Дмитриев - Упрямый Галилей
История науки
Настоящая монография является продолжением моей книги «Увещание Галилея» (СПб.: Нестор—История, 2006). Чтобы не затруднять читателя поиском издания, вышедшего в 2006 году тиражом 500 экземпляров и уже практически полностью разошедшегося, я начал с краткого изложения некоторых фрагментов той работы, поскольку, не удерживая в памяти информацию о событиях 1610—1616 годов, трудно понять многое из того, что произошло в жизни Галилея в начале 1630-х. Вместе с тем эта вводная часть книги была существенно дополнена новым материалом.
Игорь Дмитриев - Упрямый Галилей
М.: Новое литературное обозрение, 2015. — 848 с: ил. (Серия «История науки»)
ISBN 978-5-4448-0238-0
Игорь Дмитриев - Упрямый Галилей - Содержание
УВЕЩАНИЕ ГАЛИЛЕЯ
- Звездный вестник в театре теней
- Римские каникулы
- Тревоги библиократии
- «Голубиная лига», Или искусство теологического доноса
- Зоркие глаза Святой веры
- Римское эхоТридента
- Физика священного текста
- Рабы высокой доли
- Утешение Галилея
- Figlio Diletto
Часть I IMPRIMATUR
- Введение, Или о божественном всемогуществе
- Римские хлопоты
- Дело Моранди
- Падре Мостро
- Игра в бисер по-научному
- Гнев его Святейшества
- Призрак атомизма, Или откровения монокулярного зрения
- Падре Инхофер
- Долгая дорога в Рим
- «Трибунал сохранит свою репутацию»
- Последний допрос
- Приговор и отречение
- «Tractatus Syllepticus». Теологическое оправдание приговора
- «Prodromus». Натурфилософское оправдание приговора
Часть II АНТИПОД, ИЛИ ИСТИНА, «ВЫБРАННАЯ ПО ЖЕЛАНИЮ»
- «Комбинируя физику и математику»
- Комедия ошибок
- «Я их все отрицаю»
- «Я решил искать другие истины»
- Мир без чудес
- Brave New World
- Геометризованное ясномыслие
- Больше ясности — больше неопределенности
- Превратности метода
- Необыкновенные приключения теннисного мячика
- Рационализованный гелиоцентризм
- Эпилог
«ЗОЛОТОЕ КЛЕЙМО НЕУДАЧИ»
- Гробница в Санта-Кроче
- Процесс над Галилеем в системе контекстов
Игорь Дмитриев - Упрямый Галилей - Предисловие
Первый урок, который дает эта работа философии, таков: метафизические, а может быть, и глубже расположенные корни новоевропейской физики обнаруживаются не столько в системах, сколько в деталях, в сугубо исторических подробностях дела. Заглядывая в частную переписку, ломая голову над схоластическими определениями и астрономическими расчетами, вчитываясь в доносы, в протоколы и вердикты заседаний Конгрегации святой инквизиции, испытываешь интеллектуальное наслаждение, потому что за спорами, склоками и интригами удается уловить внутреннюю жизнь мысли, а не только людей.
Поневоле вспоминаешь характеристику, которую дал Борис Пастернак марбургской школе неокантианцев: «...школа обращалась к первоисточникам, т.е. к подлинным распискам мысли, оставленным ею в истории науки. <...> Марбургскую школу интересовало, как думает наука в ее двадцатипятивековом непрекращающемся авторстве, у горячих начал и исходов мировых открытий. <...> Школа не говорила о стадиях мирового духа, а, предположим, о почтовой переписке семьи Бернулли, но при этом она знала, что всякая мысль, сколь угодно отдаленного времени, застигнутая на месте и за делом, должна полностью допускать нашу логическую комментацию».
Комментарии
Пока нет комментариев. Будьте первым!