметно в отношениях христиан и мусульман.
 
И порой требуется большое мужество, чтобы вести диалог. Надо признать, что мужества Кюнгу не занимать.
 
В начале 1990-х Ганс Кюнг стал инициатором проекта «Глобальная этика», который является попыткой на основании учений мировых религий выработать этический кодекс правил поведения, который может быть приемлем для каждого живущего на земле. Декларацией этих взглядов стал документ «О глобальной этике: первоначальная декларация». Эта декларация была подписана в 1993 г. на Парламенте мировых религий многими религиозными лидерами со всего мира.
 
«Глобальная этика» — это попытка противостоять тем тенденциям в мире, которые стремительно делают его постхристианским, это возможность воспринять глобализацию не как угрозу, а как новый мир, который может быть основан на духовных принципах. «Глобальная этика», вопреки тому, что утверждают многие, вовсе не подразумевает создания единой религии или соединение всех людей на земле в одну конфессию. Это своего рода духовная стратегия, проявляющаяся во всех сферах жизни общества в целом, и принцип жизни человечества на духовно-этических основаниях. «Глобальная этика» включает в себя базовые моральные ценности, например, золотое правило: «не делай другому того, чего не желаешь себе», или заповеди: «не убий», «не укради», которые присутствуют практически во всех религиях. Для Кюнга это попытка найти альтернативу постхристианскому миру, в котором обесценены этические критерии и царствует релятивизм.
 
В рамках этой программы Кюнг и предполагает развивать экуменический диалог, который не ограничивается рамками христианского мира. Диалог в глобалистском контексте, убежден богослов, нужно вести со всеми религиями, и не только с авраами-ческими, а также и с нерелигиозными мировоззрениями, то есть, со всеми людьми доброй воли. Кюнг уверен, что можно найти общие ценности и с атеистами, и со сторонниками различных «светских моделей мира». На рубеже XX-XXI веков мир стал настолько мал и един, что у многих людей возникают одни и те же проблемы, которые можно решить только сообща. Смело заявляя о своем желании говорить со всеми живущими и обладающими разумом, Кюнг демонстрирует предельную широту и свободу как мыслитель, но при этом он не перестает быть христианином и богословом, просто для него диалог — это и есть проявление сути христианства, которое изначально было открыто всему миру.
 
Наверное, наиболее остро в сегодняшнем мире стоит вопрос об исламе, переживающем период бурной активизации не только на Востоке, где зародилась эта религия, но и на Западе. В частности, в Европе, которая, по мнению многих современных аналитиков, стремительно из христианской превращается в исламскую. Мимо этой проблемы никак не мог пройти Ганс Кюнг.
Главное его сочинение о возможности диалога христианства и ислама — это объемный труд «Ислам. История, настоящее, будущее», в котором он анализирует опыт 1400-летней истории мусульман. Без преувеличения это предельно исчерпывающий обзор ислама с христианской точки зрения, не находящий себе аналогий в мире. Уже во вступлении, имеющем подзаголовок «Против "столкновения цивилизаций"», Кюнг обозначает свою позицию как открытую к диалогу и еще раз подтверждает ее в последней главе: «Мусульманский вклад в диалог культур».
 
Кюнг пишет: «Честно говоря, меня интересует не столько и не только прошлое ислама, сколько вопрос настоящего: каким образом ислам стал таким, какой он есть сегодня и каким он будет завтра. А посему специфичность такого рода историографии не есть хронология, но есть связь эпох и проблем, их разделивших ... Нет никаких сомнений в том, что, выполняя это исследование, мне пришлось отказаться от всяких местечковых проявлений ислама, множества явных преувеличений, откровенных мифов и предвзятых мнений, сконцентрировавшись лишь на привилегированном описании принципиальных центров ислама — это арабский мир, Турция и Иран, и на его принципиальных парадигмах — протоислам, арабский халифат и т.д. Моим горячим желанием было не теряться в деталях и показать их лишь в качестве рельефа на фоне Глобального Созвездия или, иными словами, Исламских Парадигм».
 
Шаг христианина навстречу мусульманам выразился не только в написании этого труда, но и в многочисленных встречах, конференциях, интервью, в которых богослов отстаивал идеи диалога. И его голос был услышан не только в христианском, но и исламском мире. В 2008 г. Ганс Кюнг был удостоен премии Центра саудовского принца Альвалида бен Талала за вклад в диалог между мусульманами и христианами. Вручение награды произошло в Джорджтаунском университете в Вашингтоне.
 
