Минаков - Доктрина предопределения

Доктрина предопределения - Фёдор Минаков
ИСТОРИКО-БОГОСЛОВСКИЙ АНАЛИЗ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И СТАНОВЛЕНИЯ ДОКТРИНЫ ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИЯ В БОГОСЛОВИИ АВГУСТИНА И Ж. КАЛЬВИНА: ПРЕДПОСЫЛКИ, СОДЕРЖАНИЕ И ПОСЛЕДСТВИЯ
Минаков Ф. Р., B.Th., M. Div. Cand.
e-mail: fedorminakov@gmail.com
 

Федор Минаков - Доктрина предопределения

ВВЕДЕНИЕ

 
Описываемая как одна из самых запутанных доктрин христианского богословия, доктрина предопределения привлекала внимание многих богословов во все времена. Сложность в интерпретации доктрины предопределения связана не столько с неопределенностью представления доктрины в соответствующих отрывках из Библии сколько с далеко идущими последствиями принятия той или иной позиции истолкования.
 
В частности, принимающие позицию безусловного предопределения должны ответить, как эта доктрина соотносится с представлением о праведном и милосердном Отце всего творения, а также ответить на вопросы, касающиеся свободы воли человека. Некоторые полагают, что приняв учение безусловного предопределения, они вместе с тем принимают учение о Боге как о творце греха и всяческого беззакония. Бог, по их мнению, становится более схожим с капризным ребенком, творящим все, что Ему заблагорассудится и могущим изменять даже собственные законы, нежели с неизменяющимся судьей. Они также считают, что такое понимание доктрины приводит к вседозволенности и аморальной жизни. Раз предопределен, значит, ничто не может повлиять на решение Бога, а раз ничто не повлияет, значит можно жить в угоду себе, не задумываясь о вечных последствиях. Таких последствий опасаются многие оппоненты, не желающие принимать доктрину предопределения в интерпретации Ж. Кальвина.
 
 Признающим же предопределение на основании предузнания необходимо объяснить причину и пользу наличия в Писании такой формулировки идеи. Само понятие предопределения, включающее в свою дефиницию акт свободной воли избирающего, лишается смысла при условии предварительного предузнания событий, будущих предопределенными. В таком случае предопределение и предузнание становятся абсолютно равнозначными терминами, и предопределение не несет никакой дополнительной информации (за исключением пассивного позволения потенциальным событиям актуализироваться, но в таком случае больше подходит фраза «позволил  стать»). Возникает вопрос, зачем Писание использует концепцию предопределения по предузнанию, ведь отсутствие предопределения в такой композиции абсолютно ничего бы не изменило. Другими словами, если бы Бог не предопределил то, что прежде предузнал, то события предузнанные Богом все равно бы произошли.
 
Получается, что Бог избрал к жительству на небесах тех, кто избрал жить на небесах. Очередной проблемой подобной интерпретации становится вопрос всемогущества Бога и Его суверенности. Безусловно, суверенность принимается обеими позициями, но в разной степени. Кажется, что чрезвычайно много зависит от человека. Человек решает быть спасенным и добивается спасения. Учитывая же то, насколько человек не постоянен, отдать человеку столько власти, не значит ли предложить спасение тому, кто не способен его удержать? Писание не учит о том, что Бог ограничил Свое всемогущество, подарив человеку свободу. Свобода человека никогда не была и не будет абсолютной, она подарена человеку Творцом. Возложить столь великую ответственность на человека, ответственность о достижении спасения посредством твердой и несгибаемой веры, не значит ли наградить человека бременем, которое он не способен постоянно нести? Не значит ли это заставить человека страдать и опасаться за свое будущее? Не значит ли это из Бога сделать беспомощного и бесплодного, зависимого от решения других существа?
 
Есть и другие сложности связанные с идеей предопределения по предузнанию. Тем не менее, именно эта идея является преобладающей в кругах евангельских церквей Украины. Выяснение причин сложившейся веры в Церкви Украины не входит в круг задач данной работы, однако работа позволит увидеть, уступает ли позиция Ж. Кальвина ее альтернативе с богословской и философской точки зрения.
В работе будет рассмотрен процесс развития мысли о безусловном предопределении, о котором одним из первых в развернутом виде начал говорить Августин.
 
Его мысль продолжала жить в учениях его последователей, но доктрина развивалась, и не пребывала в статичном состоянии, поэтому мы изучим изменившиеся в процессе времени акценты доктрины. Затем остановимся на Ж. Кальвине – основателе реформатской традиции, на которого в значительной степени повлиял именно Августин в его толковании доктрины безусловного предопределения. Изучив труды Ж. Кальвина мы обратимся к нескольким современным богословам реформатской традиции для оценки глубины влияния на них книг основателя этой традиции. В данной работе не будет представлена критика противоположной позиции, а лишь содержание и обоснование безусловного предопределения, что значительно сокращает объем работы. Автор данной работы полагает, что определенная часть имеющейся критики построена на искаженном и неполном понимании доктрины оппонентами. Поэтому, точное изложение доктрины само по себе лишает силы оппонентов искажающих суть учения о предопределении.
 
