Пузынин - Евангельское движение и военные конфликты

Андрей Пузынин с женой

Взгляд на события обусловливается опытом, ценностями, интересами и предпосылками исследователя-историка, эти события освещающего.

Данные факторы являются величинами переменными, поскольку историк является частью изменяющегося сообщества, для которого эта история пишется и переписывается эволюционно или революционно в зависимости от меняющегося опыта и трансформирующихся государственных и общественных институтов.[1]

Зачастую история пишется по заказу и при финансовой поддержке государственных фондов. Властям необходима историческая легитимизация своих интересов и программ, своей национальной идеи и идентичности, своего видения мира и роли в нем. Описание, героизация, акцентирование и оценка исторических событий Крымской, Русско-турецкой, Русско-японской, Первой мировой и Второй мировой войн несколько отличается в работах английских, турецких, российских, японских, немецких и американских историков соответственно.

Источником местных и международных конфликтов являются коллизии тех же властных структур и соответствующих национальных интересов (как правило, имеющих экономическую и политическую природу).

Данные интересы органическим образом взаимосвязаны с национальной идентичностью, сформированной в свете истории и понимания властями своей роли и миссии в мире.

Властные структуры этого мира, в самом общем смысле этого слова, основаны на принципе принуждения: способности навязать и осуществить свою волю или отстоять свои интересы, посредством игнорирования или подавления (мягкого или жесткого) интересов других вовлеченных сторон.

В начале данного обзорного очерка обозначим идентичность и интересы сообщества, обуславливающие наш взгляд на историю.

 

Андрей Пузынин - Евангельское движение и военные конфликты в Евразии: богословско-историческая перспектива

 

 

Описание богословско-исторической перспективы

Всемирное евангельское движение, насчитывающее более полумиллиарда последователей, имеет свою историю,  свои ценности и свое видение будущего.[2] Идентичность этого разнородного движения задается, прежде всего, Смертью и Воскресением Иисуса Христа, о которых свидетельствует Библия и христианская традиция. На Кресте была явлена ненасильственная природа власти Правителя, отказавшегося от принуждения и манипулирования для достижения своих публично провозглашенных целей; Правителя, который пришел служить людям (друзьям и врагам), созданным по образу и подобию Божьему, и отдать за них свою жизнь, чтобы возвратить их к Источнику всякого подлинного блага и непреходящих ценностей.[3]

На Кресте Иисус раскрыл реальную суть земных структур власти и их подлинных интересов. Иудейские властные структуры, представленные храмовым священством, движимые духом национализма и мессианства, завистью и чувством опасности потери контроля над народными массами явили свою истинную сущность во дворе римского прокуратора (Мф. 27:1-26; Мк. 14:53-65).

В свете суда над Иисусом, имперская власть также проявила свою истинную сущность: Христос был незаконно осужден на смерть, будучи ложно обвиненным в революционном вызове власти римского императора Тиберия. Римский прокуратор Понтий Пилат, призванный блюсти римское правосудие, злоупотребил своим положением и своими правами, чтобы сохранить власть и контроль над политическими процессами, предав Иисуса на смерть по воле толпы (Лк. 23:1-25; Ин. 18:28–19:22).

Воскресение Иисуса Христа из мертвых стало декларацией Божественного правосудия над всеми начальствами и властями, движимыми национально-религиозными или имперскими интересами Pax Romana, а также над духовными силами, коррумпирующими властные структуры (1 Кор. 2:16). Сообщество свидетелей жизни, учения, смерти и воскресения стало новым народом, имеющим и призванным сохранить свою идентичность, цели, ценности, виденье будущего, стандарты и образцы поведения.   

