Иоанн Павел II - Теология тела

С точки зрения библейской критики, надо сразу заметить, что первое повествование о создании человека хронологически появляется позже, чем второе, происхождение которого куда древнее. Этот древнейший текст определяется как «яхвистский», поскольку Господь в нем именуется «Яхве». Поразительно, что образ Божий, представленный в нем, имеет существенные антропоморфные черты. Среди прочего мы читаем: «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни» (Быт 2:7).

По сравнению с этим описанием, первое повествование, более позднее хронологически, является гораздо более зрелым, как в описании образа Божия, так и формулировке основных истин о человеке. Это повествование происходит от священнической традиции и «элоизма» — от «Элохим», термина, используемого для именования Бога в этом повествовании.

В этом повествовании сотворение человека как мужчины и женщины — к которому отсылает нас Иисус в 19 главе Евангелия от Матфея — вставлено в семидневный цикл сотворения мира. Это повествование имеет космологический характер. Человек сотворен на земле, вместе со всем видимым миром.

Но, в то же время, Творец приказывает ему обладать ей и владычествовать над нею (Быт 1:28), следовательно, он находится внутри этого мира. Несмотря на то, что человек строго привязан к видимому миру, библейское повествование не говорит о его сходстве с остальными творениями, но только с Богом.

Иоанн Павел II - Теология тела - Католический взгляд на любовь и сексуальность

Издатель рускатолик.рф

год 2015

Иоанн Павел II - Теология тела - Католический взгляд на любовь и сексуальность - Содержание

Катехеза I. О единстве и нерасторжимости брака

• Четкие ответы

• С самого начала

• Вечный закон

• Подготовка к Синоду

Катехеза II. Анализ библейского повествования о сотворении

• Различные повествования о сотворении человека

• Теологический характер

• Вдохновение для мыслителей

• «Теология тела»

Катехеза III. Субъективное определение человека

• Древнее описание

• Первый человек

• Древо познания

• «Яхвистский» текст

Катехеза IV. Граница между изначальной невинностью и искуплением

• Основополагающая невинность

• Справка св. Павла

• Богословская перспектива

• Метод анализа

• Последующий анализ

Катехеза V. Значение оригинального одиночества человека

• Одиночество мужчины как пример

• Специфическое испытание

• Сотворение женщины

Катехеза VI. Осознание человеком себя как личности

• Партнёр Абсолюта

• Осознание одиночества

• Значение телесности

Катехеза VII. К определению человека. Выбор между смертью и бессмертием

• Выражение личности

• Опыт существования

• Созданный из праха

Иоанн Павел II - Теология тела - Католический взгляд на любовь и сексуальность - Предисловие

Первое повествование о сотворении человека, которое, как мы наблюдали, имеет глубокий теологический характер, таит в себе мощное метафизическое содержание. Не будем забывать, что этот текст из книги Бытия стал источником глубочайшего вдохновения для мыслителей, которые стремились понять «бытие» и «существование». (Пожалуй, только третья глава книги Исхода может выдержать сравнение с этим текстом.) Несмотря на подробные и пластичные выражения в этом отрывке, человек в нём определяется, в первую очередь, в измерении «бытия» и «существования». В таком определении его природа более метафизическая, чем физическая.

Этой тайне сотворения («По образу Божию сотворил его») отвечает перспектива продолжения рода («Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю»), её установление в мире и во времени и связь с метафизическим состоянием творения, со случайным бытием. Именно в этом метафизическом контексте повествования 1 главы книги Бытия необходимо понимать сущность добра, а именно, в аспекте ценности. В самом деле, этот аспект проявляется почти в каждом дне цикла творения и достигает своей кульминации после сотворения человека: «И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт 1:31). По этой причине можно с уверенностью сказать, что в первой главе книги Бытия установлена неопровержимая точка отсчета и прочная основа для метафизики, а так же для антропологии и этики, согласно которой ens et bonum convertuntur (бытие и благо обратимы). Несомненно, всё это также имеет значения для теологии, особенно, для теологии тела.