Результаты поиска: «Бог»

Книга «Искупление. Материалы второго международного симпозиума христианских философов. Ансельм Кентерберийский. Почему Бог стал человеком» — это не просто перевод знаменитого трактата Ансельма Cur Deus Homo, а целый интеллектуальный ансамбль, в котором средневековая латинская мысль вступает в живой диалог с православной традицией и современной философией...

Журнал «Скрижали. Библейский журнал. Выпуск 27 (2025)» — это не просто очередной номер академического издания, а концентрированный срез современной православной библеистики, представленной в её научной, экзегетической и философско-богословской глубине. Уже обложка — лаконичная, синяя, с древнееврейской надписью «לוחות» («Скрижали») — задаёт тон: это издание о тексте, о Законе, о Слове, но при этом о живом и осмысляемом Слове.Журнал издаётся Минской духовной академией,...

Итоги донатистского раскола в Славянском Евангельском Движении 1.      Теология “разбитой кружки” Ч. Сперджена против донатистского мышления Р. Савочки о “чистых сосудах” «Бог не действует через грешных людей и точка». (Роман Савочка) «Христос Иисус пришёл в мир спасти грешников, из которых я первый».  (Апостол Павел 1 Тим. 1:15). «Не ищите золотого ковша, чтобы напиться из Источника жизни. Даже...

...оказывается слишком упрощённой. Современная наука, с опорой на более широкий корпус источников, всё чаще говорит о том, что глубокое расхождение формируется уже в V–VI веках, и его сердцевиной становится различное понимание воплощения Бога — христология. Книга Блодо — это попытка показать, как выглядел христианский мир в момент, когда он ещё был формально един, но уже внутренне напряжён, когда центры силы ещё взаимодействовали, но уже не совпадали в понимании самого...

...другу», и по своему жанру он ближе к исповеди и духовному завещанию, чем к учебнику эзотерики. Это книга, которая пытается примирить герметическую традицию с христианством, оккультную символику с церковным сознанием, а медитацию — с богословием.Уже в аннотации (с. 10–11) подчеркивается принципиальная особенность книги: автор переосмысляет Великие Арканы Таро в контексте «эзотерического христианства». Это не синкретизм в духе «всё есть одно», а попытка показать глубинную...

...отклика» не последовало (с. 17). Только через три месяца одна пара согласилась попробовать. И даже тогда ничего не происходило до тех пор, пока они не приняли простое решение — молиться (с. 17–18). Этот поворот — один из ключевых богословских акцентов книги: успех зависит не от методики, а от молитвы и действия Святого Духа.Очень трогательны вставки-свидетельства — истории Ларри, Арлен, Нэнси (с. 11–20, 25–27). Это не теоретические примеры, а живые судьбы: страх...

...следуя рескрипту Траяна, не стремились разыскивать их специально (с. 6–7). Но уже к концу II века ситуация меняется: усиливается подозрение к «тайным обществам», возникает страх перед параллельной лояльностью — не императору, а Богу (с. 8–10). Христианин оказывается человеком «двойного гражданства»: формально подданный Рима, но реально — гражданин Царства Божия (с. 10). Эта напряжённость постепенно становится политической проблемой.Очень важен анализ Деция. Указ 250...

...во введении (с. 9–11) автор даёт литературную характеристику Книги пророка Наума как одного из самых выразительных образцов библейской поэзии. Приводятся оценки Иеронима, Лоута, Паттерсона, Меня — и становится ясно: речь идёт не просто о богословском документе, а о произведении, где поэтический язык сам является богословием.Соколов подробно анализирует текст Наум 2:2, 4–14, уделяя внимание масоретскому тексту, LXX и Таргуму (с. 8–9). Особенно интересен разбор метафоры льва...

...с XVIII века. Именно в ситуации напряжённого сосуществования секулярного и религиозного сознания возникает феномен «религиозного кризиса», который, по мысли составителей, и стал питательной почвой для религиозной философии как особого типа мышления.Очень важным мне кажется методологический раздел введения (с. 14–16), где проводится различие между богословием и религиозной философией. Богословие — это рефлексия Церкви о своём собственном опыте откровения, тогда как...

...отношение к слову как к «знаку, знамени и знамении» (ср. соответствующую главу «Поэтики»). В византийском сознании слово не просто инструмент выражения — оно событие, действие, мост между видимым и невидимым. Это мир, в котором эстетика и богословие не разделены.Особенно ярко в книге раскрыта идея символизма византийской культуры. В разделе «Образ / Символ» (с. 545 и далее) рассматриваются истоки поэтической образности византийского искусства, символика золота (с. 600), смысл...

...— «Христианство до Христа» (с. 17–26) — одна из наиболее дискуссионных. Автор стремится показать, что идеи Отца, Логоса и Единого существовали задолго до новозаветного откровения. Он проводит параллели между египетским Птахом и библейским Богом-Творцом, между герметическим Нусом и христианским Логосом, между Софией Притчей и новозаветной Премудростью (с. 22–24). Здесь Верано активно использует корпус герметических текстов и идеи Филона Александрийского.С точки зрения философии...

...статус, но теряет часть свободы.Очень глубокими выглядят главы о второй половине XIX века — эпохе Александра II и Александра III. Здесь автор анализирует реформы, миссионерскую деятельность, политику в отношении старообрядцев, развитие богословской науки. Он показывает, что Церковь постепенно приобретала внутреннюю зрелость, готовилась к возможному восстановлению соборности.Кульминацией становится глава о Николае II (с. 219 и далее). Фирсов описывает последние годы империи...

...славянских сонников.Большое достоинство книги — источниковая база. Автор использует архивные материалы, полевые записи из Вологодской области, Полесья, Подлясья, материалы польских, болгарских, словенских архивов (с. 9–10). Особенно богат полесский материал. Это не кабинетное исследование, а результат многолетней полевой работы.Отдельного внимания заслуживает сопоставление народной символики и психоанализа (с. 10–11). Гура не упрощает Фрейда, но показывает, что...