Исповедание Иисуса Христа Господом и присоединение к евангельскому сообществу через духовное возрождение и крещение формирует новую идентичность, которая в некоторых случаях приводит к утрате первичной национальной идентичности. Например, уверовавшая и крестившаяся во Христа  этническая еврейка теряет право на репатриацию в Израиль, утрачивая свою национальную идентичность в интерпретации официальных властей государства Израиль; а уверовавший в Господа Иисуса Христа мусульманин теряет свою исламскую идентичность, обретенную при рождении в мусульманской умме, общине.[4]     

            Евангельские общины являются не только органической частью всемирного евангельского движения, но они также вплетены в неоднородную социально-политическую и культурную ткань своей страны. Поскольку данная социально-политическая ткань не является однородной, напряжения, имеющиеся в обществе или между странами, оказывают влияние на жизнь поместных евангельских общин, отделенных от государства. Особенно очевидным становится влияние социально-политических процессов на самоидентификацию, поведение и практики членов евангельской церкви в периоды радикальных противостояний властей этого мира.[5]

            Согласно учению Священного Писания, институт власти установлен Богом для того, чтобы поощрять добро и наказывать зло (Рим. 13). Люди не могут существовать без института и структур власти, сотворенных и учрежденных Богом. Однако грехопадение оказало свое влияние и на эти властные структуры и системы, в которых рождаются, живут и умирают люди, верующие и неверующие в Евангелие Царства. Эти структуры могут подпасть под влияние духовных сил зла и перестать выполнять свою функцию Божьего слуги, превращаясь в духовно-политического зверя (Откр. 13). Сущность и действия такого государства можно видеть в свете Креста и Пасхи и отраженном свете христианских мучеников, оказавшихся в лапах этого «зверя». Как правило, структуры власти любой страны, как и отдельно взятый человек, представляют собой «падший образ Божий», открытый как для действий Святого Духа, так и для действия демонических сил.

            Поскольку для достижения своих целей противоборствующие властные структуры, в которых живут, действуют и существуют евангельские церкви той или иной страны, используют средства информационного воздействия, выборочно выставляя свои насильственные действия борьбой за справедливость (таким образом, претендуя на роль «Божьего слуги»), члены евангельских общин оказываются вольно или невольно вовлеченными в идеологическо-политическое противостояние. В своей Первосвященнической молитве (Ин. 17) Христос молился о том, чтобы Его последователи не были взяты из мира, но чтобы были сохранены от зла, которое принимает вид «Ангела света» (2 Кор. 11:14).

В такие кризисные периоды, каждый формирует свою точку зрения, оценку и модель поведения в свете определенного понимания Писания, собственного опыта, имеющихся авторитетов и доступной информации. Поскольку эти факторы являются величинами переменными, совершенствование стратегии личного, межцерковного и общественного взаимодействия является непосредственной задачей теоретического и практического евангельского богословия.

            Осмысление лозунга евангельского движения «в главном – единство, во второстепенном – свобода, во всем – любовь» может служить стартовой платформой в этом процессе. Богодухновенность и нормативность Священного Писания, открывающего действия Триединого Бога в творении и истории, базовые принципы Реформации, а также принципы отделения церкви от государства и домостроительства евангельской церкви на основании личного опыта духовного возрождения по вере в Господа Иисуса Христа — кратко подытоживают суть «главного» с точки зрения большинства евангельских верующих.[6]

            Поскольку, по словам Платона, «война является естественным состоянием народов» и видимым проявлением в материальном мире непрекращающейся духовной войны, по учению Библии (Еф. 6:12), евангельское движение в Евразии пережило чреду войн и военных конфликтов в прошлом. Осмысление опыта прошлого  может также способствовать выработке конструктивной стратегии, преодолевающей влияние идеологических воздействий в периоды противостояния земных властей.

Евангельское движение и семь войн XIX-XX вв.

Крымская война 1853-1856 гг.

В этой войне столкнулись интересы Британской и Российской империй. В итоге Российская империя потерпела поражение, потеряв контроль над Черным морем. Имела ли эта коллизия имперских властей какое-либо значение для евангельского движения в Евразии? Имела и весьма значительное.

