Флоренский - Диалог со временем

Павел Александрович Флоренский - Диалог со временем. Свет Фаворский. Поэтика судьбы

...Мое самое заветное ощущение, что ничего не уходит совсем, ничего не пропадает, а где-то и как-то хранится. Ценность пребывает, хотя мы и перестаем воспринимать ее. И подвиги, хотя бы о них все забыли, пребывают как-то и дают свои плоды. Вот поэтому-то, хоть и жаль прошлого, но есть живое ощущение его вечности.

ПЛ. Флоренский

...Можно сказать, что жизнь ему как бы предлагала выбор между Соловками и Парижем, но он избрал... родину, хотя то были и Соловки, он восхотел до конца разделить судьбу со своим народом.

О. Сергий Булгаков

П.Л. Флоренский, сложившийся как мысли­тель в среде слияния культур русской и кав­казской, европейской и народной, светской и церковной, — один из первых возвестил рус­ской интеллигенции о гибельности бездухов­ного пути. И то, что наше время настойчиво обратилось к истокам и родникам русской культуры и духовности, к поискам вечных ис­тин, свидетельствует, что П.Л. Флоренский был прав в своих прозрениях.

Академик Д. С. Лихачев

 

Павел Александрович Флоренский - Диалог со временем - Свет Фаворский - Поэтика судьбы

 
Москва: Русскій Mip, 2015 г. — 528 с
ISBN 978-5-89577-175-4.
 

Павел Александрович Флоренский - Диалог со временем - Свет Фаворский - Поэтика судьбы – Содержание

 
П. В. Флоренский. Перо и крест священника Павла Флоренского
П.А. Флоренский. Автореферат
Краткая летопись жизни священника Павла Флоренского

ДИАЛОГ СО ВРЕМЕНЕМ

I. О своем роде и о юности. Эгодицея
  • Из родословной Флоренских
  • Детям моим. На память о вашем отце. Пристань и бульвар
II. Теодицея. Оправдание Бога
  • Столп и утверждение Истины
III. Антроподицея. Оправдание человека
  • Вопль крови
  • На Маковце
  • Пути и средоточия
  • У водоразделов мысли (Черты конкретной метафизики). III. Обратная перспектива
IV. Борьба за Церковь
  • Троице-Сергиева Лавра и Россия
  • Имена
  • Павел
  • Иконостас
  • Философия культа
  • Храмовое действо как синтез искусств
V. Новое Средневековье
  • Итоги
  • Мнимости в геометрии.
  • Расширение области двухмерных образов геометрии
  • В. И. Вернадскому.
  • Предполагаемое государственное устройство в будущем
VI. В вечность
  • Письмо семье о картине М.В. Нестерова «Философы» от 18 сентября 1921 года
  • Письма из Забайкалья и из Соловецкого лагеря особого назначения. 1934—1937
  • Оро
  • Завещание моим детям: Анне, Василию и Кириллу, и Олечке — на случай моей смерти
Комментарии и примечания

СВЕТ ФАВОРСКИЙ

Павел Флоренский глазами его современников
  • Андрей Белый. Начало века. Глава III. Разнобой. «Аяксы» (1930-1933)
  • В. В. Розанов. Густая книга
  • Е.Н. Трубецкой. Свет Фаворский и преображение ума
  • С.И. Огнева. Отрывок из «Воспоминаний»
  • С.И. Булгаков. Священник о. Павел Флоренский
  • А. Ф. Лосев. Вспоминая о. Павла Флоренского
  • П. В. Флоренский. Реакция современников на «Мнимости в геометрии»
Комментарии и примечания

ПОЭТИКА СУДЬБЫ

Возвращение священника Павла Флоренского
  • В.А. Шапошников. «Математика для меня — это ключ к мировоззрению»
  • Т.А. Шутова. Сокрытое чудо: Святая тайна Лавры
  • А. И. Олексенко. О символах лагерных писем о. Павла Флоренского
  • Нина М. Каухчишвили. Последнее сочинение
  • П.А. Флоренского «Оро»: Поэтика судьбы
  • О. И. Генисаретский. Ремесло жизни: техническая изощренность и софийное изящество в антроподицеи свящ. Павла Флоренского
  • Митрополит Филарет (Вахромеев). Священник Павел Флоренский
  • Кардинал Томаш Шпидлик. Дышать обоими легкими
  • Священник Милан Жует. Опыт Христа, единство жизни и богословия Флоренского 
  • Митрополит Кирилл. Значение отца Павла Флоренского для религиозного возрождения на постсоветском пространстве
Комментарии и примечания
Библиография
 

