Сакер - История Израиля - 1 - От зарождения сионизма до наших дней - 1807-1951

Говард М. Сакер - История Израиля - в 3 томах - Том 1 - От зарождения сионизма до наших дней - 1807-1951
История евреев
Для истории такой маленькой страны это слишком толстая книга. Однако, после того как при жизни одного поколения на Ближнем Востоке последовательно произошли четыре кризиса, чреватых серьезными последствиями, можно утверждать, что Израиль оказывает на современный мир поистине сейсмическое воздействие, и это не требует особых доказательств. Можно сказать даже, что евреи— независимо от наличия у них государства — и в древности, и в наше время постоянно и самым существенным образом влияли на организованное общество. Как ни парадоксально, теоретики сионизма рассчитывали на то, что возрождение государственности в Эрец-Исраэль наконец-то избавит еврейский народ от этого уникального и тяжкого свойства,—ведь сионисты (если не иметь в виду сионистов религиозных) вдохновлялись не столько идеей особой миссии, сколько стремлением к норме. Дальше мы сможем проанализировать неоднозначные результаты их деятельности.
 
Хотя книга предназначена в основном для студентов и для широкого круга читателей, хочу надеяться, что подробное рассмотрение некоторых проблем, относящихся к Ближнему Востоку в целом, окажется полезным и для специалистов-историков.
 

Говард М. Сакер - История Израиля - в 3 томах - Том 1 - От зарождения сионизма до наших дней - 1807-1951

Перевод с английского Виктора Гопмана / Говард Морли Сакер — М: Книжники; Текст; 2011 — (История евреев)
ISBN 978-5-9953-0124-0 ("Книжники")
ISBN 978-5-7516-0972-6 ("Текст")
Том 1 : От зарождениения сионизма до наших дней : 1807-1951. — 2011. — 636[4] с.
ISBN 978-5-9953-0125-7 ("Книжники")
ISBN 978-5-7516-0973-3 ("Текст")
Howard M.Sachar
A History of Israel
From the Rise of Zionism to Our Time
Volume I
 

Говард М. Сакер - История Израиля - в 3 томах - Том 1 - От зарождения сионизма до наших дней - 1807-1951 - Содержание