К концу войны на поля сражений приехал молодой британский офицер, выпускник Оксфордского университета, Уильям Уолдегрэйв (Лорд Рэдсток). Судя по имеющимся данным, он не принимал участие в военных действиях. Однако, находясь в России, заболел лихорадкой. На смертном одре в военном госпитале, он пообещал Богу, что если останется жив, то посвятит свою жизнь служению Ему. Смертельная болезнь содействовала духовному пробуждению молодого английского аристократа. Двадцать лет спустя Бог призвал Лорда Рэдстока к служению евангелиста среди аристократических салонов Санкт-Петербурга. Проповеди Рэдстока привели к обращению многих русских аристократов и вызвали волну евангельского пробуждения, превратившуюся в значительное духовное движение. Видные служители - В. А. Пашков, М. М. Корф, И. В. Каргель, И. С. Проханов, М. Я. Жидков, А. В. Карев – играли важную роль в этом евангельском движении в разные исторические периоды.[7]

Война привела к расстройству финансовой системы России и подвигла ее к ряду реформ. Наиболее значимыми были реформы по отмене крепостного права и образовательные реформы, которые подготовили почву для принятия Евангелия народными массами.[8]

Вывод

В периоды конфронтации земных империй  значимые духовные действия происходят не обязательно на полях сражений и в публичном пространстве. Духовная победа в сердце офицера вражеской армии, заболевшего лихорадкой, становится началом духовного пути одного из евангелистов в России. Военное поражение вскрывает необходимость в проведении внутригосударственных реформ, которые становятся катализатором духовного пробуждения в народных массах.

Русско-турецкая война 1877-1878 гг.

В этой войне на Балканах столкнулись национальные интересы Российской и Османской империй. Победителем в этом противостоянии властей была Российская империя.[9] За год до начала войны вышел в свет русский синодальный перевод Библии. Лорд Рэдсток регулярно приезжает в Россию с проповедью Евангелия в этот период времени. Его проповеди пользуются большой популярностью и вызывают резонанс в обществе. Рэдсток не пытался создать протестантской деноминации. И первые евангельские христиане были прихожанами православной церкви, серьезно относившиеся к Священному Писанию и практической христианской жизни.

            В 1875 году создается общество «Поощрения духовного и нравственного чтения» по аналогии с британским SPCK (Society for Promoting Christian Knowledge). Данное общество, основанное русскими аристократами, издает духовную литературу и несет евангельскую весть в народ, подготовленный реформами шестидесятых годов для принятия Благой вести.

            Когда началась русско-турецкая война, журнал «Русский рабочий», издаваемый этим обществом, отражал взгляды российского правительства: 

«Вот уже более четырехсот лет, как турки, ненавистники христианской веры, утвердили свою власть над нашими единоплеменниками и единоверцами — сербами и болгарами… В июне месяце настоящего года они (христиане) единодушно и поголовно взялись за оружие для защиты своих несчастных братий… Да благословит Бог братьев наших! Да поможет им!.. Будем молить Бога, чтобы настоящая борьба братьев наших кончилась с честью для христиан».[10]

            Война была катализатором евангельского пробуждения: многие люди разных сословий посещали евангельские служения для того, чтобы помолиться за своих родных, ушедших на войну. Евангельские верующие использовали современный перевод Библии и печатные материалы для просвещения русского народа в масштабах всей Российской империи.

Вывод

В периоды военных противостояний евангельские христиане поддерживали власти своей страны. Война содействовала расширению сфер влияния евангельского движения через активное и разноплановое служение верующих.  

 Русско-японская война 1904-1905 гг.

В этой войне столкнулись интересы Российской и Японской империй на востоке. В этом столкновении интересов имперских властей Россия проиграла.[11] В результате пошатнувшейся экономики, отсутствия необходимых реформ и поражения в войне в стране произошла революция.[12] Власть императора была ослаблена, и был принят ряд документов и государственных актов, способствующих развитию евангельского движения. Наиболее важным документом этого рода был именной высочайший указ, данный сенату, «об укреплении начал веротерпимости» от 17 апреля 1905 года.

