Зелинский - Будьте как дети

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомитьсявступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
священник Зелинский Владимир - Будьте как дети. Теофания детства
Новый Завет, да и все Священное Писание целиком, обладает той особенностью, что с любой страницы, а то и строки, может распахнуться уводящая в глубины панорама целого, зовущая войти и остаться. Всякая притча, история или беседа незаметно подводит нас к краю, за которым, как говорит Апостол, — бездна богатства и премудрости (Рим. 11: 33). Но «бездна» Слова Божия открывается человеческому взгляду по-разному в зависимости от того, с какой стороны — церковного предания, культурного наследия или опыта — пытаться в нее заглянуть.
 
Когда мы приближаемся к ней из страны Востока (здесь, увы, не обойтись без географических схем), то уже на первых подступах нас встречает та премудрость, которая устами сонма учителей и бесчисленных молитв, домашних и литургических, говорит нам, что нет для христианина более важного дела, чем победа над злым, падшим миром в себе, то есть удрученное покаяние и противоборство с лукавым. Ибо сей род изгоняется только молитвою и постом (Мф. 17: 21). И коль скоро мы всерьез, всей волей и крепостью в это противоборство вовлечены, нам уж для прочих, благих и разных дел на земле ни сил, ни времени, ни особого интереса как-то не остается.
 

священник Зелинский Владимир - Будьте как дети. Теофания детства

М. : Никея, 2019. 304 с.
ISBN 978-5-91761-978-1 
 

священник Зелинский Владимир - Будьте как дети. Теофания детства - Содержание

Предисловие. Ольга Шульчева-Джарман - На пороге озарения безбрежным: откровение детства 
  • Евангелие для народа-ребенка - Почему так важны для нас слова Христа о детях 
  • Речь Божия в творении человека - Почему новорожденный — это одно из откровений Божьих 
  • Церковь возраста Христова - О том, что значит «быть ребенком» в религиозной жизни 
  • Слово, играющее на свирели, или Радость как родина - Почему детская радость — изначальное и естественное состояние человека 
  • Царство прячется в ребенке, раскрывается в праведниках - Почему «взрослый» не может стать святым
  • Прирожденные верующие - Как преодолеть раздвоенность взрослого 
  • Детство и грехопадение - Почему взросление связано с Адамовым грехом 
  • Младенчество как гениальность - Что общего у искусства и раннего детства 
  • Цивилизация ребенка - Общество, в сердце которого — дитя во Христе 
Послесловие к итальянскому изданию. Павел Зелинский - Между гармонией и неуловимостью 
 

священник Зелинский Владимир - Будьте как дети. Теофания детства - Предисловие - На пороге озарения безбрежным: откровение детства

 
Эта книга отца Владимира — неожиданна и вместе с тем долгожданна. Так сложилось в истории, что письменное слово Европы было издавна словом мужчин. В том числё и слово о ребенке — вспомним врачей Гиппократа иСорана Эфесского, а также «Мелантия-врача, любившего детей», — от которого ничего и не осталось, кроме трогательных надгробных стихов... Но как может мужчина, которому не дано вынашивать чадо под сердцем и кормить его грудью, воистину проникнуть в тайну дитяти? Взгляд мужской, лишенный этого опыта сопричастности вынашиваемому ребенку, неизбежно скользит по поверхности... Тайна ребенка, особенно ребенка столь малого, что он еще буквально «бессловесен», оставалась в какой-то степени «тайной жен», и, как всякое «женственное», невербализованным и невысказанным. Мужская культура, отстраняясь от этого бессловесия, вырабатывала свои жесткие нормы, позволяя ребенку говорить только тогда, когда он обретет слово и станет «маленьким взрослым», забывая все глубже и глубже свою тайну той поры, когда не разумом, а «изумлением выговаривались слова».
 
Нет изумления, нет небывалого, нет ничего преславного — «парадокса», если вспомнить, как звучит это слово на греческом Септуагинты и евангелистов. Есть Закон — и есть те, кто его знает. А вне — дети, простецы, больные, немые, глухие, — и женщины, — да, и они, матери младенцев, знающие скорбь и радость «рождения человека в мир». Сурово слово мужей, и не знающий Закона — не знает Бога. О чем же говорит этот странный Сын Мариин? Не лубочный, не учащий «ласковому доброжелательству взрослого к детенышам», а Настоящий, «Иже в вертепе родивыйся и в яслех возлегай нашего ради спасения Христос, Истинный Бог наш». О чем говорит Он с горы и на «месте равне»? О Царстве и детстве? Уж не о конце Закона ли? О том Царстве, что «подобно забытому детству», из которого мы вышли и в которое еще не вошли.
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя Slava1995