В первой части будет преимущественно произведен анализ трудов Августина, посвященных предопределению с учетом мнения предыдущих исследователей. Кратко будет дан исторический очерк дальнейшего положения доктрины в церкви на западе. Значительный объем второй части будет содержать учение Ж. Кальвина. Оставшееся место отделено для изучения влияния доктрины на современных богословов реформатской традиции.
Таким образом, основная цель работы – проследить изменения, которые претерпела доктрина с момента ее первого описания и причины, повлиявшие на ре-формулирование доктрины.
 

I. ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИЕ ОТ АВГУСТИНА ДО Ж. КАЛЬВИНА

 
Предопределение не было важной частью богословских обсуждений вплоть до появления трудов Августина. Сам Августин склонялся ко мнению о предопределении на основании предузнания, однако после более глубокого осмысления суверенности Бога он изменил свое мнение, утверждая независимость предопределения от внешних причин.[1] По словам Р. Олсона на взгляд Августина в значительной степени повлияли споры с Пелагием и его последователями, в результате которых он провозглашал абсолютный монергизм в вопросах спасения.[2] В то же время М. Эриксон отдает Пелагию меньшую роль в формировании взглядов Августина на предопределение: «Представление Августина о положении человека в значительной степени сложилось уже к тому времени, когда он столкнулся с учением Пелагия. Столкновение со взглядами Пелагия придало учению Августина большую остроту, выведя его за те пределы, в которых он до этого находился».[3]
 

I.1. Августин о предопределении

 
В Энхиридионе Августин посвящает место учению о вечной судьбе человечества и предопределению. Избранные святые люди должны будут восполнить воинство ангелов, которое в результате раскола и отступления части ангелов от Бога уменьшилось в количестве. При этом неизвестно будет ли число человек тождественно числу отпавших ангелов или даже превышать это число.[4] Избранные ко спасению никоим образом не получают вечное блаженство в награду за дела соделанные до обращения ни после, ни за произвольное решение следовать за Богом. Человек, будучи мертвым во грехах, не способен совершить никакого доброго дела, избрать благословение следовать за Господом Иисусом свободно он тоже не может, так как уже свободно подчиняется одному господину – греху, и утратил свободу решать делать добро, умертвив вместе с собой и способность произвольно избирать добро.
 
Поэтому необходимо, чтобы прежде Господь освободил человека, наделив его всяческой свободой и желанием, позволяющими принять спасение и устоять в нем до конца, совершая добрые дела, к чему и предназначил его Бог. Вера также не является заслугой, ни производным самого человека, поскольку также как и свобода решать она дарована Богом, и не может произойти сама по себе. Человек не способен поверить, пока Бог не подарит спасительную веру. Так в первых шагах обращения и покаяния перед Господом человек не играет активной роли, но Господь производит в нем и желание и решение и веру идти за Господом.[5] Иеромонах Серафим Роуз пишет, что Августин из крайности пелагианской ереси «…впадает в противоположное преувеличение, приписывая все пробуждения веры Божественной благодати».[6]
 
Августин
 
Тем не менее, свобода человека, как можно предположить, не отрицается, но становится в подчинение благодати Бога. Таким образом, по благодати Божией человек обретает истинную свободу творить и избирать добро и сотрудничать с Благодатью. Хотя свобода человека не противопоставляется, а подчиняется благодати Божией, становясь в абсолютную зависимость от последней, поскольку обязана своим появлением именно благодати, она будучи сотрудницей с Богом дает верующему возможность получить вознаграждение за свои заслуги на страшном суде.[7] Августин пишет: «…воля человека не приобретает благодать благодаря свободе, но скорее приобретает свободу благодаря благодати…».[8] Следует также добавить, что Благодать Божия не насилует человеческую свободу воли, но изменяет ее так, что человек по своему желанию, хотя и неизбежно избирает то, что является истинным благом.[9]
 
Епископ Гиппонский действительно подчиняет свободу христианина воле Божией, на основании отрывка, где Иисус молится о вере Петра, чтобы та не оскудела, а так как молитва Иисуса не могла не исполниться, то Петр не мог разувериться, даже если бы захотел этого. Впрочем, Петр и не мог желать противного воле Иисуса.[10] Согласно С. Роузу защита Августином благодати «…похоже, реально оставляет мало места для человеческой свободы».[11] Осторожность С. Роуза при оценке богословия Августина о свободной воле очевидно обусловлена неоднозначностью выводов, исходящих из указанных утверждений Августина. В действительности Августин не утверждал в описанном примере ограничение свободы воли, но учил компатибилизму – учению о том, что христианин свободно волит то, чего желает Бог. Однако компатибилизм не распространяется ни на одно нечестивое желание христианина, поскольку Бог не искушает никого злом (Иак. 1:13-15).[12]
 
До этих пор становится ясно, что споры с Пелагием побудили Августина непрестанно подчеркивать благодать Бога. Следующий этап предшествующий логически доктрине предопределения – это учение о первородном грехе, уничтожившем в человеке свободу избирать Бога и истину, впрочем не свободу выбора, поскольку человек не принуждаем ко греху, но охотно и по собственной воле этот грех совершает. Это вторая негативная сторона учения компатибилизма у Августина, которая связана с внутренней испорченной природой человека, обусловившей его выбор. Иначе говоря, выбор, хотя и остается добровольным, детерминирован внутренними свойствами греховной человеческой природы. Так «хотя не без праведной воли разгневанного Бога все, что ни делают злые, делают добровольно по слепому и необузданному влечению…» - пишет блаженный Епископ.[13] Получается, что пораженные первородным грехом обладают свободой воли, но их воля направлена только на свободное совершение беззаконий.
 