Евангельские верующие получили права, за которые боролись пионеры евангельского движения В. А. Пашков и М. М. Корф, изгнанные из России за свои убеждения. Евангельское движение выходит в публичное пространство России.[13] Массово начинает издаваться евангельская периодика. Главный редактор журнала «Христианин» И. С. Проханов следующим образом определяет цель этого периодического издания: «главная цель журнала заключается в том, чтобы в хоре различных голосов, раздающихся в русской общественной жизни, сделать слышным также и голос новой прогрессивно-религиозной России»[14]. В 1909 году официально регистрируется всероссийский союз евангельских христиан. Начинается лавинообразный рост евангельского движения. Наиболее быстро растущими евангельскими деноминациями являются евангельские христиане и баптисты.[15]

Вывод

Государственные власти, притесняющие права и свободы евангельских верующих, вынуждены менять свою внутреннюю политику по вопросу свободы совести и вероисповедания в результате внешнего военного поражения. Суды над властями, не справляющимися со своими Богом данными функциями, осуществляются через поражение в столкновениях с другими властями и через внутренние революционные движения.

Первая мировая война 1914-1918 гг.                

В это столкновение властей были вовлечены все ведущие мировые системы власти. Четыре империи прекратили свое существование в результате этой войны: Российская, Австро-Венгерская, Османская и Германская. На этот раз соперничавшие в прошлом Англия и Россия стали союзниками против властей Германии, стремившейся к доминированию в Европе.[16]

До окончания этой войны в России произошли две революции, и в стране сменился государственный строй. Православие потеряло статус государственной церкви. К власти пришли большевики. В России началась гражданская война.

            Многие российские солдаты, попавшие в немецкий плен, стали евангельскими верующими через служение немецкой евангельской миссии «Свет на востоке». Они возвращались назад в Россию евангельскими миссионерами.[17] Одновременно с этим в России самая большая на то время евангельская деноминация баптистов впала в немилость у властей, поскольку баптисты считались неблагонадежными агентами Германии.

Из-за негативного отношения к баптистам в России, евангельский христианин И. С. Проханов (уверовавший и крещенный в баптистской общине во Владикавказе), был вынужден провозгласить  в суде в 1916 году, что «что духовное богатство его союза укоренено в религиозной британской сокровищнице, находящейся во владении российского политического союзника».[18] Данное заявление показывает, что политические столкновения властей имеют тенденцию создавать напряженности в отношениях между евангельскими деноминациями.

Вывод

В период войны евангельские верующие способны примирять врагов и делать их братьями во Христе, как показывает служение германской миссии «Свет на Востоке» среди пленных славян. Одновременно с этим, коллизии земных властей препятствуют единству евангельских верующих разных деноминаций, смещая акценты с «единства во Христе» на «духовные сокровищницы политических союзников».

Гражданская война 1918-1922/23 гг.[19]

            Большевистская революция и последующая гражданская война оказали существенное влияние на самоидентификацию и практики евангельского движения. Если до революции И. С. Проханов указывал на связи евангельских христиан с британской «духовной сокровищницей», то в свете геополитического разлома между Западом и Востоком он стал подчеркивать самобытное происхождение евангельского движения из недр русского народа, пользуясь при этом большевистской риторикой: «Евангельская церковь в России называется народной, потому что она возникла из недр народа и ее проповедниками являются рабочие крестьяне… Она свободна, ибо никогда не была в соединении с государством».[20] При чтении его автобиографии «В котле России» создается впечатление, что организация евангельского движения начинается в начале двадцатого века в результате его самобытного служения.[21]

            Евангельские верующие не хотели участвовать в братоубийственной гражданской войне. И хотя в предыдущих войнах они не занимали пацифистской позиции, в этот период большинство из них склонялись именно к этой позиции. Пацифизм не приветствовался новыми властями. Рассекреченные архивы НКВД демонстрируют, что, несмотря на то что «церковь отделена от государства», государство не желает ограничивать своего влияния на церковь. Следующая выдержка из архивных материалов является показательной:

«… Приступив к этой работе с настоящим рвением и поставив перед собой задачу добиться признания членами секты обязательности военной службы в Советской России, лишить их единства в их организации и посредством этого контролировать рост сектантства.