Предисловие
Глава I. Рост еврейского национализма
  • Аккультурация и историческая память
  • Предшественники сионизма
  • Европейский национализм и перемены в России
  • Палестина как прибежище и возможность возрождения
  • Ховевей Цион
Глава II. Возвращение начинается
  • Связь с землей
  • Палестина и европейская мысль
  • Старый ишув
  • Старый ишув пробуждается
  • Первая алия
  • "Известный благотворитель"
  • Плацдарм расширяется
Глава III. Герцль и возникновение политического сионизма
  • Безукоризненный европеец
  • "Еврейское государство"
  • От теории к практике. Сионистский конгресс
  • Кайзер и султан
  • Британский вариант
  • Ахад fa-Ам, "восточники" и Демократическая фракция
  • Последнее дипломатическое усилие и "Угандийский кризис"
  • Герцль: подведение итогов
Глава IV. Развитие ишува
  • Сионизм после Герцля
  • Становление сионистских партий
  • Социалистический сионизм
  • Вторая алия
  • "Завоевание труда"
  • Коллективные поселения
  • Союз стражников
  • Торжество иврита
  • Борьба ишува за политическое самоутверждение
Глава V. Декларация Бальфура
  • Палестинские евреи и война
  • Ближний Восток и военная политика Великобритании
  • Истоки англо-сионистского альянса
  • Неоценимое посредничество
  • Qui pro guo дружбы с евреями
  • Рождение декларации
  • Еврейский легион и освобождение ишува
Глава VI. Установление мандата
  • Определение границ
  • Преждевременные надежды в Святой земле
  • Упразднение военной администрации и перетолкование мандата
  • "Конституция" мандата
  • Функционирование мандата
  • Начатки самоуправления
Глава VII. Создание еврейского национального очага
  • Возрождение Сионистской организации
  • Позиции американских сионистов.
  • Борьба за землю и источники финансирования
  • Иммиграция и идеология
  • Новая утопия на земле
  • Голоса халуцим
  • Рост городского населения. Борьба за рабочее единство
  • Создание Еврейского агентства
Глава VIII. Истоки арабско-еврейской конфронтации
  • Арабы и евреи в домандатный период
  • Палестинские арабы
  • Отсутствие дальновидности. Новые проявления насилия
  • Последствия беспорядков
  • Неопределенность целей
  • Ответ ревизионистов
  • Пятая алия. Рост капиталистического сектора
  • Обострение политической борьбы в сионистском движении . .
Глава IX. Отступничество Великобритании
  • Вмешательство стран Оси
  • Накануне арабского восстания
  • Арабское восстание начинается
  • Комиссия Пиля
  • Доклад Пиля и общественное мнение
  • Колебания в связи с разделом
  • Возобновление арабского восстания
  • Укрепление еврейской самообороны
  • Великобритания отказывается от раздела Палестины
  • Лондонская конференция за круглым столом
  • Белая книга 1939 года
Глава X. Палестина во Второй мировой войне
  • Успехи и неудачи англичан
  • Единственный союзник
  • Трагедия и спасение
  • Сионисты и Англия
  • Усиление боевого духа в ишуве
Глава XI. Ишув против мандата
  • Послевоенная ситуация: позиции евреев и англичан
  • США и проблемы беженцев
  • Объединенная англо-американская комиссия
  • Усиление еврейского экстремизма
  • Нелегальная иммиграция
  • Последняя попытка англичан:план Моррисона—Грэйди и лондонские переговоры
Глава XII. Рождение Государства Израиль
  • Палестинский вопрос на повестке дня ООН
  • Доклады специальной комиссии ООН
  • США делают выбор
  • Голосование в ООН
  • Реакция на раздел
  • Раздел под угрозой
  • Евреи ускоряют развитие событий
  • Рождение Израиля
Глава XIII. Война за независимость
  • Арабские государства готовятся к вторжению
  • Евреи противостоят вторжению
  • Израиль сохраняет равновесие сил
  • Битва за Иерусалим
  • Первое перемирие
  • Территориальные и демографические изменения
  • Предложение Бернадота
  • Битва за Негев
  • Последняя кампания палестинской войны
  • Переговоры о перемирии
  • Глава XIV. Развитие израильской государственности
  • Основы системы государственного управления
  • Законодательная и исполнительная власть
  • Двуглавая судебная власть
  • Кризис израильской демократии
  • Общинная структура в иностранном государстве
Глава XV. Возвращение в страну отцов и борьба за экономическое выживание
  • Двери распахнуты
  • Иммиграция из стран Востока
  • Шок абсорбции
  • Усилия по расселению репатриантов
  • и обеспечению их продуктами питания
  • Кризис израильской экономики
  • Роль общественного сектора
  • Возобновление процесса репатриации, корни социального кризиса
  • Североафриканская болезнь
  • Оживление экономики
Глава XVI. В поисках мира и безопасности
  • Сущность израильской внешней политики
  • Палестинская комиссия по примирению (ПКП), статус Иерусалима
  • Арабские беженцы: судьба оставленной собственности
  • Арабские беженцы: репатриация или переселение
  • Вспышки приграничного насилия
  • Демилитаризованные зоны и отряды федаинов
  • Движущие силы арабской воинственности
  • Причины арабской воинственности
  • Израиль смотрит на Запад
  • В поисках дружбы с СССР
  • Кризис совести: договоренность с Германией
  • Люксембургское соглашение и Шилумим
  • Некоторые итоги

Говард М. Сакер - История Израиля - в 3 томах - Том 1 - От зарождения сионизма до наших дней - 1807-1951 - Рост еврейского национализма - Аккультурация и историческая память