Третья немаловажная предпосылка учения о предопределении – это абсолютная всемогущая и суверенная воля Бога. Вне воли Бога не может происходить ни одно действие, ни один помысел, ни единое движение. Бог - абсолютный Господин всей Вселенной и каждой ее крупинки. Эта идея выражена Августином в Энхиридионе посредством показания превосходства воли Божией даже над волей человека поступающего против Его воли. О таких сказано, что Бог все равно использовал их злую волю для воплощения своей благой:
 
…дивным и неизреченным образом помимо Его воли не может происходить даже то, что совершается против Его воли. Потому что этого не случилось бы, если бы Он не допустил: и допускает не против желания, но по желанию; будучи благим, Он не допустил бы, чтобы совершилось зло, если бы не мог, как всемогущий, и из зла сделать добро.[14]
 
Все это с необходимостью приводит к учению о предопределении Бога именно в том виде, в каком ее описывал Блаженный Августин, а именно в форме безусловного предопределения. Конечно речь не идет об абсолютной безусловности. Ниже мы опишем детали самой доктрины предопределения у Августина.
 
«Благодать – это дар, как неустанно подчеркивал Августин. Однако, такой взгляд на благодать теснейшим образом связывает эту проблему с доктриной предопределения», - отмечает А. Мак-Грат.[15] Дар Августин отделял от воздаяния. Дар дается не по заслугам, но вопреки нечестию и никто не может сказать, что он заслужил подарок.[16] А раз дар благодати воздается не по заслугам, которые Бог мог предузнать в человеке, и раз этот дар влечет освобождение от рабства греха, но не все освобождены, значит, дар дается не всем.
 
И здесь выходит на передний план доктрина безусловного предопределения ко спасению. Безусловного, потому что Бог избирает спасти определенных грешников не по причине предузнания Им каких-либо заслуг или веры или стойкости верующих. Условия избрания ни в коей мере не находятся в самих избираемых, и ни в каких-либо других внешних причинах. Причина избрания ко спасению кроется исключительно в Самом Боге, в Его милосердии. «Итак, даром получили избранные то, что получили: не предшествовало у них ничего такого, что они дали бы прежде, и им бы воздалось: за ничто спас Он их».[17] Верно и то, что веруют люди по собственному выбору. Однако их вере предшествует Божие приготовление. «Итак, милосердие и суд вершатся в самой человеческой воле».[18] Это значит, что Бог активно предназначает, каковым будет решение верующего и неверующего.
 
Говорит ли Августин о безусловном осуждении неверующих? Из шестой главы указанной монографии может показаться, что именно так все и есть. Августин пишет об осуждении Бога, проявленным в оставлении неверующих без приготовления их воли к принятию Слова, но не только это, епископ цитирует писание о том, что Сам Бог ослепляет и оглушает приготовленных к осуждению. И далее полагает основание к осуждению в истине и праведности Самого Бога, как будто нет внешних причин для осуждения.[19] Но в восьмой главе Августин немного проясняет это учение, полагая причину ожесточения Богом сердец в «воздаянии должного».[20] И далее еще более ясно причина полагается в первородном грехе, распространившимся на всех так, что если бы Бог не пощадил никого, то было бы это праведно и справедливо.
 
А причины, по которым Бог оставляет одних для осуждения, не открыты человеку, кроме причины праведности Бога.[21] Так и в Энхиридионе Бог «Милует именно по великой благости, ожесточает же отнюдь не по несправедливости; так что и оправданный не может хвалиться своими заслугами, и осужденный может сетовать только на свою вину».[22]
Итак избрание ко спасению не зависимо ни от каких внешних причин, а осуждение и наказание обусловлено греховностью, предшествующей осуждению. Так Бог не желал, чтобы «ангелы и люди согрешили» и не инициировал грех, не побуждал к нему и тем более не производил его в Адаме, однако не Своей волей исполнил то, что желал, а именно «осудил справедливо предопределенных к наказанию и спас милостиво предопределенных к благодати».[23]
 
Что же касается предузнания, то Августин не двусмысленно заявляет, что Бог предузнает то, что предопределяет, а не наоборот, подтверждая идею словами из Исаии о том, что Бог творит будущее (Ис. 45). Предопределение же не распространяется на грех, а лишь на суд за грех.[24]
 
Из описанного выше истекает, что Августин учил о двойном предопределении во спасение и в осуждение на смерть. О предопределении к вечной погибели кратко упоминается в книге «О происхождении души» (On the Soul and Its Origin), где он говорит, что несут наказание не только те, что грешили на земле, но и те, кто не успел приложить к первородному греху никакого иного, как младенцы. Таковые, если они были предопределены к осуждению, будут осуждены.[25] Еще в одном труде (On Man’s Perfection in Righteousness) Августин комментирует стих Псалма говорящий, что никто не ищет праведности. Епископ Гиппонский объясняет, что речь здесь идет о предопределенных к разрушению.[26] Очевидно, что речь не идет о предопределении к совершению греха, исходя из предыдущего описания доктрины, а лишь о предопределении наказания за грех.
 
