Райт Николас Томас - Апостол Павел и верность Бога - Том 3

Многотомная эпопея по библеистике Нового Завета Николаса Томаса Райта - Истоки христианства и вопрос о Боге

 

Пер. с англ. Натальи Холмогоровой - Черкассы: Коллоквиум, 2019 - 440 с.

ISBN 978-966-8957-72-7

• 12 ЛЕВ И ОРЕЛ: ПАВЕЛ В ИМПЕРИИ КЕСАРЯ
  • 1. ВВЕДЕНИЕ
  • 2. МИРОВОЗЗРЕНИЕ И БОГОСЛОВИЕ ПАВЛА В РИМСКОЙ ИМПЕРИИ
  • 3. ИИСУС - Господь, ПОЭТОМУ...
    • (i) Правители и их участь
    • (ii) Апокалиптическая и политическая победа Бога
    • (iii) «Восстал владеть народами»
  • 4. ПАВЕЛ И КЕСАРЬ: ЗАКЛЮЧЕНИЕ
• 13 ИНОЕ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ: ПАВЕЛ И РЕЛИГИЯ
  • 1. ВВЕДЕНИЕ
  • 2. ПАВЕЛ СРЕДИ РЕЛИГИЙ
    • (i) Введение
    • (ii) Крещение: новый исход в Иисусе
    • (iii) Живое жертвоприношение
    • (iv) Преломление хлеба
    • (v) Молитва
    • (vi) Различение пути
  • 3. ПАВЕЛ И РЕЛИГИЯ: ЗАКЛЮЧЕНИЕ
• 14. БЕЗУМИЕ БОГА: ПАВЕЛ СРЕДИ ФИЛОСОФОВ
  • 1. ВВЕДЕНИЕ
  • 2. ВОПРОСЫ ПАВЛА К ФИЛОСОФАМ
    • (i) Введение
    • (ii) Логика и эпистемология
    • (iii) «Что все это такое»: замечания Павла о физике (iv) Этика
  • 3. ПАВЕЛ И СТОИКИ ГЛАЗАМИ СОВРЕМЕННЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ
    • (i) Введение
    • (ii) Энгберг-Педерсен и его Павел-стоик
    • (a) Введение в проблему
    • (b) Критика
  • 4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
• 15. ПАВЕЛ И ЕГО ИУДЕЙСКИЙ КОНТЕКСТ
  • 1. ВВЕДЕНИЕ
  • 2. ОБРАЩЕНИЕ, ПРИЗЫВ, ПРЕОБРАЖЕНИЕ?
  • 3. ПАВЕЛ И ИУДАИЗМ
    • (i) Введение
    • (ii) «С иудеями как иудей»?
    • (iii) Третий род
  • 4. ПАВЕЛ И ИЗРАИЛЬСКИЕ ПИСАНИЯ
    • (i) Введение
    • (ii) Герменевтика, вера и верность Бога
  • 5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
• 16.   ПРИЗНАКИ НОВОГО ТВОРЕНИЯ: ЦЕЛИ И ДОСТИЖЕНИЯ ПАВЛА
  • 1. ВВЕДЕНИЕ
  • 2. ТРЕХМЕРНЫЙ ПАВЕЛ: СЛУЖЕНИЕ ПРИМИРЕНИЯ
  • 3. ОБЪЕДИНЕНИЕ И ПРИМИРЕНИЕ
  • 4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: МАННА НЕБЕСНАЯ

 

 

Вся жизнь и деятельность Павла прошли на землях, принадлежащих кесарю. Все свои послания он писал людям, жившим под властью кесаря, плативших кесарю налоги; людям, начальства и власти которых не пере­ставали твердить им, какое счастье жить под покровительством кесарей, принесших в их края мир и процветание. Сам он говорил, что давно хотел побывать в Риме, столице кесаря; если верить Деяниям, в конце концов Павел туда отправился, но как арестант, под охраной солдат кесаря, чтобы кесарь лично рассмотрел его дело. Можно ли сказать, что кесарь для Павла не имел значения? Едва ли. Но было ли это значение лишь вопросом внеш­них обстоятельств или имело и какой-то внутренний смысл?

 

Можно сказать, что для христианства на Западе в XX веке большое зна­чение имело изобретение асфальта и двигателя внутреннего сгорания: ведь благодаря этим изобретениям священники теперь и в церковь на службу, и домой к прихожанам, и даже на богословские курсы ездят на автомобилях! Но, если бы священники пришли к выводу, что своими выхлопами авто­мобили засоряют атмосферу, что асфальтовые дороги уродуют ландшафт и уничтожают естественную экосферу Земли, и что благая весть об Иисусе требует от христиан начать кампанию против машин и дорог - это имело бы большое значение совсем в ином, куда более глубоком смысле.

 

Так какое же значение имел для Павла кесарь? Быть может, мир кесаря был для Павла лишь декорацией, ландшафтом, по которому путешествовал Павел, рассказывая об Иисусе всем желающим послушать? Или же для его проповеди, для созданных им общин, для мировоззрения, которое Павел им внушал, кесарь и Рим обладали хотя бы скрытым значением второго рода? А может быть, верно и то, и другое? Как мы уже отмечали, волна ув­леченных римских исследований, захлестнувшая ученых-новозаветников в 1990-е годы, сейчас, пожалуй, уже идет на убыль, как часто случается с модами и увлечениями научного мира; на смену энтузиазму приходит потребность в трезвой оценке. Что это было - случайный всплеск или предвестие мощного прилива?

Несомненно, до недавних пор ученые предпочитали подходить к возможным взаимоотношениям между благовестием Павла и миром кесаря совсем иначе. В ранние дни истории религий высказывались предположе­ния, что Павел употреблял выражения «Сын Божий» и (несколько раз) «Спаситель», а также «благовествование» именно потому, что понятия эти были хорошо знакомы его слушателям благодаря культам кесаря, распро­странившимся по всему Средиземноморью, и особенно по восточным провинциям, где Павел путешествовал и проповедовал. Согласно этой те­ории, Павел быстро оставил все иудейские категории, как непонятные и неинтересные его языческим слушателям, и начал использовать такие темы и идеи, которые делали Иисуса понятным для язычников. Иные и сейчас полагают, что любое предположение о значимости Рима, любое пересече­ние смыслов между проповедью Павла об Иисусе и лексикой поклонения кесарю означает лишь одно - вторичность подобного рода. Однако, как писал я уже не раз, вторичность и противостояние - совершенно разные вещи. К третьему тому книги, кажется, должно быть ясно: ни на минуту я не предполагаю, что проповедь Павла об Иисусе в каком-либо смысле зависела от народного поклонения кесарю или иным богам и господам, которым поклонялись окружающие язычники и о которых мы поговорим в следующей главе. Говоря о вторичности, необходимо ясно понимать: все основные идеи Павла исходят из родного ему иудейского мира, радикально переосмысленного вокруг распятого и воскресшего Мессии и дарованного Духа. Однако это оставляет открытым вопрос о том, не изменял ли Павел порой сознательно свой язык и выражения так, чтобы противопоставить требованиям народной языческой культуры свои, совсем иные требования.

 

Райт - Апостол Павел и верность Бога - в 3-х томах - Том 1