Брюггеман - Введение в Ветхий Завет

Введение в Ветхий Завет - Брюггеман Уолтер
Это одно из лучших на сегодняшний день введений в Ветхий Завет.
 
Известный современный библеист рассматривает традицию толкования древних книг Священного Писания в христианском контексте.

Основываясь на лучших достижениях библеистики, автор предлагает богословскую интерпретацию ветхозаветных текстов, применение новых подходов и методов, в особенности в исследовании истории формирования канона, риторики и социологии, делает текст Ветхого Завета более доступным и понятным.
 

Книги и модуль Цитата из Библии BibleQuote с лучшим введением в Ветхий Завет Уолтера Брюггемана

 
Появившиеся за последние двадцать лет новые методы и тенденции в интерпретации Ветхого Завета позволили христианам (в частности, священнослужителям) иначе взглянуть на свое отношение к Ветхому Завету как к источнику и норме вероучения. В прежние времена, когда основным направлением исследований являлась библейская критика, а изучение Ветхого Завета было уделом «экспертов», видимая связь этих исследований с жизнью и практикой церкви не имела особого значения. В результате священнослужителям приходилось либо оставаться в рамках исторической критики с присущими ей противоречиями, либо отвергать ее, полагаясь на волю воображения, и читать текст так, как его читали до появления библейской критики.
 
Новые подходы и методы, в особенности в исследовании истории формирования канона, риторики и социологии, сделали библейский текст более доступным для основной массы современных церковных толкователей. Безусловно, методы библейской критики до сих пор играют важную роль, но наряду с ними появилось множество других подходов, делающих взаимоотношения библейского текста и современной общины более живыми и осязаемыми.
 

Уолтер Брюггеман - Введение в Ветхий Завет - Канон и христианское воображение

 
Перевод Светланы Бабкиной под редакцией Глеба Ястребова
Серия «Современная библеистика»
М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея. 2009 г. — XIV + 570 с.
ISBN 5-89647-154-8
 

Уолтер Брюггеман - Введение в Ветхий Завет - Канон и христианское воображение - Содержание

 
Предисловие к русскому изданию
Предисловие
Введение. Память и творчество
  • Глава 1. Тора
  • Глава 2. Чудеса и бунт мироздания (Быт 1-11)
  • Глава 3. Предки (Быт 12-15)
  • Глава 4. Книга Исхода
  • Глава 5. Книга Левит
  • Глава 6. Книга Числа
  • Глава 7. Второзаконие
  • Глава 8. Основные выводы по тексту Пятикнижия
  • Глава 9. Пророки
  • Глава 10. Книга Иисуса Навина
  • Глава 11. Книга Судей
  • Глава 12. Первая и Вторая книги Самуила
  • Глава 13. Первая и Вторая книги Царей
  • Глава 14. Книга пророка Исайи
  • Глава 15. Книга пророка Иеремии
  • Глава 16. Книга пророка Иезекииля
  • Глава 17. Малые Пророки (1)
  • Глава 18. Малые Пророки (2)
  • Глава 19. Основные выводы по тексту книг Ранних и Поздних Пророков
  • Глава 20. Писания
  • Глава 21. Книга Псалмов
  • Глава 22. Книга Иова
  • Глава 23. Книга Притчей
  • Глава 24. Пять свитков
  • Глава 25. Книга пророка Даниила
  • Глава 26. Книги Ездры и Неемии
  • Глава 27. Первая и Вторая книги Хроник
  • Глава 28. Основные выводы по Писаниям
  • Глава 29. Вместо заключения
 

Уолтер Брюггеман - Введение в Ветхий Завет - Канон и христианское воображение - Предисловие

 
Настоящая книга представляет собой мою собственную, во многом субъективную попытку доступно изложить в форме размыш ления некоторые результаты ветхозаветных исследований, имеющих принципиальное значение для священнослужите лей и мирян различных христианских общин. Из дальнейшего изложения станет очевидно, что каким-то частям Библии я уделяю более пристальное внимание, каким-то менее, но это вполне допустимо, учитывая, что моей целью является личностный диалог с коллегами. Кроме того, адресуя свою книгу священнослужителям и христианским общинам, я не привел здесь основных сведений по истории, географии и хронологии, поскольку они часто излагаются в предисловии к различным изданиям Ветхого Завета. Подобная информация общедоступна и, на мой взгляд, не нуждается в повторении в данной книге.
 