Логическим завершением описания доктрины предопределения в трудах Августина, как представляется автору работы, является учение о сохранении святых. Августин учит, что Бог, давший нам прийти к Нему также сделает так, что мы не отойдем уже от него.[27] Стойкость святых в вере – также дар от Бога, поэтому у Него и следует просить об этой стойкости каждый день молитвой «и не введи нас во искушение», полагая всю надежду на Господа.[28]
 
Доктрина предопределения имеет предпосылки и последствия. В числе предпосылок следует назвать (1) учение о первородном грехе, распространившемся на всех и исключившем свободный выбор следования за Богом, а также (2) учение о абсолютной суверенности Бога и дара благодати. Сама доктрина условно делится на позитивную и негативную часть: избрание и осуждение. Избрание происходит исключительно по предопределению без внешних на то причин. Осуждение основано на воздаянии за первородный и соделанный грех и внутренних качествах Бога, как справедливость и праведность. Бог при этом не насилует волю и не является автором греха. В числе последствий стоит учение о стойкости святых. Бог однажды избравший Своих прежде возникновения материальной вселенной постановил о их конечной участи восполнить число ангелов и вечно пребывать с Ним. Его решение не может быть отменено, поэтому все, кого Бог предопределил, не отступят от веры насовсем и в конце окажутся спасенными.
 

I.2. Последователи Августина

 
В данном разделе будет рассмотрено дальнейшее развитие учения о предопределении в Западной Церкви вплоть до Ж. Кальвина. Будут затронуты ключевые события и богословы, определившие вектор последующих рассуждений. Судьба доктрины предопределения в интерпретации Августина прошла долгий путь принятий и отвержений, уточнений и деформаций, забвения и возрождения.
Значимой датой августино-пелагианского спора является 431 г. В этом году проходил вселенский собор в Ефесе, на котором позиция Августина приняла официальный статус, а пелагианство было осуждено как ересь, наряду с несторианством.[29] Очередным оппонентом Августина был епископ Кассиан, о котором пишут, будто он был главным представителем полупелагианства.[30] В православной традиции учение Кассиана, которое является образцом и по сей день, стали называть впоследствии синергизмом.[31] Взгляды Кассиана были осуждены на Соборе в Оранже, а Августин был принят латинской Церковью как образец здравого учения, впрочем его учение о предопределении к осуждению и не приняли.[32]
 
Следующей видной фигурой богословия был Григорий Великий, последователь Августина. В 590 г. стал Папой Римским. В отличии от Августина Григорий не был столь логичен в своем богословии и некоторые вопросы не доводил до логического завершения, оставляя тем самым свободу для различных толкований, и значительно смягчал позиции своего учителя. Грех хотя и перешел на всех, но привел к потере добра воли, а не свободы. Предопределение Бога мыслится в терминах предузнания, что наиболее ярко являет алогичную позицию, поскольку утверждается действие непреодолимой благодати в духе Августина наряду с предузнанием.[33]
 
В IX в. возобновился спор о предопределении связанный с именем Готшалька. Он вспомнил о словах Августина о двойном предопределении и отстаивал равнозначность предопределения ко спасению и к осуждению. Он ревностно противостал учению предопределения по предузнанию, господствовавшего в его время среди августинианцев, хотя Готшальк и подмечал, что декрет Бога о грехопадении имеет позволительный характер, и таким образом избавлял Бога от обвинения в авторстве греха.[34]
 
В 848 г. собором в Майнце его учение подвергли осуждению. Не все богословы единодушно приняли решение собора, что и породило многочисленные споры вокруг доктрины.[35] В результате множества споров был организован очередной собор в 855 г. в Валенсии, который подтвердил, что двойное предопределение – Церковное учение, но Бог избирает спасти не по причине добрых дел, а осуждает же потому, что предузнает нечестивую жизнь, а не предопределяет к совершению греха.[36] Такое определение не входит в открытую конфронтацию с Августином, а скорее повторяет его.
 
Очередной влиятельный богослов, высказывающийся в пользу двойного предопределения, Фома Аквинский, был близок к пониманию предопределения по Августину. Он утверждал, что Бог предопределяет одних ко спасению, а других отвергает. Отвержение же является допущением провидения Божиего не достигнуть некоторым цели спасения. Осуждение основано не на предвидении, но на воле Бога, допускающей отверженным утопать в грехах и за это быть судимыми. Бог не желает всему творению жизнь вечную, хотя и желает некоторого блага всему творению.[37] Предопределение к осуждению не является причиной греха, но лишь причиной вечного наказания за грех. Грех же совершен по свободной воле оставленных Богом.[38] Интересно объяснение Фомы Аквинского, почему при желании Бога спасти всех Он спасает некоторых. Он говорит: «Бог желает, чтобы все люди спаслись, Своей изначальною волей, которая суть не просто воля, но воля гипотетическая, а не своею последующей волей, которая суть (именно) простая воля».[39]
 
