Миллер Патрисия - Сновидения в поздней античности

Традиция сообщает, что Сократу, в ночь перед тем, как он встретил Платона, приснился сон, как на колени ему сел молодой лебедь, мгновенно превратился в полноценную птицу и взлетел в небеса с песней, которая очаровывала всех, кто ее слышал'. Эллинистическая пародия на этот сон немного по-другому обыгрывает традицию: Сократу приснилось, что Платон стал вороном, запрыгнул ему на голову и начал с карканьем клевать его лысину2. Историки философии должны сделать выбор между героическим Платоном, который превратил слова своего учителя в чарующую песню, с одной стороны, и комичным Платоном, который каркал и клевал лысину учителя, с другой. Однако меня в данном случае интересует то, как для демонстрации философских взаимоотношений используются сновидения. Со своей яркой взаимосвязью образов сны придают конкретность и осязаемость неосязаемой, абстрактной идее философского влияния. Именно это, как я покажу далее, было одной из главных функций сновидений в поздней античности: будучи одним из способов создания смыслов, сны сформировали четкий паттерн воображения, наделяющий визуальным присутствием и ощутимостью такие абстрактные концепции, как время, космическая история, душа и идентичность личности. Сны были метафорами, позволяющими миру проявиться — в том числе это относилось к миру человеческого характера и отношений.

Сама идея того, что сны могут наделять что-либо реальностью, может показаться абсурдной. Возможно ли, что нечто материальное создается посредством нематериального? Может быть и так, но посвященная сновидениям литература античной Греции и Рима демонстрирует, что поздняя античность характеризовалась тенденцией объединять очевидно обособленные категории, и именно в этой склонности сновидения нашли свою подходящую обозначающую почву. Сразу нужно отметить трудности, неизбежно возникающие при разговоре о связи между такими категориями, как «сон» и «реальность» или «осязаемое» и «неосязаемое», без придания им конкретики, тем самым упуская важную черту воображения поздней античности. Работая с другим культурным контекстом, Уэнди Донигер О’Флаэрти изучила концептуальные сложности, возникающие при разговоре о снах, и из-за того, что ее наблюдения имеют отношение к нашему разговору, я кратко обращусь к ее недавно вышедшей книге Сновидения, иллюзии и другие реальности.

Патрисия Кокс Миллер - Сновидения в поздней античности - О роли воображения в культуре

«Касталия», 2022. — 332 с.

ISBN 978-5-521-18672-3

Патрисия Кокс Миллер - Сновидения в поздней античности - О роли воображения в культуре - Содержание

Благодарности

Часть I: Образы и теории сновидений

Введение - Глава первая - Образы сновидений - Глава вторая - Теории сновидений - Глава третья Толкование сновидений - Глава четвертая - Сны и терапия

Часть II: Сновидцы

Введение - Глава пятая - Герма и Пастырь - Глава шестая - Перпетуя и ее дневник сновидений - Глава седьмая - Элий Аристид и Священные Речи - Глава восьмая - Иероним Стридонский и его сны - Глава девятая - Два Григория и аскетические сновидения - Заключение

Примечания