Патриарх Сергий (Страгородский): pro et contra

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомитьсявступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Патриарх Сергий (Страгородский): pro et contra, антология
Русский Путь
В истории Русской Православной Церкви XX века имя Патриарха Сергия (Страгородского; 1867-1944), пожалуй, вызывает наибольшие споры и диаметрально противоположные суждения. Он не принадлежит прошлому, он — в настоящем, которое часто проявляет себя либо в отвержении принципов церковно-государственных отношений, сложившихся в эпоху Сталина, либо в объяснении и оправдании их. За спорами, что не удивительно, порой невозможно разглядеть индивидуальные черты самого Патриарха Сергия, который из конкретной личности парадоксальным образом превращается в символ давно ставших достоянием истории лет. Более того, он оказывается в тени «сергианства», — сложного церковно-политического явления, связанного с попыткой некоторых представителей православного священноначалия найти компромисс с безбожными советскими властями и тем самым «спасти» институциональную Церковь.
 
В этом, думается, и заключается основная проблема изучения жизни Патриарха Сергия, еще при жизни превратившегося в мифологический персонаж — со всеми неизбежными последствиями подобного превращения. Почему так произошло, я и попытаюсь рассказать, анализируя восприятие Патриарха Сергия как в церковных кругах Русской Православной Церкви (РПЦ), так и в среде тех, кто воспринимает Московскую Патриархию исключительно негативно. Но прежде, чем начать говорить об этом, следует в нескольких словах вспомнить об основных вехах жизни нашего героя.
 

Патриарх Сергий (Страгородский): pro et contra, антология

Сост., вступ. статья, указатель имен С. Л. Фирсова.
СПб.: РХГА, 2017. — 669 с. — (Русский Путь).
ISBN 978-5-88812-826-8
 

