Райт - Апостол Павел и верность Бога - в 3-х томах - Том 2

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомиться, вступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Николас Томас Райт - Павел и верность Бога - Том 2
Многотомная эпопея по библеистике Нового Завета Николаса Томаса Райта - Истоки христианства и вопрос о Боге
  • «Новый Завет и народ Божий»    Коллоквиум, 2013
  • «Иисус и победа Бога»     ББИ, 2005
  • «Воскресение Сына Божьего»   ББИ, 2008
  • «Paul and the faithfulness of God»  Fortress Press Edition 2013
  • «Апостол Павел и верность Бога»  в 3-х томах, Коллоквиум, 2015, 2018

От мировоззрения - к богословию. Никакого «или-или» здесь нет, да и быть не должно. Исследуя мировоззрение Павла, мы понимаем, почему его богословие именно такое, какое оно есть, а иным и быть не могло. Верно и обратное, изучая богословие Павла, мы лучше понимаем его мировоззрение - хотя, разумеется, обе эти плоскости нам не удастся изложить последовательно в одной и той же книге. Мировоззрение и богословие всегда идут вместе, как курица и яйцо, но не как рыба с жареной картошкой. Если, по примеру некоторых, мы попробуем заменить мировоззрениеу например, космологией, то увидим, что эти две реальности - мировоззрение плюс богословие - расположены в одной системе координат, как видим это у Энгберга и Педерсена в их изложении стоицизма (у них стоицизм представляет собой именно богословие плюс космологию).[1] Такое использование терминов кажется мне неверным и запутывающим; однако стоит отметить, что и я сам недалеко от этого ушел.
 
Я верю, что вполне возможно такое понимание богословия Павла, при котором мы уделяем внимание и целому, и частям: и тем разнообразным историческим обстоятельствам, с которыми имел дело апостол, и многочисленным общественным и церковным вопросам и проблемам, с которыми он сталкивался. Отыскивая для этой цели место в ландшафте современных исследований Павла, читатель увидит, что именно такой подход сведет вместе и соединит в подлинно Павловой гармонии те различные темы или направления его мысли, которые в глазах современных исследователей слишком часто друг друга заслоняют и даже друг другу противоречат (оправдание, причастие, преображение, конец света, завет, история спасения - а также, несомненно, и многие другие; в том числе и старинная геометрическая метафора, чреватая дуализмом - вертикальное и горизонтальное измерения богословия Павла). Конечно, у Павла, как у любого великого мыслителя, встречаются и острые углы, и внутренние противоречия. Однако с предложенной мною точки зрения в его трудах - не только в маленьком их центральном ядре, но и во всей широте его писаний - видна несомненная последовательность и внутренняя цельность. И это главный аргумент в пользу их подлинности.
 
Снова и снова я буду говорить о последовательности рассуждений - будь то в целом послании, в его разделе, главе или абзаце. Удивительно, до какой степени пренебрегают этим исследователи богословия Павла в целом или отдельных его сторон. Особенно странно видеть, как во многих комментариях - где, казалось бы, чем же еще и заниматься, как не следить за мыслью комментируемого текста - авторы умудряются этого не делать, а вместо этого рассматривают послание Павла как какой-то сборник афоризмов, отдельных богословских изречений, от случая к случаю дополненных доказательными текстами из Писания и тому подобным. Я же, напротив, считаю аксиомой, что Павел предлагал своим читателям последовательные рассуждения, а не клочки и отрывки, не разрозненные топосы, случайно собранные вместе, словно жемчужины разного размера и формы, произвольно нанизанные на одну нить. (Здесь мне вспоминается знаменитое замечание Морны Хукер о форм-анализе, согласно которому в Евангелиях мы видим жемчужные ожерелья - небольшие предания, собранные вместе без всякого внимания или интереса к их взаимной связи - что выдает чисто мужской взгляд на вещи: всякой женщине понятно, что расположение жемчужин не менее важно, чем ценность каждой из них в отдельности.) Речь о том, что исследование богословских тем Павла, как по отдельности, так и в их взаимном соотношении, призвано помочь нам понять ход его рассуждений в посланиях и отдельных их частях, а также показать их взаимосвязь. Лучший довод в пользу моей гипотезы - это работает. Как пишет Эрнст Кеземанн в начале своих великих комментариев на Послание к Римлянам:
Пока мне не докажут обратное, я полагаю, что у текста есть общая тема и своя внутренняя логика, быть может, уже не вполне нам понятная."
 
