Янг – Ева

Уильям Пол Янг – Ева
На протяжении многих веков в разделе устной Торы под названием Мидраш высказывались самые разные предположения о том, какой именно плод явился причиной грехопадения. Но интересно вот что – и в Библии, и в традиции Мидраш встречается название одного плода. И это не яблоко, а фига. Мне кажется, что плоды фигового дерева символизируют определенный разлом в истории и судьбе человечества. Вы, вероятно, помните, что в Новом Завете Иисус проклинает фиговое дерево, а также то, что именно из его листьев Адам и Ева сделали свои первые одежды?
 
Съедая яблоко, мы не глотаем его косточек. Однако когда едим фигу, неизбежно проглатываем мелкие семена. И тогда этот символический разрыв становится частью нас самих. Вот этот момент мне кажется очень важным.
 

Уильям Пол Янг – Ева

Москва, Эксмо, Домино 2017 г. – 320 с.
ISBN 978-5-699-95427-8
 

Уильям Пол Янг – Ева - Содержание

  • Глава 1 Находка
  • Глава 2 Начало Всех Начал
  • Глава 3 Лили и змея
  • Глава 4 Секреты
  • Глава 5 Райский сад
  • Глава 6 Невидимые
  • Глава 7 Гости
  • Глава 8 Подарок
  • Глава 9 Тень
  • Глава 10 Спуск
  • Глава 11 Подземелье
  • Глава 12 Шесть дней
  • Глава 13 Рождение Евы
  • Глава 14 Тайны контейнера
  • Глава 15 Лилит
  • Глава 16 Грехопадение
  • Глава 17 Сожаление
  • Глава 18 Лицом к лицу
  • Глава 19 Троица
  • Глава 20 Начало конца
Стихотворение, написанное Лили
Примечания автора
Благодарности
 

Уильям Пол Янг – Ева - Глава 1 Находка

 
Джон Коллекционер сидел, облокотившись спиной о ствол дерева. Голыми пальцами ног он ощущал прохладный прибрежный песок и смотрел на океан. Вставало солнце, и океан был прекрасен, как тихая, произнесенная про себя молитва. Курчавая от волн поверхность воды уходила к горизонту, где сливалась с безоблачным серебристо-белым небом.
Вдруг в соленом морском воздухе появился аромат эвкалипта, мирры и цветов абиссинской хагении. Джон улыбнулся. Он знал, что эти запахи всегда предшествуют ее появлению. Он поборол желание вскочить на ноги, лишь подвинулся, чтобы ей было куда сесть, опустил голову и сделал глубокий вдох. Он давно ее не видел.
Высокая женщина с черным, как воронье крыло, цветом кожи молча приняла приглашение и села рядом. Она подняла руку и потрепала его седеющие черные волосы с нежностью, на какую способна только мать, ласкающая своего ребенка. Нежность ее прикосновения сладостной волной пробежала по его телу, он почувствовал умиротворение, и его плечи распрямились, словно с них сняли тяжелую ношу, о которой он и сам не подозревал.
 
Он мог бы долго греться в лучах ее присутствия, но она никогда не появлялась просто так, а только по делу. Джон всеми силами пытался сдержать свое любопытство и наслаждался умиротворением, которое всегда испытывал от ее близости.
– Мать Ева? – произнес он через некоторое время.
– Джон?
Он не смотрел на нее, но чувствовал, что она улыбается. Эта женщина была стара как мир и все же излучала непосредственность и радость, свойственные только детям. Она поцеловала его в макушку.
– Прошлый раз мы встречались здесь… – начала она.
– …ровно сто лет назад, – закончил Джон и продолжил: – Я признателен за то, что своим появлением ты почтила меня и отдала дань этой круглой дате.
– Да, сто лет в любом из миров – это небольшой, но все же повод для торжества. Впрочем, я здесь не только по этому поводу.
Он поднялся и стряхнул с одежды песок, после чего протянул руку Еве, чтобы помочь ей встать. Она приняла протянутую ей руку, но встала без его помощи. Ее лицо, этот шедевр бесконечной радости и горя, украшали морщины прожитых лет, которым нет числа, а вокруг головы густые белоснежные волосы сложились в виде нимба или королевской короны. Ее кожа была гладкой и ровной, как у ребенка, и светилась, а темные глаза горели, как яркие звезды.
Она увидела, что с языка Джона готовы сорваться десятки вопросов, и остановила его, подняв вверх руку.
– Джон, – произнесла Ева, – один правильный вопрос стоит тысячи неправильных. Поэтому внимательно отнесись к тому, что хочешь сейчас сказать.
Он задал свой вопрос, почти не задумываясь.
– Как долго? – с тоской в голосе спросил Джон. – Как долго нам осталось ждать конца, того дня, когда наша работа будет завершена?
Он взял ее руку и приложил ладонью к своему сердцу.
– Гораздо меньше, Джон, чем когда я впервые задала себе этот самый вопрос, – ответила Ева.
Глядя в ее глаза цвета темного янтаря, он глубоко вздохнул и кивнул.
– Я пришла, чтобы передать тебе известие, Джон. Сегодня в этом мире родится мой ребенок.
 
