Книга «Об изваяниях, или Книга астрологических талисманов» Сабита ибн Курры — это одно из важнейших сохранившихся сочинений по средневековой астрологической магии, пришедшее к нам из интеллектуального мира харранского сабеизма IX века. В современном издании текст представлен в двух латинских редакциях с подробными комментариями, историческим очерком о сабеизме и приложениями из Фичино и Агриппы, что превращает небольшой по объёму трактат в полноценное исследовательское издание.
Сабит ибн Курра, выдающийся математик, астроном и философ эпохи Аббасидов, был представителем особой религиозно-философской традиции Харрана — синтеза месопотамского культа планет, герметизма и неоплатонизма. В этом контексте астрология понималась не как примитивное гадание, а как наука о посредничестве между небесным и земным мирами. Именно поэтому трактат открывается возвышенным утверждением: астрология — душа философии, а высшей её частью является наука об изваяниях, то есть о талисманах.
Основная часть книги представляет собой руководство по созданию астрологических талисманов. Талисман здесь — это не абстрактный символ, а материальный объект, изготовленный в строго определённое астрологическое время, из соответствующего металла, в форме, связанной с небесным прототипом. В первой главе приводится классический пример талисмана для изгнания скорпионов: фигурка скорпиона создаётся при восходящем Скорпионе, при определённых «несчастливых» положениях планет, затем закапывается в перевёрнутом виде с произнесением формулы изгнания. В дальнейшем описываются талисманы для разрушения или благоденствия городов, для обретения власти, богатства, любви или благосклонности правителей.
Особенность трактата заключается в том, что он требует сложных элективных расчётов: учитываются эссенциальные и акцидентальные достоинства планет, положение домов, аспекты и рецепции. Это не упрощённая «магия по планетным часам», а строгое применение астрологической техники в магическом контексте. Талисман мыслится как материальное воплощение небесной конфигурации — как перенос высшего порядка в низший мир.
В приложениях современного издания помещены отрывки из «О жизни» Марсилио Фичино и из «Оккультной философии» Агриппы, что позволяет увидеть, как идеи Сабита были восприняты в эпоху Возрождения. Это делает книгу ценным мостом между исламской, античной и европейской магической традицией.
Сильной стороной издания является его научная добросовестность. Перевод выполнен с опорой на академическое латинское издание Ф. Кармоди; представлены две редакции текста; комментарии Кристофера Уорнока и исторический очерк дают контекст и объясняют сложные астрологические термины. Это делает книгу доступной не только практикующим астрологам, но и исследователям истории науки и религии.
Тем не менее критические замечания неизбежны. Во-первых, сам текст трактата лаконичен и местами фрагментарен. Он не даёт философского обоснования столь подробно, как Фичино или Агриппа, и требует от читателя предварительных знаний в традиционной астрологии. Во-вторых, с современной научной точки зрения предпосылки трактата — идея влияния небесных тел на события земного мира через магические образы — не подтверждаются эмпирически. Книга ценна прежде всего как исторический документ и как источник по истории эзотерической мысли, а не как практическое руководство в научном смысле.
Кроме того, часть описаний — например, талисманы для разрушения городов или воздействия на людей — вызывает этические вопросы. Хотя в историческом контексте подобные тексты были частью интеллектуальной традиции, современному читателю может быть трудно воспринимать их вне критической дистанции.
Отзывы специалистов по традиционной астрологии обычно положительные: трактат ценится как один из немногих аутентичных источников ранней талисманической магии. В академической среде книга рассматривается как важное свидетельство герметической и сабейской традиции, проливающее свет на трансляцию античной философии в исламский мир и далее в Европу.
В целом «Об изваяниях» — это компактный, но насыщенный текст, открывающий окно в мир средневекового космологического мышления, где Вселенная представлялась живой сетью соответствий, а человек — участником этого космического порядка. Его ценность — в исторической глубине и концептуальной цельности, но воспринимать его следует с пониманием культурной дистанции и критической трезвостью.
Комментарии
Пока нет комментариев. Будьте первым!