Первая часть этого утверждения (о наличии общей темы и внутренней логики) - не что иное, как приглашение к исследованию; вторая часть (вопрос, может ли эта логика быть нам понятна) говорит о ждущих на этом пути трудностях.
 

[1] О значениях «богословия» в древности см. т. I, с. 319-323.
 

Николас Томас Райт - Павел и верность Бога - Том 2 - Четвертая часть труда «Истоки христианства и вопрос о Боге»

Пер. с англ. Натальи Холмогоровой - Черкассы: Коллоквиум, 2018 - 789 с.
ISBN 978-966-8957-66-6

Николас Томас Райт - Павел и верность Бога - Том 2 - Четвертая часть труда «Истоки христианства и вопрос о Боге» - Содержание

Chu. Середина
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ - БОГОСЛОВИЕ ПАВЛА
Введение к третьей части
9. Единый Бог Израиля – новое откровение
  • 1 Иудейское единобожие первого века нашей эры
  • 2 Новое утверждение единобожия у Павла
    • (i) Страдание во имя Единого Бога
    • (ii) Бог - творец и судия
    • (iii) Один Бог и один народ
  • 3 Единобожие - новое откровение. Иисус
    • (i) Павел и происхождение христологии
    • (ii) Иисус и Бог исхода, освобождения и премудрости
    • (iii) Иисус как воскресший и воцарившийся Мессия
  • 4 Переосмысленное единобожие. Дух
    • (i) Введение
    • (ii) Дух как новая Шехина
    • (iii) Дух и новый исход
    • (iv) Единобожие и Дух
  • 5 Единобожие и единая семья. Послание к Ефесянам
  • 6 Переосмысленное единобожие и царство Божье
  • 7 Единобожие и новый взгляд на зло
    • (i) Иудейское единобожие и проблема зла
    • (ii) Участь мира и спасение в богословии Павла
    • (iii) Проблема Рим. 1,18 - 2,16
    • (iv) Заключение
  • 8 Заключение
10. Новый народ Божий
  • 1 Введение
  • 2 Израиль и его предназначение
    • (i) Адам и Авраам
    • (ii) Завет, суд закона и праведность
    • (iii) Цель завета - спасение мира через Израиль
  • 3 Мессия Израилев и богоизбранность народа
    • (i)  Иисус - Израилев Мессия
    • (ii) Иисус - верный Мессия Израилев
    • (iii) Иисус - верный Мессия и проблема Торы
    • (iv) Иисус - Мессия и примиритель народа с Богом
    • (v) Иисус - Мессия и защитник народа
    • (vi) Мессия, надежда Израиля, и Тора
  • 4 Богоизбранность и Дух. Оправдание народа Мессии
    • (i)  Введение
    • (ii)  Благовестие и Дух
    • (iii) Вера, оправдание и народ Божий
  • 5 Заключение. Новое определение богоизбранности
11. Новый взгляд на будущее
  • 1 Введение
  • 2 Бог Израиля и рассказ о надежде
  • 3 Надежда исполненная и обновленная
  • 4 Надежда грядущая
  • 5 Эсхатология и жизнь христианина
  • 6 Эсхатология и новое понимание богоизбранности
  • 7 Заключение
    • (i)    Новая надежда Павла
    • (ii)  Значение богословия Павла
    • (iii) Три мира богословия Павла
ShuChu. Сосредоточенность
 

Николас Томас Райт - Павел и верность Бога - Том 2 - Четвертая часть труда «Истоки христианства и вопрос о Боге» - (III) Три мира богословия Павла