Из дальнейшего станет очевидным, что в своем изложении я во многом руководствовался каноническим подходом, разработанным Бревардом Чайлдсом, что отразилось в появлении в названии слова «канон». Именно Чайлдс говорил о правомерности и значимости церковной традиции в интерпретации Библии, которая формируется под влиянием категорий академической критики, однако не подчинена им. Вклад Чайлдса в данной области, а также его влияние на мои представления об интерпретации библейского текста трудно переценить. Однако столь же очевидно и то, что я не полностью разделяю точку зрения Чайлдса, в частности, его вывод о том, что переработка текста, имевшая место в процессе создания канона, оказалась в состоянии вытеснить все элементы традиции, не соответствовавшие канону или правилу веры. С другой стороны, я не собираюсь исключать из рассмотрения все те фрагменты текста, которые не вполне укладываются в категории традиционного христианского учения.
 
Я глубоко убежден, что канонический подход, взятый в отдельности, без серьезного внимания к тем элементам текста, которые ему не соответствуют, приводит в конечном итоге к подавлению, а это совсем не то, что нужно церкви в современном технологическом обществе с его давлением на индивида. Название данной книги содержит слово «воображение», поскольку я считаю, что сам по себе текст Библии не только воплощает, но и предполагает неустанную работу творческого воображения в поисках смыслов, которые далеко не всегда подчиняются строгим границам и требованиям христианской веры. С этой целью я привожу выдержки из книги Конгрегация, представляющей собой сборник рассказов, написанных современными еврейскими писателями на темы некоторых ветхозаветных сюжетов (Rosenberg, 1987). Авторы этих эссе часто обращают внимание на детали и измерения библейских историй, выходящие за рамки христианского канона.
 
По моему мнению, существует своего рода игра между нормативным и художественным прочтениями текста, и именно она придает тексту действенность и гибкость. Прочтение текста только как художественного произведения, не связанного никакими нормами, делает его бесполезным для миссионерского служения. Попытки же сделать текст исключительно нормативным чреваты опасностью подавления. Поэтому я полагаю, что в основе создания наиболее надежных комментариев лежит именно сочетание этих двух подходов. Надеюсь, что священнослужители и миряне тоже сочетают оба описанных способа чтения, обращаясь к Библии как к нормативному тексту, содержащему живое слово Бога. В данной книге я предлагаю собственное прочтение библейского текста и в то же время привожу множество цитат из работ других авторов. Я намеренно делаю это для того, чтобы читатель имел возможность принять участие в живом диалоге между интерпретаторами, гораздо более объемном, нежели могут вместить страницы этой книги. Надеюсь, что благодаря такому подходу текст окажется более интересным и для священнослужителей, и для мирян и будет восприниматься не как очередное «задание по чтению», но как «иной мир», мир благоденствия, свободы и ответственности, противостоящий как господствующей секулярной культуре, как и традиционному церковному учению, зачастую сухому и ограниченному.
 
***
 
После столетий гиперкритики многие ученые сейчас возвращаются к идее, что текст Бытие — Вторая книга Царей (кроме Книги Руфь) составляет «первичный рассказ» Древнего Израиля, который питал воображение и веру иудаизма. Такое суждение вполне традиционно и сбрасывает со счета важные градации, как научные, так и канонические.
 
Что касается последних, то здесь игнорируется каноническое разграничение между каноном Торы и каноном Пророков: литературно оно маркировано рассказом о смерти Моисея в конце Второзакония. В научном плане не учитывается различие между Жреческим/Священническим материалом из Бытие — Числа и девтерономическим богословием, которое доминирует в корпусе Иисус Навин — Вторая книга Царей.
 