Ф. Аквинский отрицательно высказывается о предопределении по предузнанию дел или помыслов или чего бы то ни было. Предопределение коренится только в воле Бога и основано на любви благости и выборе Бога. Воля и благость Бога - это основание не только оправдания и освящения избранных ко спасению, но и демонстрация праведного суда предназначенных к погибели. Однако Фома Аквинский утверждает действие вторичных причин в провидении, а значит и предопределении, что позволяет утверждать свободу воли человека.[40] Также и неизменность предопределения, хотя она неизбежна, по причине наличия ближайших причин, установленных провидением случайными, не уничтожает, а, наоборот, утверждает свободу воли.[41]
Не смотря на большой вес, который «Сумма теологии» оказала на западное богословие, церковь все равно тяготела к взгляду на предопределение через призму
предшествующего предузнания[42]
 
Наряду с этой тенденцией были и значительные исключения, одним из таких исключений был Григорий Риминийский, который стоял у истоков так называемой Schola Augustiniana Moderna.[43] Представители данного течения учили о предшествующей благодати, первородном грехе, и предопределении, не зависимом от внешних причин.[44]
Из приведенного материала следует, что со времен Августина церковь не покидали споры о предопределении, которые склоняли ее официальную позицию то в сторону Пелагия, то Августина. Наконец, официально западная Церковь приняла полупелагианскую позицию предопределения, обусловленного предузнанием. Но мысль Августина продолжала жить в его последователях в современной августинианской школе, предшествовавшей реформации Ж. Кальвина. Взгляды этой школы так или иначе оказали влияние на учение Ж. Кальвина, который очевидно по богословским убеждениям, был августинианцем.[45]
 

II. ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИЕ ОТ Ж. КАЛЬВИНА ДО НАШИХ ДНЕЙ

 
Ж. Кальвин был приверженцем идеи волюнтаризма, которая утверждала независимость воли Бога от внешних условий в оценке действий творения, в частности человека Иисуса Христа, искупившего человечество, смерти Которого было достаточно для акта искупления именно по решению воли Господа, а не от причин находящихся в самом поступке.[46]
 

II. 1. Описание доктрины

 
Краеугольным камнем всего богословия Ж. Кальвина является не доктрина предопределения, как может показаться из современной ассоциации кальвинизма именно с этой доктриной, но учение об абсолютном и безусловном суверенитете Бога Вседержителя. Бог – Господин всей вселенной, и абсолютно ничто не проходит без Его на то волеизъявления. Каждое событие всей истории мира материального проходит под абсолютным контролем Бога и при Его желании. Именно Бог направляет и создает историю. Не только добро, но и зло происходит по велению Бога. Основатель реформатской традиции так пишет в первой книге наставлений: «…обратимся к Богу в уверенности, что именно по его справедливому решению и промышлению было дозволено - то есть повелено – совершиться всему, что предпринимают против нас наши враги».[47] Из цитаты видно, что по мнению богослова реформации Бог именно повелевает злу произойти.
 
Идея абсолютного суверенитета Бога берет свое начало в Библии, и подтверждается Ж. Кальвином преимущественно именно местами из Писания, а не простыми примерами из жизни, как утверждает в презентации доклада на последней конференции посвященной арминианской традиции в г. Одесса Сергей Викторович Санников.[48] В качестве подтверждения за основу взяты следующие места Писания: Быт.45:5-8; 50:20; Иов.1:21; 2Цар.16:10; Пс.39:10; Вт.28; Лев. 26:23-24; Пл. Иер.3:38; Ам.3:6. Здесь же Ж. Кальвин цитирует Исайю: «Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу бедствия; Я, Господь, делаю все это» (Ис 45:7).[49] Вышеприведенный список ссылок на Библию у Ж. Кальвина в подтверждении доктрины суверенитета далеко не исчерпывающий, но взят лишь из двух страниц, посвященных теме провидения.
 
В учении о суверенности основатель кальвинизма звучит в унисон с Августином, приводя его цитату определяя понятие Суверенности: «…воля Божья есть первая и высшая (souveraine) причина всего, ибо ничто не совершается без повеления и дозволения Бога»[50].
 
Из этого учения и других упомянутых выше предпосылок, как логическое следствие выходит учение о предопределении, призванное объяснить реальность повседневной практики миссионеров, сталкивающихся с неприятием христианского учения одними и принятием другими людьми.[51]
 
При объяснении доктрины в качестве указаний методологии исследования реформатор очерчивает границы познания одним единственным источником – Библией, и утверждает, что выходить за пределы этих границ не просто нежелательно, но иногда даже гибельно.[52]
 
А в Библии, как считает один из основателей реформации, сказано, что Бог избирает ко спасению и отвержению прежде создания мира конкретных людей, не обращая внимания на их заслуги или веру. Бог вообще не обуславливает свой выбор никакими внешними причинами.[53]
 
Жан КальвинЖ. Кальвин пишет:
Следуя очевидным положениям Писания, мы говорим, что Бог в своем предвечном и непреложном плане однажды определил, кого Он желал спасти и кого оставить на гибель. Мы говорим, что относительно избранных этот план основан на его милости вне всякой связи с заслугами людей. Напротив, врата жизни закрыты для тех, кого Бог желает предать проклятию. И мы говорим, что это происходит по его суждению, тайному и непостижимому, однако праведному и справедливому.[54]
 
В подтверждение он приводит такие отрывки из Библии, как: Рим. 9:11-13, 11:5-6,35; Ин. 10:28-29; Втор. 4:37, 7:7-8, 10:14-15, 23:5; Пс. 46:5, 99:3, 104:6,42, 43:4, 32:12, 64:5, 77:67-68; 1Цар. 12:22; Ис. 14:1, 41:9; Мал. 1:2-3; Еф. 1:4-6; Кол. 1:12; 2Тим. 1:9; Ин. 15:16; 1Пет. 1:1-2 и др.[55]
 