Павел Александрович Флоренский - Диалог со временем - Свет Фаворский - Поэтика судьбы - Перо и крест священника Павла Флоренского

 
В истории каждого народа есть имена, ставшие символом национального самосознания, вехами культуры, на которые народ ориентируется, по которым сверяет часы своего развития. Когда в России говорят о квинтэссенции литературы, наиболее полно выражающей «русский дух», то принято определение «Пушкин — наше все». Известный литературовед П.В. Палиевский даже определил вектор развития русской литературы — не от Пушкина, а к Пушкину, предполагая не только формальные параметры развития, но и нравственные. О «нашем все» мы знаем если не все, то очень многое. Наряду с цитатами из произведений Пушкина, которые вошли в нашу плоть и кровь, мы по дням и чуть ли не по часам знаем обстоятельства его жизни, его друзей и недругов. Нам это важно не только для того, чтобы воссоздать «энциклопедию XIX века», атмосферу пушкинского времени, названного позже Золотым веком русской культуры, но и для того, чтобы познать те пути, по которым возможно становление или, лучше сказать, восстановление нашей культуры, чтобы познать самих себя. Античная традиция начинает историю с века золотого, на смену которому пришел век серебряный, а потом века бронзовый и железный, оставшиеся в научной периодизации древности.
 
По аналогии с Золотым выделяют и Серебряный век русской культуры — блистательное начало века XX, — подрубленный под корень головокружительными виражами русской истории. Но насельники Серебряного века вкладывали в его имя еще один смысл. Они называли «серебряной пылью» кокаин, модный наркотик, уводивший в иные миры декадентствующих, что в переводе значит «падающих». Это был и век духовных заблуждений и трагических ошибок великого народа, поверившего в иллюзию создания царства свободы и равенства в одной отдельно взятой стране. В то же время период этот славен созвездием имен в науке, литературе, искусстве. Многие звезды, свет которых доходит до нас post mortem, мы открываем только теперь.
 
Есть ли фигура, грани творчества которой отражали бы разнообразие и трагические противоречия того времени, фигура, могущая стать его символом и подтвердившая и жизнью, и идеалом, и судьбой как свою личную правоту, так и истинность судьбы своей родины? Возможно ли указать на «наше все» времени бурного расцвета и, как казалось, пика развития культуры Третьего Рима нам, потомкам, имеющим возможность узреть ретроспективно то, к чему мы могли бы развиваться и куда устремляться? Если поставить вопрос так, то поиски символа эпохи неизбежно приведут нас к имени того, кого порой называют «русским Леонардо да Винчи». Павел Флоренский — философ, богослов, священник, ученый, инженер, педагог, принявший мученическую кончину, чья жизнь, творчество и судьба есть «энциклопедия» русского XX века, вместившего в себя, казалось бы, все, что когда-либо было в истории человеческой цивилизации. По пророчеству самого Флоренского, его труды оказались востребованы лишь полвека спустя, а мысль будет развиваться в русле его творчества, будь то философия, искусствоведение или богословие.
 
Разносторонность или, как принято говорить, следуя традиции предтечей Французской революции, энциклопедичность Флоренского, перечисление отраслей знаний и культуры, где он трудился, заслоняют главное — священник, а по судьбе — мученик. Это определяет главное: священник, тот, кто предстоит пред Богом у алтаря, а в мыслях богослов. Внимательно всматриваясь в его труды, нужно понять, что главное во всех его работах — слово о Боге. Причем сказан­ное им о Слове очень специфично. С одной стороны, в силу личных качеств, а с другой — в силу особенностей времени, когда он говорил слово о Слове. Богословствовал.
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (4 votes)
Аватар пользователя warden