Соответственно, концепция «Первичного Рассказа» имеет свои изъяны. В той мере, в какой она корректна, можно сказать, что эти девять книг (считая Первую и Вторую Самуила за одну, Первую и Вторую Царей за одну) образно описывают память Израиля через рассказ о событиях с сотворения мира (Быт 1) до вавилонского плена (2 Цар 25). Без сомнения, 2 Цар 25:27-30 знаменует четкую литературную, историческую и богословскую концовку. Если учесть эту концовку, где царский дом Иуды депортируется в «нечистую землю», Первичный Рассказ можно считать очень необычным актом воображения: ведь по сути выходит, что история мира (небес и земли) устремляется к изгнанию жителей Иерусалима в чужую землю.
 
Здесь отражено восприятие «истории мира» как «нашей истории», то есть истории израильских изгнанников. И ведь создатели канона дерзнули утверждать подобные вещи не только об Израиле, но и о Боге: замысел Божий о мироздании как бы прерывается на паузу в VI веке до н. э., во время вавилонского плена Израиля. Вообще способность данного произведения сплести воедино величайшую истину о мире с конкретной реальностью жизни поразительна: здесь проявляется великий потенциал ветхозаветного текста к интерпретации.
 

 
Брюггеман Молитвы
 

Брюггеман, Уолтер - Великие молитвы Ветхого Завета

 
Перевод с английского M. Завалова
М. : Эксмо, 2009. — 224 с. — (Религия. Библиотека мировых религий).
ISBN 978-5-699-38124-1
 
Молитва это всеобщее, повсеместно встречающееся занятие людей любой эпохи. В ней человек устремляется к Священной Тайне и Священному Абсолюту. Молитва свидетельствует о том, что люди способны приближаться к Единому, который почти недостижим, но к которому они обращаются и в чьем присутствии живут. В своих Гиффордских лекциях, говоря о человеке как о существе, которое в результате «эволюционной эпистемологии» обрело способность создавать символы, Вентцель ван Xмостин уделил немало внимания наскальным рисункам эпохи верхнего палеолита в одной из пещер на юго-западе Европы.
 
Он убедительно рассказал о том, что эту живопись нельзя пренебрежительно назвать «примитивным искусством». Скорее это первые попытки — их человек начал предпринимать с тех пор, как только обрел соответствующие психофизические способности, — установить контакт с миром, находящимся вне контроля человека, с миром, который пробуждает воображение, заставляя его вглядываться в то, что стоит за «данностью». Опираясь на работу Дэвида Льюиса-Уильямса, Хьюстин высказал смелое предположение о том, что эти первые создатели символов воспринимали стену пещеры как «мембрану или покрывало, отделяющее людей от мира духов», и сделал отсюда вывод, что основы религиозного мировоззрения «встроены в мозг человека».
 

Уолтер Брюггеман - Великие молитвы Ветхого Завета - Содержание

 
Введение: Молитва в Ветхом Завете
1. Авраам: Бытие 18:22-33
2. Моисей: Числа 14:13-23
3. Анна: Первая книга Царств 2:1-10
4. Давид: Вторая книга Царств 7:18-29
5. Соломон: Третья книга Царств 3:5-15
6. Иона: Книга пророка Ионы 2:3-10
7. Иеремия: Книга пророка Иеремии 32:16-25
8. Езекия: Четвертая книга Царств 19:15-19
9. Ездра: Первая книга Ездры 9:6-15
10. Неемия: Книга Неемии 1:4-11
11. Даниил: Книга пророка Даниила 9:3-19
12. Иов: Книга Иова 42:1-6
 

 
Файлы книги - Уолтер Брюггеман - Введение в Ветхий Завет - Канон и христианское воображение -  в разных форматах
22.05.12 Модуль  в юникоде UTF-8  для BibleQuote 6 и Андроид с двумя книгами
 

 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 9.3 (20 votes)
Аватар пользователя esxatos