Избрав для этого наиболее подходящую и благоприятную возможность — арест лидера одной наиболее численной секты евангельских христиан, Проханова, за распространение антимилитаристского воззвания «Голос с востока» (сентябрь, 1922), — мы смогли за время его ареста склонить его к признанию воинской обязанности как обязательной для всех евангельских христиан. Для этого он написал послание в этом духе вместе с другими 5 ведущими евангельскими верующими. Это стало первой ступенью для смещения сект с антимилитаристской позиции».[22]

            Следует отметить, что первое десятилетие после большевистской революции было благоприятным для евангельского движения. Большевики были обеспокоены укреплением своей власти и нивелированием влияния православной церкви, игравшей значительную роль в российском обществе. Однако после победы в гражданской войне они взяли курс на искоренение религиозного сознания, не пренебрегая при этом разными средствами.

Вывод

Столкновения властей оказывают значительное влияние на самоидентификацию евангельского движения. Верующие имеют искушение радикально переписывать свою историю, используя риторику новой государственной власти и вычленяя себя из контекста всемирного евангельского движения. Государственные власти используют специальные средства воздействия на влиятельных деятелей евангельского движения для достижения своих целей.

Вторая мировая война 1939-1945 гг.

            Вторая мировая война оказала не менее значительное влияние на евангельское движение, нежели предыдущие войны. В  период между 1942-44 гг. вслед за восстановлением Московского патриархата по инициативе государственной власти СССР был создан объединенный союз Евангельских христиан и баптистов.[23] Сталинская власть была заинтересована продемонстрировать западным союзникам, что она не является борцом с «христианской цивилизацией».[24]

 От восстановленных религиозных организаций ожидалось проводить политику поддержки советской власти как внутри страны, так и за рубежом. При этом за всеми религиозными процессами и кадровыми назначениями был установлен тщательный многоуровневый контроль. В годы войны руководство ВСЕХБ обращается к евангельским верующим:

«В наши дни Европа содрогается  под колесами военной машины гитлеровской Германии. На своем знамени гитлеризм начертал: «Завоевание мира! Порабощение человечества»... Опасность для дела Евангелия велика… Дорогому для всех христиан имени Христа Германия хочет противопоставить имя кровавого фюрера. Да сохранит Бог человечество от этого! Три великие державы: наша родная Россия, Англия и Соединенные Штаты Америки… объединили свое оружие, чтобы дать отпор грозным силам… и избавить Европу от нависшей над ней опасности порабощения. Пусть каждый брат и каждая сестра исполняет свой долг перед Богом и перед Родиной в суровые дни, которые мы переживаем».[25]

Евангельский союз, включивший в себя пятидесятников и меннонитов, принял ясную западно-протестантскую баптистскую идентификацию, поскольку всемирное баптистское движение было наиболее многочисленным и влиятельным протестантским движением в этот период времени. Одновременно с этим генеральный секретарь ВСЕХБ А. В. Карев утверждает, что советский баптизм духовнее западного и представляет собой «восстановленную апостольскую церковь XX века».[26]

            Вывод

 Столкновение властей создает пространство для возрождения евангельского движения и спасает его от тотального физического искоренения в Евразии. Это пространство создается безбожными властями, которые стараются полностью контролировать действия церкви и использовать евангельскую церковь в своих внутренних политических и геополитических интересах. Новая идентификация и риторика евангельского союза формируется в свете политических интересов советских властей.

Холодная война 1946-1991 гг.

