Ауджиас - Исследование христианства

Коррадо Ауджиас -  Ремо Качитти - Исследование христианства
Когда и как зародилась новая религия, названная христианством?
 
Вопрос, на который обычно отвечают неохотно, — и потому, что не так уж это и просто, и потому, что тема эта спорная, в некоторых моментах щекотливая, основанная на сомнительных источниках.
 
Следовательно, лучше сформулировать вопрос иначе: когда завершается первоначальная, рассветная фаза этой религии? И прежде всего, каким методом пользуются историки для точной реконструкции различных этапов случившегося?
 
Согласно догматам, официальной датой рождения церкви является Пятидесятница. Пятьдесят дней спустя после кончины Иисуса Святой Дух сначала как ветер, а потом в виде языков пламени сошел на головы собравшихся учеников.
 
Переосмысливая и осовременивая первоначальный смысл ежегодного еврейского празднества, связанного с урожаем и явлением Бога на горе Синай, христианская Пятидесятница рассматривается как новый, Богом данный закон.
 
Это по катехизису. А в исторической действительности истоки новой религии гораздо более хаотичны и неопределенны.
 
Те две фразы, которые могли бы заставить поверить в намерение Иисуса основать собственную церковь, как мы узнаем в ходе беседы, или были неправильно истолкованы («Ты — Петр, и на сем камне...»), или были добавлены к оригинальному тексту позже («Идите и научите все народы...»).
 
Для круга последователей Иисуса реальность его смерти — такой смерти! — должна была означать настоящий шок.
 
Человек, пророк, если хотите, долгожданный Мессия, на которого были возложены все надежды, посланию которого поверили всем сердцем, окончил жизнь на постыдном эшафоте.
 
Внезапно все, кто верил ему, стали соучастниками казненного преступника. Несчастье сразило их — в то время как задерживалось наступление обещанного Царства Небесного.
 
Их прибежищем и спасением стали древние строки Библии, где было сказано о том, что праведники Божьи будут спасены. К этому утешению прибавилась новость о том, что гробницу Иисуса нашли пустой: его измученное тело исчезло. И следовательно, он воскрес к новой жизни.
 
Евангелия с полной уверенностью утверждают две вещи: что Иисус на самом деле умер на кресте и что многие люди видели его после Воскресения. То есть видели кого-то, кто мог пройти через закрытую дверь, неожиданно материализоваться перед своими последователями, как это делают призраки, а также есть рыбу и позволить дотронуться к своим ранам, как реальный человек.
 
По мнению историков, подобные явления не столько доказательства его возвращения к жизни, сколько довольно убедительные свидетельства веры в Иисуса его учеников. Весть о Воскресении мало-помалу распространялась все шире и шире, так как поверившие в нее начали странствовать, используя в религиозных целях густую сеть путей сообщений, которую Римская империя создала для армии и торговли.
 
 

Коррадо Ауджиас -  Ремо Качитти - Исследование христианства - Как воздвигается религия

 
Пер. с итал.: бюро переводов «Золотой гриф», переводчик Е. А. Худеньких
М.: Международные отношения, 2014. — 304 с.
ISBN 978-5-7133-1483-5
 

Коррадо Ауджиас -  Ремо Качитти - Исследование христианства - Как воздвигается религия - Содержание

 
Предисловие. О чем Иисус не говорил (Коррадо Ауджиас)
Глава I. Сложный поиск истины
Глава II. Как все началось
Глава III. Видение Павла
Глава IV. Христиане и мир
Глава V. Закон Божий и человеческий
Глава VI. Создание канона
Глава VII. Между ортодоксальностью и ересью
Глава VIII. Бог, обретший плоть
Глава IX. Тернистый путь к доктрине
ГлаваX. «Ты — Петр...»
Глава XI. Под сенью Константина
Глава XII. Призвание к мученичеству
Глава XIII. Женщины, святые
Глава XIV. Несгибаемый Амвросий
Глава XV. Урок Августина
Глава XVI. Власть и аскеза
Глава XVII. Начало и конец истории
Послесловие. Пояснения {Ремо Качитти)
Библиография
Указатель имен
 

Коррадо Ауджиас -  Ремо Качитти - Исследование христианства - Как воздвигается религия - О ЧЕМ ИИСУС НЕ ГОВОРИЛ

 
Иисус никогда не говорил, что хочет основать религию или церковь, которые будут носить его имя; никогда не говорил, что должен умереть, чтобы искупить своей кровью первородный грех Адама и Евы, то есть восстановить союз Бога и человека; никогда не говорил, что он рожден от Девы и что зачатие состоялось при участии Бога; никогда не говорил, что он является единой и неделимой субстанцией с его Отцом — Богом и с неопределенной нематериальной сущностью, названной Духом.
 
