Кантор - Ной

Иосиф Кантор - Ной - Всемирный потоп
 
Библейский исторический роман, как праведному человеку сохранить душу и совесть в порочном мире, приговоренном за грехи к уничтожению?
 
 

Иосиф Кантор - Ной - Всемирный потоп

 
Яуза, Эксмо, Москва, 2014
ISBN 978-5-699-70503-0
 
 

Иосиф Кантор - Ной - Всемирный потоп - Содержание

Глава 1 Глас Божий
Глава 2 Убийство
Глава 3 Начало
Глава 4 Боль Эмзары
Глава 5 Отец и сын
Глава 6 Обида Хама
Глава 7 Иафет
Глава 8 Потомок Каина
Глава 9 Предложение Сима
Глава 10 Сомнение Эмзары
Глава 11 Свобода Хама
Глава 12 Яма
Глава 13 Видение Агуны
Глава 14 Совет Эмзары
Глава 15 Гнев Хоар
Глава 16 Тревога Эмзары
Глава 17 Догадка Хама
Глава 18 Чудесный дар
Глава 19 Тайна Иафета
Глава 20 Убийца
Глава 21 Потоп
Эпилог Небесный мост
 

Иосиф Кантор - Ной - Всемирный потоп - Глава 17 - Догадка Хама

 
Отец говорит: «Помни о прошлом, живи настоящим, думай о будущем».
 
Жить настоящим – это я понимаю. Вот я живу, это и есть мое настоящее. Это самое главное, потому что прошлое уже прошло, а будущее еще не наступило.
 
Помнить о прошлом? Я считаю, что о прошлом надо помнить, только пока ты молод. Оглядываться назад имеет смысл тогда, когда прошлое короче будущего. Да, именно так – когда твое прошлое короче твоего будущего. Никто, конечно, не знает и не может знать, сколько ему предопределено прожить, иной надеется, а сам уже на пороге смерти стоит (как тут не вспомнить соседа Ирада?), но есть какие-то пределы, вот из них и нужно исходить. Смысл в том, что, когда времени впереди еще много, есть смысл тратить его на исправление тех ошибок, которые были совершены раньше. Если же времени мало, то тут уже не до прошлого с его ошибками. Не назад уже надо смотреть, а вперед и только вперед. Смотреть и пытаться все предусмотреть, чтобы не ошибаться более, потому что времени на исправление ошибок может уже не быть. Да и вообще есть нечто скорбное в этих оглядках, возвращениях назад, хождениях по уже хоженым тропам.
 
Думать о будущем? Зачем о нем думать? Придумаешь одно, а получишь совсем другое. Будущее скрыто мраком. Отца не понять, то он говорит: «Думай о будущем», то говорит: «Благодари Бога за то, что сыт сегодня, а завтра будет видно». Так думать или же будет видно?
 
Я начал задумываться о будущем, о том, что не прочь разделить это свое будущее с Гишарой. Долго думал о том, как к ней подступиться, чтобы не получить отпора, хотел удивить ее чем-то, но ничего не придумал лучше того, чтобы просто подойти к ней, когда она отправилась на рынок, и сказать, что она мне нравится.
 
– Нравлюсь – и хорошо, – ответила она и хотела пройти мимо меня, но я пошел рядом с ней.
– Согласилась бы ты, чтобы я взял тебя в жены? – спросил я.
 
Чего угодно мог ожидать я, но только не того, что она рассмеется мне в ответ. Это было обидно, но смех Гишары приятен для уха, поэтому я не прерывал ее, а шел и ждал, пока она насмеется вдоволь. Люди оборачивались на нас и удивлялись.
 
– Ты не знаешь, как обольстить меня и думаешь, что я поверю в серьезность твоих намерений, Хам? – спросила она, закончив смеяться. – Когда люди хотят сказать о чем-то, что это никогда не случится, то говорят: «После того, как женится Хам, сын Ноя». Сколько девушек уже попалось на эту твою уловку?
– Ни одна не попалась, – ответил я, улыбаясь, потому что невозможно было не улыбаться, глядя на Гишару. – Иначе бы я был уже женат.
 