В период холодной войны произошло несколько значимых событий с точки зрения влияния властей на евангельское движение. Во-первых, попытки государства снова взять курс на искоренение религии привели к публичным протестам и расколу евангельского движения. В 1961 году возникло движение инициативников, ратовавших за выполнение конституционных прав и невмешательство церкви в государство.[27] В противовес официальному союзу ВСЕХБ возникло движение «отделенных» церквей, не признававших государственной регистрации и отчетности перед властями в делах свободы совести. Этот раскол был воспринят болезненно евангельским сообществом.

К концу холодной войны в результате ослабления функций государственного контроля из состава союза ВСЕХБ выходят практически все общины пятидесятников, а после распада Советского Союза происходит и расформирование ВСЕХБ на национальные евангельские союзы соответствующих стран. В окончательной фазе периода холодной войны в Советском Союзе широко праздновалась дата тысячелетия крещения Руси. На смену теряющему свои  позиции марксизму-ленинизму и КПСС пришла православная церковь, которая стала оказывать влияние на разные сферы социальной и политической жизни позднего СССР и СНГ.

            В свете нарастающего православного влияния евангельские христиане-баптисты распадающегося СССР в очередной раз переписали свою самоидентификацию на фоне новой укрепляющейся культурообразующей роли православия:   

«В истории евангельского пробуждения русского и украинского народов можно найти много своеобразных самобытных черт, которые нельзя встретить у других народов. В поисках правды Божией и спасения русский и украинский народы прошли многовековой путь от первых сомнений в истинности учения обрядности греко-византийской (Православной) церкви до обращения к христианству первоапаостольской церкви, показанному в святом Евангелии... Верующие рассматривают историю евангельского пробуждения нашего народа, учитывая действия Духа Святого, подготовившего почву сердец для принятия верою Слова Божьего... Возникновение первых общин христиан-баптистов в России не является плодом иностранных миссий, то есть оно не случайное явление, «привнесенное в народ извне», как то представляли в прошлом православные исследователи».[28]

Вывод

 Политика земных властей, направленная на попытку жесткого контроля евангельского движения, приводит к расколам внутри евангельского сообщества. Эти расколы являются весьма глубокими и трудно исцеляемыми. Они остаются в сознании верующих людей даже после того, как властные структуры, их вызвавшие, прекратили свое существование после развала СССР. Евангельская церковь последовательно демонстрирует на протяжении своей истории тенденцию выстраивать свою идентификацию на фоне сменяющих друг друга доминирующих культурных идеологий и интересов действующих властей.  

Заключение

Евангельское сообщество – это новый народ, у которого есть свои ценности, стандарты, нормы мысли, языка и поведения, основанные на откровении Бога во Христе. В свете Креста становятся явными действия земных начальств и властей и влияние «мироправителей тьмы века сего» на земные власти. Во всех культурах и системах власти этот народ нового творения во Христе призван быть евангельской контркультурой, характеризуемой единством в главном при многообразии мнений по второстепенным вопросам.

Евангельское сообщество имеет богословско-историческую тенденцию «прогибаться» под «начальства и власти», приспосабливаясь к социально-политическому контексту и зачастую сливаясь с ним осознанно или неосознанно. Социальное приспособленчество в любом его проявлении, включая революционное, чревато потерей «солености» и «сияния» в контексте окружающей культуры. Евангельское сообщество не является политическим движением, поскольку основано на принципе ненасилия, отделения церкви от государства и свободы совести. Но евангельское сообщество призвано свидетельствовать Евангелие Царства, говоря истину в любви в рамках действующей Конституции своей страны, если ее положения не ограничивают свободу для проповеди Евангелия. Даже если за это свидетельство нужно заплатить цену мученичества по примеру Христа и апостолов, погибших от рук властей Римской империи.

Столкновение земных властей содержит в себе потенциал как для «усмирения голоса евангельского сообщества», так и для расширения пределов Царства Небесного и для роста Божьего народа количественно и качественно в познании Бога и Его действий в мире.

Посредством молитвенного и диалогического размышления над Писанием, а также над опытом прошлого и настоящего; посредством взвешенного научного анализа происходящих процессов, а также уважительного диалога между евангельскими союзами разных стран, евангельские христиане призваны быть видимым воплощением Евангелия Иисуса Христа о Царстве Божьем.