Как и Августин, Ж. Кальвин видит причину избрания только в Боге, который милостиво предопределяет множеству народа быть спасенными от будущего гнева, готового обрушиться на остальных по справедливости. Справедливо же осуждение не по предузнанию, а по причине первородного греха, который сам по себе является достаточным для воздаяния наказания.[56] Помимо этого нас должна удовлетворять причина находящаяся только в воле Божией, потому как «…Бог имеет достаточно справедливую причину избрания и отвержения в Своем собственном пожелании».[57]
Из этого не следует, что Бог может делать все, что Ему захочется и даже отменять свои собственные законы, как думают некоторые критики доктрины.[58] Воля Бога остается в абсолютном согласии со всеми атрибутами Бога, такими как неизменность, справедливость, праведность, мудрость, милосердие, любовь, святость.[59] Таким образом Бог не может изменить Свои постановления или принять решение, неправедное или не справедливое.
 
Пожалуй, самое отталкивающее заявление, которое Ж. Кальвин делает в связи с декретом о грехопадении гласит: «…Бог не только предвидел падение первого человека, а в нём – гибель всего его потомства, но Он хотел этого».[60] Сам же автор этих строк называет это решение ужасающим.[61] Но причину грехопадения французский богослов советует видеть в самом человеке.[62] По мнению автора настоящей работы в утверждении о том, что Бог «хотел» гибели всего падшего человечества, Ж. Кальвин отходит от собственного принципа: держаться свидетельства Писания и не выходить за его пределы.
 
Из практического применения доктрины Ж.Кальвин выводит, что доктрина помогает психологически поддерживать верующего, который может быть абсолютно уверен в своем спасении, так как оно зависит полностью и целиком от Бога милующего. Никакое иное учение не придает человеку такое смирение в осознании, что получает христианин благодать не по заслугам и не по решению своему, а исключительно по решению Божиему. Член Тела Христова также может быть уверен в своей вечной участи, не боясь отпадения в будущем, так как это невозможно для избранных.[63]
 
Ж.Кальвин признает, что из этого учения некоторые пытаются оправдать свое безнравственное поведение или неверие, на что отвечает, что избранные остаются усердными в святости до конца, и напротив оставленные костенеют во грехах. По примеру ап. Павла (Еф. 1:4) реформатор настаивает на продолжении проповеди учения об избрании и увещевания в праведности.[64]
 
Учение Августина и Ж. Кальвина, как можно проследить из данного труда, очень близки друг другу. Вслед за Августином Ж. Кальвин постулирует неспособность к истинному благу человека в результате грехопадения, суверенность Божию, необходимость предваряющей благодати. Что касается самой доктрины предопределения, то здесь усматривается, по словам А. Мак-Грата небольшое отличие. В то время как Августин подразумевал активное участие Бога в избрании ко спасению, и Его пассивность по отношению к оставленным, Ж. Кальвин учит что Бог активно предопределяет тех и других, поскольку не может оставаться в пассивном состоянии как Господин всего творения. [65] Хотя реформатский богослов и не утверждает ни в коей мере, что Бог побуждает человека ко греху, тем не менее Бог принимает решение допустить грехопадение путем действия вторичных причин, выражаясь языком последующих богословов, о коих речь пойдет в следующем разделе данного труда.
 

II. 2. Значение доктрины для последователей учения

 
Описание доктрины предопределения присутствует во многих основных вероисповедных документах реформатских церквей. Вестминстерское исповедание веры в главе «О Божиих вечных установлениях» гласит:
Бог прежде вековых времен по изволению Своей в высшей степени мудрой и святой воли установил свободный и незыблемый порядок того, что произойдет. В то же время Бог не есть автор греха, над волей творения нет насилия, свобода или вероятность вторичных причин не устранены, но, напротив, утверждены.[66]
 
 
Данный пример является показательным для большинства исповеданий реформатской традиции и богословских учебников. Здесь просматривается суверенная и незыблемая воля Бога, направляющая ход и порядок всех вещей, в том числе и судьбы людей. При этом дилемма свободы воли разрешается путем допущения провидением Божиим действия вторичных средств, которые в конечном счете реализуют план Бога. Так разрешается и проблема теодицеи, путем исключения детерминизма нечестивых поступков со стороны Бога. Сложно проследить непосредственность влияния Ф. Аквинского на теологов, составлявших Вестминстерский символ, однако, приведенное высказывание практически идентично вере выраженной в «Сумме теологии» Ф. Аквинского.
Л. Беркхов (L. Berkhof) один из выдающихся богословов реформатской традиции, в своей книге по систематическому богословию детально описывает доктрину предопределения, разделяя ее на две условные части: избрание ко спасению и осуждение.[67]
 
Избрание происходит по действию особой благодати для заранее определенного числа людей, которые ничем не заслужили спасения. Причина избрания заключается в Боге.[68] В подтверждение приводятся ссылки на Библию, указывающие, что вера и добрые дела – такой же подарок от Бога, как и благодать: Рим. 9:11; Деян. 13:48; 2 Тим. 1:9; 1 Пет. 1:2; Еф. 2:8-10.[69] По примеру Ж. Кальвина объясняется невозможность предопределения по предузнанию из-за неспособности человеком сделать или подумать или решить что-либо достойное для спасения.[70
 
