Бибихин - Внутренняя форма слова

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомитьсявступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Владимир Вениаминович Бибихин - Внутренняя форма слова
Слово о сущем
Начав говорить о внутренней форме слова, мы перейдем — должны будем перейти — к внутренней форме языка, и от внутренней формы языка просто к внутренней форме, внутренней форме вещей, которую потом, возможно, мы назовем, будем вынуждены назвать или захотим назвать по-другому, — что такой выход из языка к вещам может быть, в этом нет ничего удивительного, ведь слова указывают на вещи, — дело идет в словах о вещах, поэтому и при изучении языка мы никак не можем гарантировать себе, что мы благополучно удержимся, как это говорится, «в плане выражения» и не провалимся сквозь этот план выражения во что-то такое, что уже совсем не «план».
 
Имея дело с языком, с этим — что мы нечаянно окажемся с чем-то другим на руках, — приходится считаться. Слова— это всегда не только слова; как слова милиционера на улице, «покажите документы», это не только слова. Если лингвистике удается иметь дело с текстом или, еще абстрактнее, со звуковой оболочкой, то она — лингвистика — еще должна дать отчет, как это ей удалось, что она сделала для того, чтобы это ей удалось. Может быть, ей для этого пришлось упустить что-то из виду, что нам так же успешно упустить из виду не удастся, и значит с такими удобными вещами, абстракциями, иметь дело тоже не удастся.
 
 

Владимир Вениаминович Бибихин - Внутренняя форма слова

(Серия «Слово о сущем»)
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ: Наука, 2008 г. — 420 с.
ISBN 978-5-02-026316-1
 

Владимир Вениаминович Бибихин - Внутренняя форма слова - Содержание

  • От составителя
  • Внутренняя форма слова

Владимир Вениаминович Бибихин - Внутренняя форма слова - ОТ СОСТАВИТЕЛЯ

 
С весны 1989 по май 2002 В. Бибихин прочитал на философском факультете МГУ восемнадцать курсов. Первым из них был короткий, односеместровый курс «Мир», изданный отдельной книжечкой шесть лет спустя в томском издательстве «Водолей». Тексты всех курсов лекций (и нескольких «семинаров») писались заранее в стиле «говорения» и так прочитывались студентам. По ходу чтения иногда делались рукописные добавления. Когда курс заканчивался, образовывалась папка с машинописью (а с 1996 года— с «распечаткой» на принтере), которая становилась основой будущей книги. Так появились книги «Мир», «Язык философии», «Узнай себя», «Людвиг Витгенштейн: Смена аспекта».
 
«Быстрое беглое писание— совсем не то, что мое обычное складывание фраз, пишется другой стороной ума [... ] Но в „старательном” писании я оправды ваюсь, обосновываю, закругляю, чтобы текст, каждая фраза, жил сам. На всякий случай, если никто не будет читать. Здесь — не думаю об этом обеспечении... здесь все ситуативно, и чудо! — здесь всё кажется более свободным», так писал В. Б. о своем нечаянно сложившемся новом, «не-академическом», стиле еще в декабре 1984 года. Большая часть курсов так и осталась в этом стиле живого «говорения» (это слово В. Б., так он нередко называл свою работу в Университете) и будет публиковаться без каких-либо изменений.
 
Курс (официально — «семинар») «Внутренняя форма слова» полностью публикуется впервые. «Здесь намечается другой, трудный подход к языку, нехоженый современной лингвистикой». Под-ход, не обходной путь. Филолог по образованию, работавший со многими языками, В. Б. знает современную лингвистическую мысль в ее лучших достижениях, но иначе видит (или может быть просто: видит) сам ее предмет. Главная тема курса — взаимоотношения слова и мира, слова и мысли. Это поиски «внутренней формы слова» (оборачивающейся «внутренней формой», ведущей к Плотину; ускользающей в античную «форму форм») как самого близкого человеческому существу и самого недоступного для выражения, уловления. Они идут в русле мысли П. А. Флоренского, А. А. Потебни, В. фон Гумбольдта. Г. Г. Шпета; с вчитыванием и вдумыванием в их тексты, которое не похоже на привычный «научный анализ» — умудренно-критический разбор, «объективное» «исследование», во что нередко соскальзывает университетское преподавание — а похоже скорее на честное, доверительное следование тем же мыслительным путем и дальше (это поможет тому мыслителю); с готовностью пройти два поприща вместо одного «в местности мира», которую хотя и нельзя найти на карте, но это единственная местность, где человек призван себя найти, где только и может обитать мысль. Это настойчивые попытки — с метаниями, шатаниями мысли, провалами в темные бездны, упираниями в тупики— «разобраться в клубке мысль-вещь-мир-слово-язык». «Под знаком внутренней формы идут поиски начала языка, того что стоит за языком, в основе языка».
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Голосов еще нет
Аватар пользователя brat Warden