Джон нахмурился:
– Твой ребенок?! Но, матерь Ева, разве все мы уже не являемся твоими детьми, твоими сыновьями и дочерьми?
– Да, это так, – ответила она. – Но мы всегда знали, что придут три особенные, исключительные женщины, которым суждено олицетворять весь род людской. Та, которой дадут обещание о семени, та, чье семя раздавит голову змеи, и та, что объединит в себе все семя человеческое. Мать, Дочь и Невеста. Скоро появится та, чей приход будет началом конца.
Джон был настолько поражен услышанным, что не заметил, как Ева подняла камешек и подошла к кромке прибоя. Потом он увидел, что женщины нет рядом, и тоже направился к воде. Ева подбросила камешек вверх, он описал дугу и бесшумно упал в воду.
– Джон, – сказала Ева, – в океане Вселенной всего лишь один камень, и расходящиеся от него круги в состоянии изменить все.
Джон смотрел на набегающие волны и чувствовал, как они подмывают песок из-под его ног. Все, что говорила Ева, всегда действовало на него успокаивающе, хотя очень часто оказывалось полной неожиданностью.
Сзади него раздался резкий голос:
– Ты витаешь в облаках грез, Джон.
Он повернулся. Легкий ветерок с моря играл его волосами.
Ева исчезла, но ее запах остался. Перед Джоном стояла Летти. Джон глубоко вздохнул.
– Мусорщики уже целый час пытаются с тобой связаться. Ведь во всей округе ты единственный Коллекционер…
Джон отвернулся от океана, нашел под ногами обточенный волнами плоский камень и запустил «блинчик». Камень с приятным звуком несколько раз подпрыгнул на поверхности воды. Джон и сам не понимал, почему каждый раз так радуется, когда удается запустить красивый скачущий «блинчик».
– А с чего такая спешка? – задумчиво спросил он Летти, наклонился и поднял еще один плоский камень.
Летти была старушкой ростом чуть выше метра. На ее плечах висела старая шаль, на ногах были неодинакового цвета носки и башмаки из разных пар, а в руках клюка. Ее лицо походило на яблоко, которое надолго оставили лежать на солнце: еще круглое, но морщинистое и слегка вяленое. У Летти были зоркие черные глаза, орлиный нос и рот, в котором отсутствовало большинство зубов. Ее клюка могла вполне сойти за жезл волшебника, и этой самой клюкой она указывала на Джона.
По выражению ее лица Джон понял, что произошло что-то важное, и выпустил из ладони камень.
– Летти?
 
Ее сообщение было кратким:
– Сегодня утром в воде заметили большой металлический контейнер. Его вытащили на берег и открыли. Ученые уже подтвердили, что он приплыл с Земли в реальном времени.
– Ну, такое уже неоднократно случалось, – спокойно заметил Джон.
– В контейнере оказалось двенадцать трупов. Все, кроме одного, молодых женщин.
– Боже! – выдохнул Джон.
Это слово прозвучало как молитва и восклицание одновременно.
– Судя по всему, этот контейнер использовался для транспортировки людей на большие расстояния и, скорее всего, находился на большом судне. К берегу не прибило никакого мусора, как это бывает при крушении корабля, поэтому мы пришли к выводу, что его сознательно сбросили за борт. Правда, перед этим всех находившихся в нем расстреляли. Однако у любой медали есть оборотная сторона, и в любой трагедии бывает… – Она не закончила фразы, и он расслышал в ее голове нотки волнения.
Джон повернулся и сел на песок, подтянув к подбородку колени. Ему показалось, что в свежести океанского воздуха и теплом солнечном свете уже нет радости. Она вся исчезла, ушла вместе с Евой.
Он окунулся в свою боль и почувствовал, как Летти участливо коснулась его плеча, желая успокоить.
– Джон, мы не можем позволить, чтобы болезнь темноты поразила наши сердца. Мы совершенно справедливо чувствуем негодование. Мы знаем, что в мире бывает горе. Но мы никогда не должны покидать объятий радости, пусть это и выше нашего понимания. Чувствовать то, что ты чувствуешь сейчас, – это значит жить.
Он мрачно кивнул:
– Ты сказала, что все жертвы были женщинами, за исключением одной.
– Да, среди них был один мужчина средних лет. У нас всех возникло ощущение, что он, возможно, пытался защитить девушек. Однако, чтобы понять эту историю до конца, потребуется время.
– Я не хочу видеть…
– И не увидишь. Тела перевезли в Храм Скорби для того, чтобы подготовить к преданию огню. Это произойдет завтра. А сейчас нужно сделать то, что умеешь делать только ты. Потом Мусорщики разберут контейнер, а Художники найдут способы, чтобы почтить память этих бесценных детей.
Джон закрыл глаза и поднял голову к небу. В душе он уже сожалел о том, что разговор с Евой так неожиданно прервался.
– Не медли, иди, – сказала Летти. – Тебя уже ждут.
 
 

Категории: 

Оцените работу сайта и поблагодарите за файл - поставьте лайк, кликнув по сердечку (первое - 1 балл, последнее - 10 баллов): 

Ваша оценка: Нет Average: 7.3 (3 votes)
Аватар пользователя warden