Осуждение условно делится на два этапа: оставления и самого осуждения. Бог пренебрегает определенным количеством человек, обходя их стороной, оставляя без действия возрождающей благодати. Второй этап – осуждение происходит исключительно в ответ на греховное положение, в то время, как оставление – это акт Божией воли также как и избрание, не зависящий от внешних причин.[71] Так Бог остается безучастным ко грехам человека, не предопределяя к грехам в той же степени в какой предопределяет к святой жизни, но допуская грех.[72]
 
В качестве подтверждения учения об осуждении, Л. Беркхов приводит следующие места Писания: Мф. 11:25,26; Рим. 9:13,17,18,21,22; 11:7; Иуд. 4; 1 Пет. 2:8.[73]
 
Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что идея Ж. Кальвина о двойном предопределении продолжает свое существование вплоть до настоящего времени. Отмечается значительное смягчение учения, выраженное в уточнении о том, что Бог не предопределяет активно к осуждению по причине Своей воли, но в воле Бога находится основание лишь для пренебрежения не избранных, а осуждение – это реакция на вошедший в мир грех, перешедший во всех людей. Такой позиции придерживается большинство реформатских богословов, оставшихся верными своему основателю. Остальные аспекты учения о двойном предопределении, как влияние грехопадения, суверенитет Бога, неотступность святых остались практически без изменения.[74]
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 
После Августина доктрина предопределения была подвержена более детальному развитию и изменению. Ж. Кальвин в виду своей приверженности августинианству и волюнтаризму, последний из которых имеет позднесредневековые корни, добавил пугающий оттенок доктрине.[75] Этот оттенок, если не вдаваться в уточнения Ж. Кальвина производит впечатление, что Бог – тиран детерминирующий каждый шаг Своего творения, как кукловод дергающий за нитки своих кукол. Поэтому очень важно изучить детализацию доктрины предопределения, чего порой избегают критики кальвинизма, в результате чего приходят к тем выводам, к которым сам Ж. Кальвин не приходил.
 
Так при глубоком анализе трудов основателя реформатского учения становится ясно, что сам он не считал Бога тираном, а человека - куклой, и никогда не учил подобному. Конечно, в определенной степени судьба человека частично детерминирована Богом, однако человек свободен во всех своих действиях, да и Бог во всех Своих атрибутах, обусловивших детерминизм абсолютно не сопоставим с образом тирана, поскольку последнему термину часто придается негативный оттенок. Под свободой в действиях человека подразумевается, что человек чувствует так, как будто он поступает и мыслит свободно, если над его волей не производят насилие другие люди. Таков взгляд Ж. Кальвина. Последователи же несколько отступили от идеи абсолютного двойного предопределения, а вернее, уточнили то, что и Августин и Ж. Кальвин тоже утверждали, в своих трудах, но возможно не так ясно.
 
Практически сама доктрина действительно остается причиной абсолютной уверенности в Боге смирения и неизреченной радости миллионов членов реформатских церквей, которые при этом остаются верными Богу, порой превосходя в благочестии арминиан и полупелагиан. А случаи обратного поведения среди последователей Христа, согласившихся с Ж. Кальвином, которые отступая от Бога находили оправдание отступления в доктрине предопределения могут быть не следствием ложной доктрины, (ведь и среди баптистов и других деноминаций есть такие, что искажают учение или по другим причинам не желают следовать за Христом), а следствием их собственного неверия.
 
 

БИБЛИОГРАФИЯ

 
Источники на русском языке:
 
Августин Бл. Об истинной религии. Теологический трактат. Мн.: Харвест, 1999.
______. О предопределении святых: первая книга к Просперу и Иларию. Пер. с лат.
            М.:Путь, 2000.
Аквинский Ф. Сумма теологии: часть 1. вопросы 1-43. Пер. с лат.
Киев.: Ника-Центр, 2007.
Беркхов Л. История христианских доктрин. СПб.: Библия для всех, 2000.
Вестминстерское исповедание веры. Шотландия.: Free Presbyterian Publications, 2000.
Кальвин Ж. Наставление в Христианской вере. 3 Т. Пер. с француз. и англ. (комментарий).
М.: Издательство Российского Государственного Гуманитарного Университета,
1997-1999.
_______. Толкование на Послания апостола Павла к Ефесянам и Филиппийцам. Пер. с лат.
Мн.: МФЦП, 2008.
_______. Толкование на Послания апостола Павла к Римлянам и Галатам. Пер. с лат.
Мн.: МФЦП, 2007.
Мак-Грат А. Богословская мысль реформации. Одесса.: ОБШ «Богомыслие», 1994.
_______. Введение в христианское богословие. Пер. с англ. Одесса.: Богомыслие, 1998.
Санников С. Истоки арминианства: богословские идеи Якоба Арминия и ремонстрантов.
Светлов Р., Селиверстов В. (Сост. примеч.). Августин: Pro et Contra. Личность и идейное
            наследие блаженного Августина в оценке русских мыслителей и исследователей.
СПб.: РХГИ, 2002.
Эриксон М. Христианское богословие. СПб.: Библия для всех, 2006.
 