[1] Eckhardt Fuchs and Benedikt Stuchtey, eds. Across Cultural Borders: Historiography in Global Perspective (Lanham, Maryland: Rowman and Littlefield, 2001).

[2] http://www.worldea.org/whoweare/introduction and http://www.pewforum.org/files/2011/12/Christianity-fullreport-web.pdf

[3] Том Райт, Воскресение Сына Божьего (М.: ББИ Св. Ап. Андрея, 2011).

[4] Резван Е. А. «Умма» в Ислам: энциклопедический словарь под ред. С. М. Прозорова (М. : Наука, 1991), 241.

[5] А. Пузынин, Традиция евангельских христиан: изучение самоидентификации и богословия от момента ее зарождения до наших дней (М.: ББИ Св. Ап. Андрея, 2010).

[6] См. Лозанские документы,  Посвящение из Кейптауна (http://www.lausanne.org/ru/ctc-ru/posvjasenie-iz-kejptauna).

[7] Пузынин, Традиция евангельских христиан. Введение.

[8] Трубецкой А. Крымская война (М.: Ломоносовъ, 2010), 33-35.

[9] Виноградов В. И. Русско-турецкая война 1877—1878 гг. и освобождение Болгарии (М.: Мысль, 1978), 76.

[10] Русский рабочий, № 8 (1876): 31, 32. Ср. Русский рабочий, № 10 (1876): 43.

[11] Левицкий Н. А. Русско-японская война 1904—1905 гг. (М.: Эксмо, Изографус, 2003).

[12] Ганелин Р.Ш. Российское самодержавие в 1905 году. Реформы и революция (СПб.: Наука, 1991).

[13] Т. Никольская, Русский протестантизм и государственная власть в 1905-1991 годах (СПб.: Европейский университет в Санкт-Петербурге, 2009).

[14] Утренняя звезда, № 6 (1910): 5.

[15] Heather J. Coleman, Russian Baptists and Spiritual Revolution, 1905-1929 (Bloomington, IN: Indiana University Press, 2005).

[16] Зайончковский А. М. Первая мировая война (СПб.: Полигон, 2000).

[17] Миссия «Свет на Востоке». О нас. (http://www.lio.ru/index.php/o-nas).

[18] В. Кале, «Евангельские христиане в России и Советском Союзе» в Евангельское движение в Евразии 4.0 [CD-ROM] (Одесса: EAAA, 2005), 175.

[19] Галин В. В. Интервенция и гражданская война (М.: Алгоритм, 2004).

[20] И. С. Проханов, Евангельский клич (1922). Копия этого документа имеется в в эл. варианте на следующем интернет сайте: http://www.krotov.info/history/20/krasnov/1_230.html

[21] И. С. Проханов, В Котле России (Чикаго: ВСЕХ, 1992).

[22] Felix Corley, Religion in the Soviet Union: an Archival Reader (London: Macmillan Press, 1996), 48, 54.

[23] См. Вальтер Заватски, Евангелическое движение в СССР после второй мировой войны (М.: Библейская лига, 1995).

[24] Steven Merritt Miner, Stalin's Holy War (Chapel Hill and London: The University of North Carolina Press, 2003), 3.

[25] История евангельских христиан-баптистов в СССР (М.: ВСЕХБ,1989), 229.

[26] Доклад А. В. Карева на 40-м съезде ВСЕХБ в 1969 г. Архив ЕХБ, 11.e–4.1, 1–3.

[27]  Т. Никольская, «История движения баптистов-инициативников» в сборнике History and Mission in Europe, edited by Mary Raber and Peter F. Penner (Neufeld Verlag: 2011).

[28] История евангельских христиан-баптистов в СССР, 12-13.

 

Опубликовано в журнале  - Богомыслие № 15 (2014): 80-90

Категории статьи: 

Оцените статью: от 1 балла до 10 баллов: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя Cymry