Дроба – Церковь, государство и общество XX века

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомиться, вступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Дроба С.А., свящ. – Церковь, государство и общество XX века по периодическим изданиям и воспоминаниям современников. Исторический очерк
Данная книга не претендует на статус фундаментального исторического исследования. Это компилятивная работа с использованием ряда современных исследований, публикаций в прессе и воспоминаний современников.
 
Идея создания данной работы возникла в Обществе любителей церковной истории при Тверском Никольском Краснослободском приходе и на кафедре Теологии ТГУ (Тверского государственного университета). Эта работа является подготовкой автора к преподаванию предмета история Русской Православной Церкви XX века на кафедре Теологии ТГУ.
 
Первоначально данная работа составляла краткие заметки из фундаментальных трудов по данной проблематике, перечень которых находится в конце работы. Позже, к этим выпискам была присоединена и проанализирована информация из периодических изданий (газет и журналов) как светских так и церковных, использовалась даже обновленческая периодика. Весомым дополнением к работе стали воспоминания современников.
Автор должен с сожалением признаться, что в ходе работы использовались не все имеющиеся источники, а лишь только те которые были для него доступны.
 

Дроба С.А., свящ. – Церковь, государство и общество XX века по периодическим изданиям и воспоминаниям современников. Исторический очерк

Тверь: Издатель Алексей Ушаков, 2010 – 264 с.: илл.
ISBN 978-5-905139-01 -7

Дроба С.А., свящ. – Церковь, государство и общество XX века по периодическим изданиям и воспоминаниям современников – Содержание

От автора
Предисловие
  • Глава 1. Эпоха последнего императора России. Отношения РПЦ и государства. Обер-прокуратура. Общество начала XX в. Реформирование государства и РПЦ на пути к Поместному Собору. Канонизация святых. Духовное образование
  • Глава 2. Первая мировая война (1914-1918 гг.), февральская революция 1917 г. Манифест государя императора Николая II об отречении от престола. Временное правительство. Поместный Собор. Патриарх Тихон (Белавин). Приход к власти большевиков. Жизнь Церкви при В.И. Ленине и его соратниках. Начало скорбного пути РПЦ. Обновленчество
  • Глава 3. Жизнь РПЦ после смерти Ленина. Преодоление обновленческого раскола
  • Глава 4. Патриарший Местоблюститель митрополит Крутицкий Пётр (Полянский). Политическая борьба за власть по смерти Ленина. Отношения РПЦ и ГПУ (ОГПУ). Курс власти на поощрение внутренних расколов РПЦ. И.В. Сталин и его церковная политика. Заместитель Патриаршего Местоблюстителя митрополит Сергий (Страгородский)
  • Глава 5. Жизнь РПЦ и СССР в годы Великой Отечественной войны. Местоблюститель Патриаршего престола митрополит Сергий (Страгородский). Послепобедные постановления правительства по отношению к РПЦ. Восстановление патриаршества
  • Глава 6. Окончательный этап правления И.В. Сталина. Поместный Собор 1945 года. Патриарх Алексий (Симанский). Воссоздание правовых норм в жизни РПЦ
  • Глава 7. РПЦ по смерти И.В. Сталина. Н.С. Хрущёв и его антицерковная деятельность. Архиерейский Собор 1961 г. Миротворческая деятельность РПЦ. Вступление РПЦ во ВСЦ. Экуменизм
  • Глава 8. РПЦ после отставки Н.С. Хрущёва. Жизнь РПЦ при Л.И. Брежневе. Миротворческая деятельность РПЦ. Экуменическая деятельность РПЦ. Внешнеполитическая деятельность РПЦ
  • Глава 9. РПЦ при Ю.В. Андропове, К.У. Черненко, М.С. Горбачёве. Святейший Патриарх Пимен (Извеков). 1000-летие Крещения Руси
  • Глава 10. Возрождение РПЦ. Святейший Патриарх Алексий (Ридигер). Филаретовский раскол на Украине.
Послесловие
Список использованной литературы
 