Источники на английском языке:
 
Berkhof L. Systematic Theology. Grand Rapids: Eerdmans Publishing. 4-th ed., 1941.
Hodge C. Systematic Theology. Vol. II. Grand Rapids: Eerdmans Publishing, 1989.
Olson R. The Story of Christian Theology: Twenty Centuries of Tradition & Reform.
Downers Grove: IVP, 1999.
Schaff P. (Edit.). Nicene and Post-Nicene Fathers. Augustine: Anti-Pelagian Writings. Vol.5.
            Peaboby: Hendrickson, 1995.
 

[1] Berkhof L. Systematic Theology 1941:109.
[2] Olson R. E. The Story of Christian Theology: Twenty Centuries of Tradition & Reform. 1999:260.
[3] Эриксон М. Христианское богословие 2006:770.
[4] Августин Блаженный. Об истинной религии. Теологический трактат. 1999:825-826.
[5] Там же С. 826-828., см. также: Августин. О предопределении святых: первая книга к Просперу и Иларию. 2000:4-6.
[6] Светлов Р., Селиверстов В. (Сост. примеч.). Августин: Pro et Contra. Личность и идейное наследие блаженного Августина в оценке русских мыслителей и исследователей. 2002:435.
[7] Schaff P. (Edit.). Nicene and Post-Nicene Fathers. Augustine: Anti-Pelagian Writings. Vol.5. 1995:437.
[8] Ibid. P. 478.
   because the human will does not attain grace by freedom, but rather attains freedom by grace, and a delightful constancy, and an insuperable fortitude that it may persevere. (Перевод Минаков Ф. Р.)
[9] Беркхов Л. История христианских доктрин. 2000:147.
[10] Schaff P. Op.cit.
[11] Светлов 2002:434.
[12] Schaff P. 1995:444.
[13] Августин Блаженный 1999:824.
[14] Там же. С. 867-868.
[15] Мак-Грат А, Введение в христианское богословие. 1998:401.
[16] Августин. О предопределении святых. 2000:13.
[17] Там же.
[18] Там же.
[19] Там же. С. 12-13.
[20] Там же. С. 15.
[21] Там же. С. 17.
[22] Августин Блаженный 1999:866.
[23] Там же. С. 867.
[24] Августин 2000:19.
[25] Schaff P.1995:361.
[26] Ibid. P. 170.
[27] Ibid. P. 530.
[28] Ibid. P. 544.
[29] Беркхов. 2000:150.
[30] Там же.
[31] Светлов 2002:437.
[32] Беркхов. Указ. Соч. С. 151.
[33] Там же. С. 154.
[34] Там же. С. 154-155.
[35] Эриксон. 2006:773.
[36] Беркхов. 2000:155-156.
[37] Аквинский Ф. Сумма теологии: часть 1. вопросы 1-43. 2007:308.
[38] Там же. С. 309.
[39] Там же. С. 311.
[40] Там же. С. 313-314.
[41] Там же. С. 316.
[42] Эриксон 2006:773.
[43] лат. Современная августинианская школа.
[44] Маграт А. (Тоже что Мак-Грат, с англ. McGrath) Богословская мысль реформации. 1994:103.
[45] Там же. С. 107-108.
[46] Там же.
[47] Кальвин Ж. Наставление в Христианской вере. Т.1. Книга I. 1997:215
[48] Санников С. Истоки арминианства: богословские идеи Якоба Арминия и ремонстрантов. http://www.odessasem.com/20111006-07/20111006-07.html
[49] Кальвин Ж. Указ. соч. – С. 214-215.
[50] Там же. С. 202.
[51] Кальвин Ж. Наставление в христианской вере. Т.2. Книга III. 1998:375.
[52] Там же. С.377-379, Толкование на Послания апостола Павла к Римлянам и Галатам. 2007:245, Толкование на Послания апостола Павла к Ефесянам и Филиппийцам. 2008:16.
[53] Кальвин Ж. 1998: 386.
[54] Там же.
[55] Там же. С. 376-401.
[56] Кальвин Ж. Толкование на Послания апостола Павла к Римлянам и Галатам. 2007:242.
[57] Там же. С. 242-243.
[58] Санников С. http://www.odessasem.com/20111006-07/20111006-07.html , Маграт А. 1994:161.
[59] Кальвин Ж. 1998:404.
[60] Там же. С. 409- 410.
[61] Там же. С. 409.
[62] Там же. С. 411.
[63] Там же. С. 376-377.
[64] Там же. С. 414-415.
[65] Там же.
[66] Вестминстерское исповедание веры. 2000:20.
[67] Berkhof L. 1941:113.
[68] Ibid. P. 114.
[69] Ibid. P. 115.
[70] Ibid.
[71] Ibid.
[72] Ibid. P. 117.
[73] Ibid. P 116-118.
[74] Спор о инфра и супралапсарианстве не был учтен по причине ограниченного объема работы и незначительности расхождений внутри спора. Как те так и другие взгляды приемлемы реформатской мыслью, хотя преобладает инфралапсарианская позиция. Об этой теме см. Berkhof L. 1941:124., Hodge C. Systematic Theology. Vol. II. 1989:317.
[75] Мак-Грат. 1994:107.
 

Категории статьи: 

Оцените статью: от 1 балла до 10 баллов: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя Bird