Тема живого тела в истории философии

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомиться, вступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Тема живого тела в истории философии
В этой работе я хочу обозначить несколько линий в истории представлений европейской философии о теле индивида. В зависимости от контекста, фокуса рассуждения, эпохи такое тело именовалось «естественным», «живым», «органическим», «феноменальным», «символическим», «манифестирующим». Тело при этом понимается как некая экстериоризирующая проекция мыслящего и чувствующего агента, центра действия, который, в зависимости от обстоятельств, именуется «душой», «я», «самостью», «личным началом». В самом первом приближении речь идет о том, что нечто живое, разумное и при этом конечное во времени и пространстве имеет, находит для себя или даже создает себе орудие действия или среду обитания, которая является его пространственным или внепространственным вместилищем, областью присутствия, обиталищем, в котором действующее нечто присутствует как хозяин и которое манифестирует его другим субъектам, дает ему идентичность.
 
Не вдаваясь в специальное обсуждение отдельных теорий отдельных мыслителей, я хотел бы прочертить некоторые традиции, наметить параллели между представлениями о телесности в Античности и в современной философии, а также дать очерк нескольких типов подхода к пониманию тела и телесности у древних и новых авторов. При этом задачей является не столько анализ определенного текста или концепции, сколько попытка увязать вместе философские, научные или художественные традиции, которые обычно рассматриваются изолированно.
 

Тема живого тела в истории философии

Материалы научной конференции (Институт философии РАН, май 2015 г.).
М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2016. - 288 с.
(Серия «Humanitas»).
ISBN 978-5-98712-648-6
 

Тема живого тела в истории философии - Содержание

Предисловие (А.А. Чикин)
  • В. В. Петров - Индивид и его телесность в истории европейской философии
  • В. Г. Лысенко - Что делает тело живым - взгляд из Индии
  • Т.А. Уманская - Дуализм тела и души как парадокс христианской антропологии
  • И.Я. Мацевич-Духан - Mavia предицируемого тела в логике Аристотеля
  • A. М. Харитонова - Понимание человеческого тела в немецкоязычной философии XVIII в
  • И. И. Блауберг - Проблема «сознание - тело» в концепции А. Бергсона
  • B. П. Визгин - Феноменология тела в «Метафизическом дневнике» Габриэля Марселя
  • А.А. Торопова - Субъект конструирования телесности в философской концепции Ж.-Л. Нанси
  • Л. Б. Карелова - Концепции «живого тела» в современной японской феноменологии (на материале работ Юасы Ясуо и Итикавы Хироси)
  • А.Н. Фатенков, М.В. Чиров - Концептуальные грани телесности: искус диалогической реконструкции
  • А.А. Мёдова - Телесность Абсолютного Тела
  • А.А. Чикин - Тело, плоть или иное? К археологии слова
Приложение.
Томас Комптон Карлтон - О теле и духе  (перевод и предисловие Г.В. Вдовиной)
Summary
Сведения об авторах
Указатель имен
 

Тема живого тела в истории философии

 
Непрестанно сталкиваясь с неразрешимыми противоречиями современного международного права, созерцая истязание физического и морального облика человека, осознаёшь логически выверенную формулу европейского отношения ко всему, что выходит за рамки беспристрастного суждения души. Эта формула уходит своими корнями глубоко в логику Аристотеля и провоцирует современного читателя искать тропы мысли, которые позволили бы научиться видеть и ощущать живое тело, смотреть на него, не отводя глаз в сторону от смущения. Обращаясь к одному из наиболее строгих логических трактатов Аристотеля «Категории», внезапно сталкиваешься с вопросом, каким образом можно использовать эту работу при анализе явлений, по природе своей чуждых какому-либо порядку, уравновешенности, стабильности, не поддающихся рациональному познанию. Чтобы не додумывать и не придумывать ход мысли, возможный при поиске ответа на сформулированный вопрос, мы находим в самой работе «Категории» понятие «мания», или, как предлагают русские переводы, сумасшествие, помешательство, неистовство,  одержимость, и сделаем попытку разобраться с природой этого явления как предиката пока ещё абстрактного субъекта. Аристотель начинает с анализа высказывания, в котором безумие проявляет себя как предицируемое качество.
 
Рассмотрим предложение. Он - сумасшедший. Он - подлежащее. Сумасшедший - сказуемое. Мания высказывается о подлежащем. Но каким образом? Ответ строгой категориальной логики — как качество. Безумие вне высказывания является «сложным звуком», который не имеет значения. Лишь «в силу соглашения» он превращается в знак (ai). До «соглашения» имя остается fyfavia предицируемого тела в логике Аристотеля неартикулированным, нечленораздельным звуком (dygdiapaxoi фбфсн)'. Чтобы понять значение знака, его необходимо «вырвать» из вечности и подвергнуть испытанию временем. Глагол - то, что делает имя временным. Он никогда не говорит о себе, только о другом (етерос;): «...он всегда есть знак для сказанного об ином»1 2. Без «другого» глагол остаётся лишь именем: «...глаголы, высказанные сами по себе, суть имена»3. Имя становится глаголом, когда встречается с другим именем. Эта встреча - событие, которое вырывает связанные воедино имена из безвременья незначащего звучания. Глагол высказывает имя во времени. Высказанное имя - уже не то же, оно становится другим. Как ему сохранить самого себя, остаться тем же в беге времени, изменяться, не изменяясь?
 
 

Категории: 

Оцените - от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (1 vote)
Аватар пользователя art_pr