Дроба С.А., свящ. – Церковь, государство и общество XX века по периодическим изданиям и воспоминаниям современников – РПЦ при Ю.В. Андропове, К.У. Черненко, М.С. Горбачёве. Святейший Патриарх Пимен (Извеков). 1000-летие Крещения Руси

 
В начале 1980-х гг. – ко времени правления Ю.В. Андропова и К.У. Черненко – властные структуры в СССР были уже в последней стадии разложения. При Ю.В. Андропове в религиозной политике прослеживается некая двойственность. С одной стороны, сильно ужесточились действия против инакомыслящих, в том числе и верующих, гонимых за миссионерскую деятельность, издание и распространение религиозной литературы. Ещё больше пострадали сектанты, особенно незарегистрированные, как, например, баптисты-«инициативники»[246]. Они составляли основную массу узников за веру в ту эпоху. С другой стороны, политика Ю.В. Андропова по отношению к официальной Церкви была несколько иной. В 1981 г Святейший Патриарх Пимен и Священный Синод в связи с предстоящим 1000-летием Крещения Руси просили правительство передать Церкви один из монастырей Москвы для устроения в нём и на примыкающих к нему участках церковного административного центра. Решение о передаче Свято-Данилова монастыря было принято ещё при Л.И. Брежневе, в 1982 г., но осуществлено было только 17 мая 1983 г.
 
Монастырские храмы и строения находились в крайне запущенном состоянии. До передачи их Церкви они использовались в промышленных целях, ранее в монастыре находилась детская пересыльная тюрьма. Священный Синод назначил председателем комиссии по приёму, реставрации и строительству в Свято-Даниловом монастыре митрополита Таллинского Алексия. Наместником обители был назначен архимандрит Евлогий (Смирнов). Монастырскую братию составили главным образом монахи, переведённые из Троице-Сергиевой лавры, из московских духовных школ.
 
В воссозданной обители во имя св. благоверного князя Даниила, почитание которого тогда заметно возросло в России и особенно в Москве, развернулись реставрационные и строительные работы, средства на которые стекались из всех епархий. На восстановление монастыря жертвовала вся православная Русь. Восстановление обители в столице России рассматривалось как дело исключительной важности для Церкви, реставрационные работы контролировались высшей церковной властью. За пять лет были воссозданы монастырские храмы, стены обители, корпуса келий, выстроено здание официальной резиденции Патриарха Московского и всея Руси и Священного Синода. В монастырь был переведён Отдел внешних церковных сношений, здесь была устроена синодальная библиотека.
 
В 1984 г. власти попытались воспрепятствовать созданию монашеской общины в Свято-Даниловом монастыре, категорически настаивая на том, что передан он Церкви лишь под административные учреждения Патриархии. И только после смерти К.У. Черненко путь к созиданию в Даниловом монастыре полноценной монашеской общины был открыт.Так, в 1983 г. РПЦ был возвращен Свято-Данилов монастырь. И церковные круги в России вполне оправданно приписывают заслугу его возвращения лично Ю.В. Андропову, как и чуть ли не удвоение при нём численности учащихся в духовных школах[247].
 
Что же касается открытия прежде произвольно закрытых храмов, то таковых за недолгое правление Ю.В. Андропова были всего единицы (журнал Московской Патриархии упоминает лишь о трёх храмах[248]).
 