 
9 февраля 1807 г. почетный караул французских гренадеров, отбивая барабанную дробь, выстроился перед входом в парижский Отель де Билль. Затем туда проследовала процессия в составе семидесяти одного человека. Собравшиеся заняли места в нарядно украшенном банкетном зале. Бородатый раввин в темной одежде, подобающей его званию, постучал председательским молотком, призывая присутствующих к порядку. В зале были одни евреи. Они собрались для участия в Синедрионе[1], названном так в честь верховного органа власти у евреев в Эрец-Исраэль в период римского господства. Синедрион был ликвидирован римлянами в 425-426 гг., однако теперь — к изумлению французов, да и самих евреев — он возродился, повинуясь повелению Наполеона Бонапарта. Согласно желанию императора евреи Франции, которым всего за пятнадцать лет до этого было даровано равноправие, должны были принять на себя гражданские обязанности в ходе официальной церемонии — насколько это допускала еврейская традиция.
 
Примерно 30 тыс. французских евреев в сентябре 1791 г. было предоставлено равноправие, однако это едва ли объяснялось их популярностью в христианской Франции. Скорее, роль определяющего фактора сыграл безграничный рационализм французов, уже приведший к падению ancien regime (старого режима),— казалось, окончательное торжество справедливости возможно лишь в том случае, если будут уравнены в правах все жители страны без исключения. Так или иначе, революционная власть и ее наследник Наполеон отдавали себе отчет в том, что Франция не сумеет удержаться в числе великих держав, если смирится с пережитками сословной и групповой замкнутости, в том числе с "геттообразной" автономией еврейства. Нельзя было пренебречь и внушительными дивидендами, которые должны были принести ничем не ограниченное движение еврейского капитала и более свободное предпринимательство. Похоже, Наполеон сознавал всю выгоду установления равноправия,— потому и распространил его действие на евреев, населявших завоеванные им земли в Западной и Центральной Европе. Взамен он ожидал от евреев определенных проявлений преданности. Наполеон требовал однозначных заверений в том, что раввинская юрисдикция[2] ушла в прошлое, что евреи раз и навсегда отказываются от идеи национальной обособленности, корпоративного статуса и, не в последнюю очередь, — от своей традиционной надежды на национальное возрождение в Палестине. Император французов получил должные заверения. Благодарные за честь, оказанную их религиозным чувствам, члены воскрешенного Синедриона подтвердили, что жизнь их общины будет согласована с общей государственной жизнью. Более того, они официально заявили, что отныне раввинские законы будут применяться исключительно к вопросам религиозной традиции и практики, и выразили свою политическую лояльность по отношению к Франции. Французские евреи, по утверждению Синедриона, "более не составляют нации" и раз и навсегда отказываются от мечты о массовом исходе на родину предков — в Эрец-Исраэль. Ясно было, что этим обязательствам суждено оказать существенное влияние на жизнь еврейства и что оно не ограничится пределами одной Франции. Хотя евреи Западной Европы, освобожденные революцией, наполеоновскими армиями и вынужденными к этому под давлением французов другими государствами, и составляли в 1807 г. не более полумиллиона человек (а полвека спустя — около 750 тыс.), — они были "аристократией" еврейства. К середине столетия они укрепили те права, которые были дарованы им в республиканско-наполеоновскую эпоху, и могли теперь строить дома, путешествовать, заниматься предпринимательством и ремеслами по собственному выбору. Втайне они были убеждены, что достигли равенства в основном благодаря собственным усилиям, а не терпимости христиан. Верные историческому решению Синедриона, евреи показали себя достойными товарищами по оружию, преданными общему делу гражданами и хорошими переводчиками с одного языка на другой.
 
Более того, чтобы удержать полученные гражданские свободы, западные евреи как в Соединенных Штатах, так и в Европе стремились усвоить складывавшееся на протяжении XIX века представление, что преданность национальному государству несовместима с культурным плюрализмом. Все большее число их опускало в своих религиозных ритуалах традиционные упоминания Сиона, все чаще говорили они о пришествии Мессии[3] не столько в смысле возвращения в Эрец-Исраэль, сколько в контексте мистического "конца дней" и эры "всеобщего братства". В конечном счете представление о будущем еврейских общин, сформулированное Синедрионом, заложило основу мышления для немцев, французов и американцев "Моисеева вероисповедания" — для тех, кто стремился не отличаться от окружающих христиан. Таким образом, основной результат решений, принятых Синедрионом в начале xix в., состоял не в отказе от еврейской корпоративной автономии и ностальгической тоски по Сиону, а во все возрастающем стремлении западных евреев отказаться от их исторически сложившегося уклада жизни во всех его главных аспектах, в частности этническом и культурном.
 