Патриарх Сергий (Страгородский): pro et contra, антология – Содержание

От издателя
С. Л. Фирсов. Прошлое как вызов: к вопросу о психологии восприятия патриарха Московского и Всея Руси Сергия (Страгородского)
I. РАБОТЫ ПАТРИАРХА СЕРГИЯ (СТРАГОРОДСКОГО)
  • Вопрос о личном спасении
  • <Выступление епископа Сергия (Страгородского) на заседаниях Религиозно-философских собраний> <Фрагменты>
  • Накануне объявления полной веротерпимости (Поучение на молебне в день основания академии 17 февр. 1905 г.)
  • Предстоящий Собор и желательные церковные преобразования
  • Послание (Декларация) Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского Сергия (Страгородского) и Временного при нем Патриаршего Священного Синода об отношении Православной Российской Церкви к существующей гражданской власти
  • Послание Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского Сергия (Страгородского) и Временного Патриаршего Священного Синода
  • Памятная записка о нуждах Православной Патриаршей Церкви в СССР. 10 февраля 1930 г.
  • О полномочиях Патриаршего Местоблюстителя и его Заместителя
  • Журнал № 51 Экстренного заседания Священного Синода 15 мая 1944 г.
II. ВОСПОМИНАНИЯ О ПАТРИАРХЕ СЕРГИИ
  • Г. П. Георгиевский. Патриарх Сергий Страгородский
  • Архиепископ Варфоломей (Городцев). Памяти Патриарха Сергия (Из воспоминаний его академического товарища)
  • Архиепископ Фотий (Тапиро). Крупицы воспоминаний
  • Е. И. Петровский. В стенах Духовной академии
  • Архимандрит Нафанаил (Смердынский). Светлый образ Патриарха Сергия
  • Епископ Александр (Толстопятое). В Бозе почивший Патриарх Сергий
  • Архимандрит Иоанн (Разумов). Христианский уклад домашней жизни Святейшего Патриарха Сергия
  • Протоиерей А. П. Смирнов. Москва в Ульяновске.
  • Епископ Димитрий (Градусов). День святого Афанасия
III. ПАТРИАРХ СЕРГИЙ КАК БОГОСЛОВ И ЦЕРКОВНЫЙ ДЕЯТЕЛЬ
  • Н. А. Заозерский. Из академической жизни <Фрагмент>.
  • Г. В. Флоровский. Пути русского богословия <Фрагмент>.
  • Архиепископ Гурий. Литературные труды патриарха Сергия
  • <Епископ Марк (Новоселов)>. Письмо к Н. Н. по поводу Декларации митрополита Сергия (Страгородского) от 16 (29) июля 1927 г.
  • Митрополит Казанский и Свияжский Кирилл (Смирнов). Выписка из ответа на мнение некоего о необходимости ему (митрополиту) объявить себя Местоблюстителем Патриаршего Престола до времени освобождения из заключения митрополита Крутицкого Петра (Полянского).
  • Письмо к неизвестному архипастырю по вопросу о местоблюстительстве в Православной Русской Церкви
  • Митрополит Литовский и Виленский Елевферий (Богоявленский). Разбор постановления группы ярославских иерархов об отложении от Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского)
  • Н. А. Бердяев. Вопль Русской Церкви
  • Г. П. Федотов. К вопросу о положении Русской Церкви
  • П. Н. Милюков. Митрополит Сергий и советская власть: 1925-1930 гг.
  • Митрополит Евлогий (Георгиевский). Путь моей жизни <Фрагмент>
  • Священник Михаил (Польский). Положение Церкви в Советской России (Очерк бежавшего из России священника) <Фрагмент>
  • IV. РАБОТЫ ЦЕРКОВНЫХ И СВЕТСКИХ ИСТОРИКОВ О ПАТРИАРХЕ СЕРГИИ И ЕГО ПОЛИТИКЕ
  • П. Г. Рогозный. Несколько новых штрихов к биографии патриарха Сергия (Страгородского)
  • А. Э. Левитин-Краснов, Б. М. Шавров. Очерки по истории русской церковной смуты <Фрагмент>
  • Митрополит Мануил (Лемешевский). Патриарх Сергий и обновленческий раскол
  • Митрополит С.-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев). История Русской Православной Церкви
  • Е. С. Полищук. Патриарх Сергий и его декларация: капитуляция или компромисс?
  • Игумен Иннокентий (Павлов). Знамение пререкаемое. К 70-летию со дня публикации Декларации митрополита Сергия
  • А. И. Кырлежев.Экклезиологический аспект сергианства
  • Священник Александр Мазырин. Вопрос о призвании служителей Церкви в эпоху гонений: два взгляда современников
  • A. В. Журавский. К вопросу о классификации оппозиционных движений и групп митрополиту Сергию (Страгородскому)
  • О. Ю. Васильева. Февральская пресс-конференция митрополита Сергия — историческое осмысление и историческое наследие
  • B. А. Алексеев. «Вечеря в Кремле»
  • Священник Александр Мазырин. Учредил ли Сталин РПЦ МП?
  • Д. В. Поспеловский. Русская Православная Церковь в XX веке <Фрагмент>
  • В. С. Степанов (Русак). Свидетельство обвинения <Фрагмент>
  • Иеромонах Никон (Белавенец). «Дедушка». (Субъективные заметки «сергианина» к 50-летию со дня кончины Святейшего Патриарха Сергия)
  • Протоиерей Александр Ранне. Святейший патриарх Сергий (Страгородский)
  • Священник Илья Соловьев. Патриарх Сергий Страгородский: оправдавшиеся надежды
ПРИЛОЖЕНИЯ
Список основных трудов патриарха Сергия (Страгородского)
Список статей и книг о патриархе Сергии и «Сергианстве»
Указатель имен
 

Патриарх Сергий (Страгородский): pro et contra, антология – А. И. Кырлежев.Экклезиологический аспект сергианства

 
Если оставить в стороне феномен прокоммунистического «обновленческого» движения, в Российской Церкви пореволюционной эпохи можно выделить два основных направления в церковном сознании и церковной практике «советского» периода. Разделение это связано с решением вопроса о том, как существовать Церкви в коммунистическом государстве, — вопроса, который в середине 20-х годов уже нельзя было обойти.
 
Два решения и две разные — по существу противоположные — позиции нашли свое выражение в двух документах этого времени: «Соловецком послании» 1927 г. (то есть обращении к советскому правительству епископов, находившихся в заключении в Соловецком лагере) и знаменитой Декларации митрополита Сергия (Страгородского) и его единомышленников 1927 г., положившей начало новым взаимоотношениям Церкви и государства в СССР.
 
