Гомберг - Израиль и Фараон

Леонид Гомберг - Израиль и Фараон - секреты библейской истории
Серия «Еврейские тайны» 

Идолы, в отличие от людей, умеют возрождаться из пепла, вновь вступать в бой и даже одерживать кошмарные временные победы.
Но все равно они обречены...
Так жизнь устроена: или Израиль — или Фараон…
 

Леонид Гомберг - Израиль и Фараон - секреты библейской истории

Ростов н/Д : Феникс ; Краснодар : Неоглори, 2009. — 235, [5] с. — (Еврейские тайны)
ISBN 978-5-222-15714-5 (ООО «Феникс»)
ISBN 978-5-903876-13-6 (ООО «Неоглори»)
 

Леонид Гомберг - Израиль и Фараон - секреты библейской истории - Содержание

ЛЕВ АННИНСКИЙ. ЖЕЛЕЗНЫЙ СЧЁТ
К ЧИТАТЕЛЯМ

ИЗРАИЛЬ И ФАРАОН

ОБ АРХЕОЛОГИИ
  • Подземная война
  • Жили-были ессеи
  • О ХРОНОЛОГИИ
  • Точка отсчета
ОБ ЭТНОГЕНЕЗЕ
  • Разделение
  • Народы Ханаана в эпоху патриархов
  • Хеттская сага
  • Исчезновение
О СООТНОШЕНИИ ИСТОРИИ И МИФА
  • Израиль и Фараон
  • 1. Особая миссия
  • 2.   В гостях у Фараона
  • 3.   Из рабства в пустыню
  • Три Исхода: неожиданные выводы о космологии
  • Космос как воспоминание
НЕУДОБНАЯ ИСТОРИЯ
  • Заметки на полях событий и книг
  • Ближневосточная головоломка
  • Огонь небесный
  • Миф как идея и стратегия
  • На переломе времен
  • Рабби Иеошуа из Назарета: взгляд на рубеже нового тысячелетия
ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ
ПРИЛОЖЕНИЯ
ОБ АВТОРЕ
 

Леонид Гомберг - Израиль и Фараон - секреты библейской истории - Железный счёт

 
С начала бронзового века... на караванном пути из Северной Месопотамии в Восточную Анатолию... в качестве валюты, кроме серебра, использовалось и золото в соотношении 1:8... Однако бытовал и очень редкий металл под названием «амутум», который ценился в 40 раз выше, чем серебро, и соответственно в 5 раз выше, чем золото. Есть все основания полагать, что это было железо. Вообще металлургия железа, скорее всего, началась в Малой Азии. До того времени, пока железо войдет в обиход человечества, оставалась ещё тысяча лет. 
 
Неисповедимы пути господни, приведшие меня к книге Леонида Гомберга «Израиль и Фараон», и я повинуюсь. Хотя ни в малой степени не чувствую себя годным на роль критика и толкователя этих проблем. Ибо к Израилю в обычном смысле слова имею довольно отдаленное отношение, а к фараонам в обычном смысле слова — вообще никакого. Разве что чисто метафорически, по аналогии — как гражданин недавно «рухнувшей» сверхдержавы, которая старается сохранить память о былой роли. (Первую сверхдержаву в истории, как я узнал из книги Гомберга, создали гиксосы на территории нынешнего Египта.)
 
Что же до специальных исторических сведений, вроде тех, когда именно и какой именно Фараон беседовал с праотцом Авраамом, то одно у меня утешение: никто таких вещей никогда достоверно не установит.
«Беда лишь в том, что в Египте, как и на всем Древнем Востоке, не существовало привычной для нас хронологической системы, то есть летосчисления по эрам. Время отмечали по выдающимся событиям (год воцарения такого-то, год битвы такой-то), а также по годам царствования монархов».
 
Беда ли это? А может, наоборот, спасение от бесплодных поисков? Может, в той ли, в другой ли «хронологической системе» нам лучше положиться не на тягло веков, а на рифмовку смыслов и даже на магию цифр?
«На основании данных Пятикнижия Моисея и источников Устной традиции евреев, временем рождения Авраама считается 1948 год от Сотворения мира, или 1812 год до новой эры».
Красота! Для правоверного еврея цифра 1948 должна звучать таким же фанфарным эхом, как для меня, российского православного христианина, — цифра 1812.
С тем и оставляю обе даты в списке выдающихся событий общечеловеческой истории независимо от того, на каком берегу Иордана оказались те или иные жители Палестины в год провозглашения Государства Израиль или на каком краю бородинского «большого поля» оказались прапрадеды два века назад, когда наше фараонство оспаривал парень с Корсики.
 