Эта тенденция к эмансипации и включению в окружающую культуру разительно отличалась от модели развития трехмиллионного еврейского населения Восточной Европы (к 1850 г. оно составляло почти три четверти мирового еврейства). Больше всего "восточников" проживало в России (около 4% всего населения империи), и там они были самым презираемым и угнетенным из национальных меньшинств. Царское правительство, так же как и невежественное, по большей части неграмотное крестьянство, рассматривало евреев в рамках средневекового стереотипа — как христопродавцев, отравителей колодцев или, в лучшем случае, как ростовщиков и паразитов-посредников. Подход государства к этим незваным иноверцам, "унаследованным" Россией в результате разделов Польши в XVIII в.,[4] заключался в том, чтобы отгородить их от основной части страны чертой оседлости, в которую преимущественно входили недавно присоединенные западные губернии. Фактически евреи проживали в одном огромном гетто, но и там их вытесняли из пограничных городов, ограничивали в профессиональных занятиях, стремились не допустить к участию в органах местного самоуправления. При Николае I (1825-1855 гг.), деспотичном самодержце, процарствовавшем до середины столетия, было уничтожено еврейское местное самоуправление, а в армии и в государственных школах еврейских детей почти неприкрыто склоняли к переходу в христианство. Как ни парадоксально, все эти усилия царизма, направленные на слияние евреев с христианским большинством, дали обратный эффект. Насильно замкнутые в собственной среде, сознательно изолированные от окружающих христиан, русские евреи сохранили неколебимую этноцентричность и упрямо, ничем не поступаясь, придерживались своих религиозных и общинных традиций, кашрута[5], иудейской веры и языка идиш.
Среди самых замечательных черт культурного наследия русских евреев, бесспорно, было сохранение памяти о родине предков, об утраченном и оплакиваемом Сионе, ставшем святыней в их ритуале и фольклоре. Знаменательно то, что на протяжении столетий еврейского рассеяния — и вплоть до современности — Сион в не меньшей степени, чем Бог, является доминантой в еврейском религиозном и общественном сознании. Раввинская литература и мндраши[6], молитвенники, средневековые литературные трактаты отражают непреходящее и всеобщее устремление к Святой земле. Поэты, философы, мистики, литургисты в Испании, Северной Африке и Европе традиционно соперничали друг с другом в стремлении выразить тоску народа Израиля по утраченной национальной колыбели. Правда, на Западе память о Сионе в XIX в., несомненно, поблекла и, более того, сознательно изгонялась секуляристами и реформистами. Однако для русских евреев, изолированных в черте оседлости и прочно связанных с накопленными за столетия священными книгами, Святая земля являлась отнюдь не отвлеченной идиллией, упоминаемой в колыбельных песнях и в беседах за общим столом. Память об утрате оставалась незаживающей раной. В девятый день еврейского месяца ав, когда отмечается разрушение Храма Шломо[7], восточноевропейские евреи постились и скорбели так, словно были непосредственными свидетелями и жертвами этой древней катастрофы. Трижды в день молились они о восстановлении Иерусалима. Их молитвы о дожде и урожае были составлены так, что на ум приходила не скованная льдами Россия, а субтропическая Святая земля. Все еврейские праздники — Песах, Ханука, Суккот, Шавуот[8]— воскрешали в памяти покинутый национальный очаг. Однако, несмотря на это, евреи черты оседлости противостояли всем попыткам "поторопить события". В XVII и XVIII вв. они уже не раз сталкивались с эксцессами, связанными с появлением и ересями различных лжемессий. Мессианство скорее преобразовалось в ожидание той прекрасной эры, которая одна и может служить знаком окончательного возрождения Эрец-Исраэль. "Тебе никогда не удастся приблизить приход Машиаха,— предупреждал престарелый раввин молодого Хаима Вейцмана[9]. — Человек должен многое сделать, многому научиться, многое узнать, чтобы стать достойным этого". И все же в народной памяти восточноевропейского еврейства жило не абстрактное представление западных евреев о всеобщем братстве, а, скорее, мистическое видение того, как еврейский народ возвращается в реально возрожденный Сион.