Только прямые гонения на Церковь: террор, аресты, ссылка и заключение священнослужителей, изъятие церковных ценностей, закрытие и разрушение храмов, запреты на религиозную деятельность и т. п. — вполне отрезвили церковное сознание части иерархии и Церкви. После падения самодержавия самоопределения Церкви в секулярном демократическом государстве так и не состоялось — такого государства не возникло.
 
С приходом большевиков наступила эпоха идеократии, которая не желала иметь никакой Церкви, но вынуждена была по политическим и дипломатическим причинам допустить (а на самом деле организовать) некое подобие Церкви, от начала и до конца контролируемой и «управляемой» со стороны государственной власти. По отношению к этой власти и определяет себя Церковь устами авторов «Соловецкого послания» и Декларации.
 
В послании соловчан первым делом заявляется принципиальная непримиримость православия и квазирелигиозной коммунистической идеологии как антипода христианства (в плане мировоззрения). Поэтому снова, как и в раннехристианскую эпоху, здесь делается различие между государственной властью и каким-либо ее идеологическим или религиозным обоснованием. Церковь заявляет свои права на полную независимость своей внутренней жизни на основании закона об отделении Церкви от государства, а также принимает на себя обязательства лояльности к существующей власти, но только как власти гражданской, то есть секулярной. Пришло время, когда Церковь оказалась в таком положении, что сама стала апеллировать к принципу разделения с государством, ибо теперь это единственная правовая возможность существовать в безрелигиозном государстве, заявляющем себя государством демократическим.
 
Иную позицию занял митрополит Сергий в своей Декларации, формально признающей советский закон об отделении Церкви от государства, но практически являющей пример инерции старого церковного сознания, выразившегося здесь, однако, в совершенно извращенной форме: по существу декларация предлагает концепцию церковно-государственной «симфонии», но на этот раз с откровенно антицерковным государством, поставившим перед собой задачу постепенного уничтожения Церкви и религиозной веры в обществе и общественном сознании.
 
Если соловчане прежде всего различают государство и воспринятую им идеологию, то сергиане «реалистически» воспринимают эти два феномена как нечто единое и неделимое.
Если соловчане предлагают государству отказ от участия Церкви в политике (то есть отказ как от одобрения, так и от неодобрения политики государства), сергиане вписывают Церковь в политическое противостояние коммунистического государства с его противниками («мы не с врагами нашего Советского государства, а с нашим правительством»).
 
Если соловчане выражают готовность к лишениям и репрессиям (и готовы встретить их «спокойно») в случае отказа властей принять их предложения, то сергиане аргументируют свою соглашательскую позицию именно необходимостью «мира и спокойствия» для Церкви (в условиях реальных гонений!) во что бы то ни стало.
 
Если соловчане обязуются соблюдать закон об отделении Церкви от государства (одновременно выдвигая требование его исполнения и со стороны государства), то сергиане декларируют свое «повиновение законной власти», а не закону, этой властью провозглашенному, но не исполняемому.
 
Если соловчане отказываются производить какой-либо суд над епископами-эмигрантами по политическим причинам (эмигранты по своему положению не обязаны подчиняться законам государства, гражданами которого они не являются), то сергиане требуют от эмигрантского духовенства выражения «полной лояльности к Советскому Правительству в общественной деятельности» (требование совершенно абсурдное со стороны церковной власти со всех точек зрения).
Если соловчане требуют возможности созвать церковный Собор, однако при условии полного невмешательства в его работу со стороны власти, то сергиане заранее уверяют власть в том, что предстоящий Собор «соборным разумом» (!) лишь подтвердит занятую ими позицию по отношению к государству (девять епископов заранее предрешают мнение Собора).
 
Наконец, если соловчане акцентируют свой отказ от ложного свидетельства об отсутствии гонений на Церковь в СССР, то сергиане уже в Декларации (помимо специальных публичных заявлений митрополита Сергия) косвенно высказывают эту ложь в формулировке, ставшей потом обычной в публичных заявлениях церковных иерархов, — выражая «благодарность Советскому Правительству за внимание к духовным нуждам православного населения» (и даже совершая нечто более кощунственное: выражая благодарение Богу, «тако благоволившему о святой нашей Церкви»).
 
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя magistr