Иисус никогда не придавал особого значения крещению; не учреждал никакой церковной иерархии, пока был жив; никогда не говорил о заповедях, правилах, полномочиях, облачениях, порядках наследования, литургиях, формулах; никогда не помышлял о создании несметного полчища святых. Он не просил, чтобы Евангелия рассказывали о его беседах и делах, и сам ничего не писал, кроме нескольких слов, начертанных перстом на песке. Иисус был евреем и оставался им всегда; и тогда, когда сказал: «Не думайте, что я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел я, но исполнить» (Евангелие от Матфея 5,17); и тогда, когда, уже испуская дух, повторил душераздирающий вопль Псалма 21: «Боже мой, Боже мой, для чего ты меня оставил?».
 
На фоне этих неоспоримых истин сам по себе возникает вопрос: как же тогда появилось христианство? Кто и когда установил его нормы и порядки, ритуалы и догмы? Иисус никогда не думал сделать обязательным определенное поведение или узаконить единственную правду Он увещевал, молился, показывал пример. И не было ничего более далекого от него, чем свод законов, монархическая организация, суверенное государство с собственной территорией, валютой, армией, полицией и юстицией, пусть и сведенными — после ожесточенной борьбы — к чисто символическим значениям. И снова встает вопрос: кто разработал все это? зачем? когда?
 
Эволюция христианства, рассмотренная в своем реальном развертывании согласно методам историческим, а не богословским, представляет собой запутанную историю человечества, полную драм, противоречий, противостояний различных мнений на всех уровнях: диалектика, гениальное изобретение, гипотетическое воссоздание неизвестных событий ценой решения самых невероятных парадоксов; несомненно, любовь к ближнему в убежденности делать все для его блага — и в то же время политические интересы, злоупотребления и обманы; нередко и сопротивление переменам, вплоть до кровопролития.
 
Вкратце: если мы рассмотрим факты только с точки зрения истории, ничто не отличает медленное и противоречивое зарождение этой религии от любого другого движения, способного изменять сознание и расчеты, вовлекая общество в целом и отдельных индивидов, которые в нем и за счет него существуют. Зигмунд Фрейд в своем труде Будущее одной иллюзии писал: «Когда дело идет о вопросах религии, люди берут на себя грех изворотливой непорядочности и интеллектуальной некорректности». Возможно, чересчур сильно сказано, ведь не всегда и не для всех это так. И довольно часто речь идет о «непорядочности» особой — чтобы дать людям утешение, которое жизнь дарует редко. Однако верно и обратное фрейдовской фразе: научно-исторические исследования, проведенные с использованием строгих критериев и подчиняющиеся лишь собственной деонтологии, исключают любую «непорядочность», ставя целью привести к точным результатам. Точным на данный конкретный момент, добавлю. То есть точным до того, как другие исследования, открытия и документы опровергнут предыдущие и предложат новые.
 
Разница между историей (и любой другой научной деятельностью) и теологией именно в этом: наука тяготеет к неустанному приближению к истине, способной самосовершенствоваться, а богословие склонно считать свои постулаты неизменными, даже когда научные открытия делают их очевидно неправдоподобными. Научные изыскания и религиозные убеждения, усовершенствование проверяемых заключений и вера в абсолютные истины находятся на разных плоскостях. И для тех, и для других есть место и законное право в самосознании и чувствах индивидов, гораздо меньше в сфере разума и общественной деятельности. Политическая и коллективная истина, сотканная из посредничества и случайностей, отличается от веры и ее неизменных догм. Философ Руссо писал: «Христианин не может быть хорошим гражданином. А если он таков, то только по факту, а не по призванию, потому что отечество христианина не от мира сего». Мы увидим, насколько верно это суждение и какой вес имел этот принцип, когда христианство медленно отдалялось от первоначального иудаизма, чтобы стать самостоятельной религией.
 
Профессор Ремо Качитти преподает античную христианскую литературу и историю христианства на факультете филологии и философии Миланского государственного университета, и в этих материях он ас. В диалогах, собранных в данной книге, он реконструирует события, которые характеризуют становление христианства согласно результатам последних, самых достоверных исследований. Ничего исторически не проверенного не проникает в его рассказ. Читателя ожидает множество сюрпризов, которые удивили и меня, в то время как я внимал его словам.
 
Повествование, основанное на документах, очень отличается от теологической теории, которая, чтобы пробудить веру, должна видоизменять факты, «отфильтровывать» их посредством категорий, неподконтрольных рассудку. Те, кому хватит терпения прочесть эти страницы, узнают, как профессор Качитти ответит на этот специфический вопрос, а также об ответственности и ограничениях исследований.
 

28/12/2014

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 8.9 (8 votes)
Аватар пользователя ElectroVenik