[1] Синедрион — верховный орган политической, религиозной и юридической власти у евреев до 70 г. н. э. в Иерусалиме, а после разрушения Иерусалима — в Явне. После подавления восстания Бар-Кохбы — в различных городах Палестины. Состоял из 71 члена.
[2]Раввинское судопроизводство — в Новейшее время раввинские суды, рассматривающие религиозные дела частного (развод, бракосочетание и т. п.) и административного характера. В средневековых еврейских общинах раввинские суды были оплотом национальной автономии; членам общины запрещалось в случае внутренних конфликтов обращаться в нееврейский суд. Раввинские суды в разных странах придерживались общих основ талмудического законодательства. На основе судебных решений, принятых на протяжении веков по различным вопросам, сложилась огромная литература, способствующая развитию еврейского права. В Новое время, вследствие эмансипации, евреи все чаще стали обращаться к государственным судам.
[3] Мессия (Машиах, буквально "помазанник"), согласно религиозным представлениям иудаизма,— идеальный царь, потомок Давида, который будет послан Богом, чтобы осуществить избавление народа Израиля. Идея Мессии выражает веру пророков Израиля в наступление времени, когда сильный духом вождь, обладающий земной властью, принесет полное политическое и духовное освобождение народу Израиля и его земле, а также мир, благоденствие и моральное совершенство всему роду человеческому.
[4] В 1772 г. Россия, Пруссия и Австрия осуществили первый раздел Польши; в 1793 г-Россия и Пруссия — второй раздел; в 1795 г- Россия, Пруссия и Австрия — третий раздел. К России были присоединены территории с большим количеством проживавших там евреев. Приводятся разные данные об их численности. Видимо, число евреев на территориях, присоединенных к России, составляло 600-800 тыс. человек.
[5] Кашрут —дозволенность или пригодность с точки зрения Галахн. Понятие кашрута относится к широкому кругу юридических и ритуальных проблем, от правомочности свидетелей до ритуальной пригодности предметов культа, тканей, посуды. В обиходе термин кашрут чаще всего связан с вопросами пригодности пищи к употреблению.
[6] Мидраш — "рассуждение", "толкование"; метод изучения Писания, основанный на восприятии библейского текста как единого целого, имеющего множество смысловых уровней, а также литературный жанр, основанный на этом методе. Развивался на протяжении более чем тысячелетнего периода, вплоть до позднего Средневековья.
[7] Храм — религиозный центр евреев, построен в Иерусалиме царем Шломо в середине х в. до н. -о. и разрушен вавилонскими войсками в 586 г. до н. э. Второй храм был восстановлен в 516 г. до н. :-). Храм был перестроен и значительно расширен во время правления Ирода I. Разрушен римлянами в 70 г. н. э.
[8] Песах—праздник, увековечивающий память об исходе евреев из Египта (хш в. до н. э.) и избавлении их от рабства.
Ханука — праздник в память о чуде при освящении Иерусалимского храма после победы Маккавеев, возглавивших восстание против греческого владычества (167 г. до н. э.). В 164 г. до н. э. Иерусалим был освобожден; одного сосуда с освященным маслом хватило для светильников Храма на неделю. Победа Маккавеев привела к созданию независимого Иудейского царства.
Суккоуп — праздник в память о сорокалетнем странствии евреев по пустыне после исхода из Египта. В Суккот строятся шалаши-сук/си, напоминающие о том, что евреи жили в пустыне в шалашах.
Шавуот — праздник в память о даровании Торы на горе Синай.
[9] Вейцман Хаим (1874-1952)—один из лидеров сионистского движения, президент Всемирной сионистской организации (1920-1931 гг.; 1935-1946 гг.), первый президент Израиля; крупный ученый-химик.
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя ElectroVenik