Русская духовная музыка в документах и материалах – Том V

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомитьсявступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Русская духовная музыка в документах и материалах. Том V. Александр Кастальский: Статьи, материалы, воспоминания, переписка
Серия – «Язык. Семиотика. Культура.»

После четвертого тома серии «Русская духовная музыка в документах и материалах», где впервые была осуществлена публикация «Воспоминаний» С. В. Смоленского, вниманию читателей представляется пятый, тоже монографический том, в центре которого — ведущий духовный композитор предреволюционной России А. Д. Кастальский.
 
Если Смоленский являлся вдохновителем и идеологом Нового направления в русской духовной музыке рубежа XIX—XX веков, родственного «новому русскому стилю» в художест-венном искусстве, то Кастальский был одним из наиболее ярких композитов ров этого направления. В данном контексте значение связанных с именем Кастальского материалов сравнимо со значением литературного наследия В.М. Васнецова.
 
Подобно Васнецову, Кастальский был тесно связан с Москвой. Мир русской старины с ее церковными роспевами и мирскими песнями, народным и храмовым зодчеством, иконописью и прикладным искусством пронизывает музыку Кастальского. Он одновременно являлся и тонким ценителем искусства древности, и пытливым его исследователем-реставратором, и мечтателем-сказочником, которого буйная фантазия уносила то в Древнюю Русь, то далеко за ее пределы — в Египет, Китай, Грецию, Иудею... Он пытался искать способы расширения возможностей музыкального языка, ставя во главу угла задачу обновления искусства.
 
Именно идея движения вперед, столь близкая композитору, помогла ему «удержаться на плаву» после революции. Дав волю фантазии, он создал невиданные ранее русским искусством музыкальные миры, сочетавшие интонации французской революции, русской деревни и православного богослужения. Другим краеугольным камнем философии Кастальского была идея братства объединенных общими испытаниями народов разных стран и вероисповеданий. Если же говорить о творческой сфере, где Кастальским достигнуты результаты непреходящего значения, то таковой была духовная музыка.
 

Русская духовная музыка в документах и материалах. Том V. Александр Кастальский: Статьи, материалы, воспоминания, переписка

Издательство – «Знак» – 1032 с.
Москва – 2006 г.
ISBN 5-9551-0151-9
 

Русская духовная музыка в документах и материалах. Том V. Александр Кастальский: Статьи, материалы, воспоминания, переписка – Содержание

Раздел I А.Д. Кастальский как мемуарист, публицист и педагог
  • Часть 1 Автобиографические материалы
  • Часть 2 Статьи, интервью, доклады
  • Часть 3 Учебные материалы
Раздел II Современники о А. Д. Кастальском
  • Часть 1 Прижизненные публикации
  • Часть 2 Материалы 1927—1991 годов
Раздел III Переписка
  • Часть 1 А.Д Кастальский и X. Н. Гроздов
  • Часть 2 А.Д Кастальский и С В. Смоленский
  • Часть 3 А.Д Кастальский и В. И. Ребиков
  • Часть 4 А.Д Кастальский и Д В. Затаевич
  • Часть 5 А.Д Кастальский и С. В. Рахманинов
  • Часть 6 А.Д Кастальский и Ч. Р. Крэйн
  • Часть 7 А.Д. Кастальский и Б. В. Асафьев
  • Часть 8 А.Д. Кастальский и Н. Л. Кастальская
  • Список опубликованных музыкальных сочинений и обработок А. Д. Кастальского
  • Список опубликованных статей, интервью, писем, учебных материалов и научных работ А. Д. Кастальского
  • Библиография
  • Указатель имен
  • Список сокращений

Русская духовная музыка в документах и материалах. Том V. Александр Кастальский: Статьи, материалы, воспоминания, переписка – Письмо в редакцию

 
Милостивый Государь Господин Редактор! Не откажите поместить в «Русской музыкальной газете» следующую заметку о гармонизации грузинской литургии Н. С. Кленовского, труд которого вызвал довольно оживленный обмен мыслей несколько сбивчивого характера. Мнения гг. Компанейского и Аракчиева склонялись к тому, что гармо- низовать грузинские церковные напевы г. Кленовский должен был в грузинском духе, то есть в манере грузинских певцов. Поэтому, получив трехголосную готовую партитуру, г. Кленовский должен был, по мнению г. Аракчиева, ограничиться перепиской ее, а не гармонизацией, а, по мнению г. Компанейского, должен был приписать (по его примеру) только один 4-й голос.
 
Но с такими насильственными ограничениями может ли искусство двигаться вперед? В грузинском хоровом пении есть очень интересный и своеобразный гармонический облик, которому гармонизация г. Кленовского вовсе не противоречит, и окончания полными аккордами вместо унисонов и пустых квинт вовсе не производят впечатления ненародности или непонятности для народа. Септаккорды в положении септимы тоже встречаются в грузинском народном хоровом пении, и, конечно, этим оно вовсе не напоминает стиль Бортнянского, как и грузинская литургия г. Кленовского ничуть не повторяет слащавой гармонизации Львова и казенной работы Бахметева, как утверждает г. Компанейский, ибо гармонизация в самобытных ладах без повышенных вводных тонов была terra incognita для Львова с Бахметевым, не говоря уже об оригинальных грузинских каденциях у г. Кленовского.
 
Если бы его работа была повторением Львова с Бахметевым, то едва ли бы г. Лракчиев высказался о ней, как о чем-то свежем и оригинальном и едва ли этим сходством г. Кленовский угодил бы консерваторским профессорам, как полагает г. Компанейский. Точно также и говорить, что грузинский народ не дорос до понимания этой гармонизации едва ли справедливо, ибо грузины известны своей большой музыкальностью и им не трудно дорасти до понимания гармонизации г. Кленовского (хотя бы и без начальных квартсекстак- кордов и конечных унисонов и пустых квинт). Что же касается до русской публики, то ей, повидимому, пришлась по вкусу Литургия г. Кленовского, песнопения которой довольно часто исполниются в московском Успенском соборе.
 
Одно дело быть ревнивым оберегателем народности, а другое дело уткнуться в одно направление и не допускать расширения народного искусства за пределы первобытного его типа. А если благозвучие и плавность движения голосов (в которых видна рука мастера) удовлетворяют ухо природных грузин, то это никак не может служить доказательством испорченности «их слуха под влиянием европейского воспитания». Несомненно, что грузинское церковное пение можно было представить в совершенно другом виде, чем у г. Кленовского, но умалять поэтому значение подобных трудов тоже не годится, ибо работы первых пионеров имеют всегда большое значение. Львов с Бахметевым сделали далеко не то.
 
Нельзя согласиться и с опасениями г. Компанейского, что талантливых людей могут запугать и сбить с пути разные разглагольствования доморощенных теоретиков. Разве только позабавят между делом... Музыкальные идеи Мусоргского и Бородина нисколько не пострадали, хотя над ними издевались люди и с большими музыкальными познаниями (например, г. Ларош). В чем следует безусловно согласиться с гг. Компанейским и Аракчиевым, так это с тем, что рукопись, принадлежащая г-же Цюздовой, действительно представляет большой музыкальный интерес и, конечно, появление ее в печати можно только приветствовать от всего сердца.
 
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 9 (1 vote)
Аватар пользователя Traffic12