Более жёстким по отношению к религии оказался краткосрочный режим К.У. Черненко. Была даже попытка властей отменить решение о восстановлении из руин Даниловского монастыря. Церковь получила указание не открывать монастырь; и только после обещания, что там будет не монастырь, а всего лишь административный центр РПЦ со штабом Отдела внешних церковных сношений, чья деятельность так выгодна советскому правительству, запрет на восстановительные работы был снят. Так, монастырь удалось восстановить к 1000-летию Крещения Руси; причём израсходовано было больше денег, чем планировалось. Помимо монастыря, удалось построить ещё три храма, воскресную школу (правда, она начала действовать позже, только с 1989 г.) и общедоступную библиотеку[249]. В июле 1984 г. вышло постановление К.У. Черненко о работе комсомола. Оно требовало не только усилить свою роль в воспитательных процессах в школе, но и «закрыть все каналы проникновения безыдейности... Разработать и осуществить систему мер... чтобы все формы досуга способствовали выработке...атеистических вкусов». Таким образом, комсомольцы, согласно постановлению, должны были лично организовать досуг молодёжи и руководить им. Отсюда явное признание идеологического кризиса. Более умный Ю.В. Андропов попытался по-разному подойти к «послушным» и «бунтующим» верующим: первым был дан некий весьма скромный «пряничек», последним – удвоенная «плётка». К.У. Черненко же безнадежно пытался просто повернуть ход истории вспять.
 
При Ю.В. Андропове снова заговорили об изменении государственного законодательства в религии, но обсуждение этого вопроса в печати не обнаружило и намёка на какие-либо радикальные улучшения для Церкви. Планировали лишь некоторые косметические исправления, как-то: «замена термина «антирелигиозная пропаганда»...термином «атеистическая пропаганда»[250].
 
Можно себе представить, в каком униженном состоянии была Церковь, если на фоне Л.И. Брежнева и К.У. Черненко Ю.В. Андропов казался, чуть ли не благодетелем, чью кончину, как говорят простые верующие (из разговоров в екатеринбургских храмах), Православная Церковь пережила почти как личную трагедию! Для скромных прихожан уже поход в церковь был огромным праздником души, не говоря об установленных новых (при Ю.В. Андропове) соборах: соборе Костромских Святых, соборе Смоленских Святых, соборе Сибирских Святых, соборе Белорусских Святых и др. Были канонизированы новые святые, введены новые церковные ордена: орден Святого апостола Андрея Первозванного, орден Святой Ольги и орден Святого Даниила[251]. Но распознать разницу в отношении Церкви к Ю.В. Андропову и К.У. Черненко по материалам официального церковного журнала достаточно трудно. Во всяком случае, из текстов заявлений Патриарха Пимена и телеграмм правительству по поводу кончины Ю.В. Андропова и К.У. Черненко разницы не видно. Для убедительности приведём пример. По поводу кончины Андропова мы читаем: «На протяжении всего жизненного пути... он трудился самозабвенно и самоотверженно... Граждане нашего Отечества, люди благой воли во всём мире отдают высокую дань признательности неустанному попечению Юрия Владимировича об укреплении мира и дружбы... Мы с сердечной признательностью всегда будем помнить, что Юрий Владимирович с благожелательным пониманием относился к нуждам нашей Церкви...»[252].
 
О Черненко: «Молитва и память... Благодарственная память за всё то, что сделал Константин Устинович за свою большую и плодотворную жизнь... В ответ на его самоотверженную деятельность вся страна платила ему поистине народной любовью... Верные чада Церкви с сердечной признательностью постоянно будут помнить, что, будучи Главой Государства, Константин Устинович с благожелательным пониманием относился к нуждам нашей Церкви...[253]».
Тот же смысл и в телеграммах соболезнования Патриарха советскому правительству. Все это составлялось по одному трафарету и одним лицом – указанным выше А.С. Буевским.



[246] Поспеловский Д.В. Указ. соч. С. 487.
[247] Определения Священного Синода// ЖМП. 1983. № 3
[248] Из жизни епархий//Там же. 1982. № 12. С. 53-74.
[249] Из жизни епархий // Журнал Московской Патриархии. 1989. № 11. С. 76.
[250] Поспеловский Д.В. Указ. соч. С. 496.
[251] Определения Священного Синода // Журнал Московской Патриархии. 1982. №12. С. 14.
[252] Соболезнование от Московской Патриархии // Журнал Московской Патриархии. 1984. №2. С. 3.
[253] К кончине К.У.Черненко//Журнал Московской Патриархии. 1985. №3. С. 3.
 
 

Категории: 

Оцените - от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя maestro