Кстати, об этих выдающихся событиях. В Москве есть ресторан «Наполеон», и это никого не шокирует. Но я и теперь не могу представить себе что-нибудь подобное под вывеской «Батый» или «Чингисхан». Хотя от Калки протекло вчетверо больше лет забвения, чем от пожара Москвы. Каким таинственным законам ненависти и прощения подчинены наши эмоции? Какому железному счету подчиняются? И вопрос на ту же тему: почему Синайское откровение должно так остро касаться нас сегодня? И не нас только, а все человечество?
Об этом-то и написана новая книга Леонида Гомберга. В сущности, это продолжение его «Дороги на Ханаан», которая года два назад заставила меня заново пройти мысленный путь от одного адамова сына к другому и взвесить загадочную вину Каина в убийстве Авеля. Что меня еще тогда подкупило в Гомберге, писателе и историке, — корректность в фактах и отвага в мотивировках.
Эти же качества отличают и новую его работу, в которой заново взвешены драмы жизни Авраама и Моисея.
 
Гомберг и теперь осторожно предупреждает нас, что он «просто информирует заинтересованную читающую публику о некоторых из этих проблем».
Некоторые из этих проблем прямо касаются сакраментального вопроса: подошел ли род человеческий к финалу или ему предстоит «просто» переход в новое, никому не ведомое качество (и чего это будет стоить, тоже неведомо).
Я, как исчезающе малая и вполне бессильная частица, которой предстоит разделить судьбу этой массы, рискну все же поделиться некоторыми чувствами и мыслями, возникшими у меня при чтении книги Гомберга, — разрозненными и субъективными по причине невозможности остановить железную поступь рока.
Вот один только шажок этой поступи. Среди исчезающе малых частиц всечеловеческой популяции, неведомо как и неведомо зачем заселившей Землю (теперь вроде бы нашли следы нескольких параллельных родов Homo sapiens, что делает розыск особенно увлекательным) среди этих скелетных куч обнаружился остов неандертальца, который «поставил перед учеными новые загадки».
Не относясь к клану ученых, всецело полагаюсь далее на Леонида Гомберга.
 
«Дело в том, что при жизни эта удивительная особь сломала себе несколько ребер...»
Отвлекусь на миг, чтобы оценить пикантность стиля, в котором Л. Гомберг излагает космически масштабные проблемы: его улыбка сошла бы за косметический прикид, если бы этот юмор можно было отделить от чувства глобальной тревоги, которую лучше уж терпеть с улыбкой. Но к делу!
«...особь сломала себе несколько ребер... В этом нет ничего необычного, кроме того, что травма была кем-то излечена. Кем же? Да кем же еще, кроме соплеменников».
Это неандертальцы! Которые вроде бы стоят на полпути от животного к человеку! Но «животные ведь своих сородичей не едят» (опять Гомберговская улыбка). Значит, неандертальцы наделены чем-то, не лезущим ни в те животные рамки, в которых их описывают зоологи, ни в те человеческие рамки, в которых история видится цепью кровавых событий.
 
Кем наделены? Той же историей? Или чем-то, что раньше, глубже, выше истории с ее ужасами?
Относительно ужасов у Гомберга есть замечательное рассуждение, которое не меньше, чем ребра особи неандертальца, действует на мое воображение, заставляя откорректировать само представление о ходе человеческой истории как цепи драм в театре ужасов.
Это верно, что в памяти тысячелетий отцеживаются не будни, стынущие в тягучей сетке времени, а битвы, перевороты, убийства, триумфальные разгромы и победоносные разбои. Применительно к родным осинам: мы помним горький пир после битвы на Калке, помним разгром Рязани, помним взятие Казани, гибель Ермака... меж этими вехами как-то тихо прячется жизнь десятков и сотен перемешивающихся поколений, то ли завоеванных соседями, то ли завоевавших землю соседей.
Меж тем, как пишет Л. Гомберг, осмысляя кровавую историю народов Востока, переселения вряд ли носили характер военного вторжения: «Скорее всего, это было обычное на Востоке проникновение племен на неплотно заселенную территорию с последующим смешением пришлого и исконного местного населения и, возможно, с последующим насильственным захватом власти».
 
То есть, и захваты, и перевороты, и насилие — реальность. Но в основе процесса все-таки не безумие грабителей, а разум поселенцев.
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 9.1 (8 votes)
Аватар пользователя Tov