Большой интерес у Кюнга вызывает и Россия, прежде всего, как страна, находящаяся на границе Востока и Запада, страна бурной исторической динамики и духовных традиций. Кюнг давно интересуется православием и хорошо знает русскую религиозную философию. Впервые он побывал в России еще в 1971 г., затем в 2006 г. он принял участие в научном симпозиуме «Идея ненасилия в XXI веке: ее потенциал и ее пределы», который проходил в Перми. После этой конференции богослов дал интервью газете НГ-Религии, в котором, в частности, признался в своих русских симпатиях: «Лекция Соловьева "Краткая повесть об Антихристе" привела меня в восхищение. Я также лично знал и читал таких известных современных богословов, как Иоанн Мейендорф, Георгий Флоровский и Александр Шмеман, который был наиболее близок мне. Но я особенно храню в памяти Александра Меня, вместе с которым мы участвовали в одной из академических конференций в Германии. Мы с ним быстро и хорошо поняли друг друга, впоследствии я послал ему свою книгу «Вечная жизнь?». Я был потрясен, когда узнал, что чуть позже он был убит по дороге в храм».
 
Интерес к Кюнгу в России также весьма высок, о чем свидетельствует перевод многих его книг на на русский язык (семь из них изданы ББИ).
 
Ганс Кюнг считается главным идеологом модернизма и либерализма в современном католическом богословии. Но что это значит? Кто-то увидит в этом, безусловно, отрицательный смысл, а кто-то — положительный. Ни один богослов послевоенного времени так сильно не будоражил и не поляризовал общественное мнение, как этот тюбингенский профессор. Все дело в том, что Ганс Кюнг относится к тому типу богословов, которые не просто живут в мире своих идей, а рассматривают жизнь в свете личности и судьбы Иисуса Христа. Для него важно понять не как соотносятся между собой различные богословские концепции и теории, но какое отношение они имеют к нашей каждодневной жизни.
 
Он постоянно задает вопрос: что значит быть христианином в современном мире? Мир так стремительно меняется, что каждый день возникают новые вызовы и проблемы, и христианин не должен прятаться от них, он просто обязан находить на них ответ. Однако мы не можем отвечать на вызовы, повторяя лишь затверженные формулы, рожденные в прошлом. Вчерашние ответы не годятся, в этом твердо убежден Кюнг, поэтому он предпочитает смотреть не назад, на великое прошлое христианства, а вперед, где пути еще не проложены. Более того, богослов убежден, что не следует бояться вызовов, потому что христианство само есть вызов миру.
 
Ганс Кюнг видит свою задачу еще и в том, чтобы найти язык, на котором христианство может говорить сегодня с секулярным миром. Если церковь будет настаивать на неприкосновенности своего сакрального статуса, она просто не будет услышана. И еще: если в прошлом церковь в основном отвечала на вопрос о Боге, то сегодня она должна дать ответ на вопрос о человеке. «В наше время, — пишет он в книге «Христианский вызов», — человек, прежде всего, желает быть человеком. Не сверхчеловеком, но и недочеловеком. Полностью человеком — и в как можно более человечном мире. Разве не удивительно, насколько человек овладел миром, как он отважился на прыжок в космос и, еще ранее, на спуск в глубины своей собственной души?
 
Разве не удивительно, что тем самым он взял в свои руки многое, и даже почти все то, за что раньше отвечали Бог, сверхчеловеческие и сверхмировые силы и духи, и действительно стал взрослым?».
 
Идеи Ганса Кюнга не теряют своей актуальности на протяжении вот уже пятидесяти лет. В чем же секрет этого долголетия? Во-первых, о чем бы ни говорил Кюнг — о богословии и антропологии, христологии и экклезиологии — он говорит всегда с личной заинтересованностью, а потому ярко, остро, нетривиально. Вот почему даже несогласные с ним богословы многому учатся у него. Во-вторых, Кюнг хорошо знает и понимает историческое прошлое церкви, и потому с интересом глядит в будущее. Он убежден, что в будущем христианство еще скажет свое слово миру. Не случайно одна из его книг названа «Богословие третьего тысячелетия». И можно быть уверенным, что для создания этого богословия Ганс Кюнг сделал больше, чем любой другой современный мыслитель.

 

Категории статьи: 

Оцените статью: от 1 балла до 10 баллов: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (4 votes)
Аватар пользователя esxatos