Тут я понял, что сказал не так, и поправился.
 
– Ни одной из девушек не предлагал я еще стать моей женой, поскольку не имел до сих пор намерения жениться, – сказал я. – Но вот имею и предлагаю. Намерение мое крепко и исходит оно от чистого сердца, поскольку испытываю я приязнь к тебе.
 
– Велика ли эта приязнь? – спросила Гишара. – Долго ли продлится она? Когда люди хотят сказать о непостоянстве, они говорят: «Непостоянно, как любовь Хама, сына Ноя».
– Что нам до людей, когда речь идет только о нас?! – воскликнул я, сердясь. – Что было, то прошло, зачем вспоминать?!
– Затем, чтобы вдруг про меня не сказал ты такое, – ответила Гишара. – А то скажешь «было и прошло».
– Не скажу! – ответил я, и было в моих словах столько уверенности, что Гишара смягчилась.
 
– Тогда приходи, как положено, с родителями и объявляй о своем намерении, – сказала она, лукаво глядя на меня и улыбаясь. – Я – сирота, и нет надо мной ничьей власти, кроме моей собственной, потому ответ я дам сразу, ни с кем не советуясь и никого не спрашивая. Но дам его только тогда, когда ты придешь в мой дом с родителями. Это дело не из тех, что решаются на дороге.
 
Я понял ее слова как согласие, иначе зачем бы ей было приглашать меня и родителей моих прийти. Можно было бы сразу ответить: нет, я не согласна, и на том бы дело закончилось. Оно, конечно бы, не закончилось, потому что я предпринял бы новую попытку, но позже, в другой день, более удачный для меня.
 
Отец мой говорит, что плохих и хороших, удачных и неудачных дней не бывает, все дни от Бога, все они благоприятны для нас, но иногда мы поступаем не так, как должно, и говорим: «Сегодня был плохой день», а должны говорить: «Сегодня я сделал плохо» или «Сегодня я поступил неправильно». Но я с ним не согласен, потому что случаются иногда такие дни, что, как правильно ни делай, все равно получится неправильно. Взять хотя бы тот день, в который убили нашего соседа Ирада. Что тогда я сделал неправильно? Ничего! А отец мой до сих пор нет-нет, а поглядывает на меня с сомнением. Клятв моих ему не надо, говорит, что достаточно простого слова, но продолжает сомневаться во мне. Или мне уже так кажется, потому что привык я к тому, что он во мне сомневается?
 
Недавно отец сказал, что хорошо бы нам поговорить по душам друг с другом, и брат Иафет чтобы был при этом, но пока не находится времени у него для разговора. Иафет продолжает удивлять. Вижу я, что дух его угнетен, и не только я, все то видят, но по-прежнему не открывает он никому своего сердца. Мать совсем извелась на него глядя, а меня так и разбирает любопытство – что же все-таки с ним случилось? Дошло до того, что невестка Шева жаловалась мне на своего мужа. Бедняжка думает, что он охладел к ней и оттого печалится великой печалью. Ходят оба, глядя себе под ноги, и не улыбнутся, если пошутить с ними и ничему не радуются.
 
Я время от времени спрашиваю Иафета: «Что с тобой, брат?», но спрашиваю без всякой пользы, ибо он мне отвечает: «Со мной все хорошо» или не отвечает ничего. Иафет не чета мне, он знает только работу и дом. Днем он работает, ночью спит дома с женой своей, пирушки его не привлекают, дружбы он ни с кем не водит, на чужих жен не заглядывается. Мать с отцом его хвалят, жена не знает, как ему угодить, даже суровый братец Сим, мягок с ним. Это на меня Сим то и дело поднимает руку, а Иафета он ни разу даже пальцем не тронул. Другой бы радовался такой жизни, а Иафет печалится. Раньше радовался, а теперь печалится. У такой великой печали непременно должна быть своя причина, и подозреваю я, что мучает Иафета совесть. Сделал он что-то такое, чего сильно стыдится, потому и рассказать никому не может.
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя esxatos