 
Составив таким образом представление о богословии Павла, мы получаем возможность ясно видеть и понимать три мира, в которых он жил - и в которые мы теперь возвращаемся. Павел критиковал свой родной иудаизм не за то, что тот плох, или устарел, или второсортен, или грешит полупелагианством, или больше занят физическими вопросами, чем духовными. Критика его состояла в том, что Бог Израилев наконец исполнил свои обетования - однако Израиль этого не заметил и не понял: отверг собственного Мессию, отказался верить благой вести о кресте и воскресении. Мессия «пришел к своим, и свои его не приняли». Случись Павлу прочесть эти слова в Евангелии от Иоанна - несомненно, он кивнул бы и пробормотал: «Как же, об этом я написал целых три главы!» Несомненно, переосмысливая и перерабатывая иудейские воззрения на Бога, Божий народ и Божье будущее, Павел пришел к таким мыслям, которых соплеменники, не разделявшие его веру в Иисуса, принять никак не могли. Однако в каком-то смысле все богословие Павла исходит из эсхатологии. Его учение напоминает кумранское - о том, что Бог тайно обновил свой завет с учителем праведности, а весь остальной Израиль остался за бортом. Бог сделал то, что обещал, но многие и многие в народе Божьем этого не заметили. Значит, в своем прочтении писаний Павел неизбежно будет полемизировать с этими многими. Подробнее мы исследуем этот вопрос в главе 15.
 
Что же касается греческой популярной религии и философии - переосмысленные единобожие, богоизбранность и эсхатология давали Павлу устойчивую позицию, с которой он мог критиковать, чаще скрыто, но иногда и напрямую, философии того времени, не в последнюю очередь весьма популярный стоицизм. Однако подлинной его мишенью была народная вера во многих богов - многих господ, многих идолов, требующих себе верности, развращающих и расчеловечивающих тех, кто им служит. Не вполне ясно - по крайней мере, мне - направляет ли Павел отдельные обличения против мистических религий Востока. Библеистика уже показала, что Павлово богословие крещения с этими источниками не связано; возможно, он понимал, что в его взгляде на инициацию христианина кто-нибудь может усмотреть сходство с обрядами мистерий - но, насколько я понимаю, сам нигде, ни прямо, ни косвенно об этом не высказывался. Я вижу Павла в языческом мире таким же, каким видел его Лука в Афинах: в городе, полном идолов, он скорбит - и использует любую возможность, чтобы завести разговор о важном. Однако на уровне надежды, с которой мы начали эту главу, никакого соперничества с язычеством у Павла не было и быть не могло. Надежда в античном мире существовала лишь в двух ипостасях: либо тебе так или иначе улыбнется Фортуна -либо ты сумеешь бежать из мира и забыться блаженным сном в полях Элизия. Все, чему верил, чему учил, чем жил Павел, отвергало обе эти возможности: он проповедовал Бога, непривычного для эллинского мира - Бога-творца и судию. Подробнее мы поговорим об этом в главах 12 и 13.
 
Быть может, самым поразительным в надежде Израиля, получившей у  Павла свое новое выражение, стало ее непреднамеренное совпадение с реализованной эсхатологией Августовой эпохи. Мы уже видели в главе 4: так сложилось, что свою долгую историю Израиля от Авраама до Мессии Павел рассказывал в мире, где гремела на всю ойкумену Виргилиева история Рима - от Троянских войн до царствования Августа. Когда Павел говорил о парусии или эпифании Иисуса - он обращался к слушателям, много раз слышавшим эти слова применительно к совсем иному воплощенному богу. Завершая этот раздел книги, в последний раз окидывая взором переработанное Павлом иудейское богословие, не будем удивляться тому, что, подобно книгам Бытия, Исайи и Даниила, Павел рассказывал и проживал историю Бога-творца, народа Божьего, Божьих замыслов о мире - в языческой империи, также обещавшей своим подданным блестящее будущее. В следующей главе, открывающей последнюю часть нашей книги, мы обсудим столкновение Павла с миром Римской империи - хорошая отправная точка для перехода от его мировоззрения и богословия к тому, какое место занимал он в современных ему сложных и переплетающихся мирах. Вооружившись вниманием и терпением, отсечем мы множество изученных ранее деталей и сосредоточимся на одном вопросе - так сказать: «А что же сделал апостол Павел на самом деле?» И стаи птиц, беспорядочно носящихся в воздухе, сольются в одну.
 
Для этого мы попытаемся установить историческое, культурное, интеллектуальное место Павла в отношении к мирам, о которых говорили в Части первой. Только после этого имеет смысл браться за общую характеристику самого апостола и тех путей, которыми он исполнял свое призвание. Эсхатологическое видение победы Мессии в былом и грядущем, неустанной работы Духа и близящегося нового творения привело Павла к тому миросозерцанию, что с неподражаемым дарованием выразил Джерард Мэнли Хопкинс:
 
И все ж не истощится ввек природа –
Живет родная свежесть в глубине:
На западе луч сгинул с небосвода,
Идет заря с востока, а над ней –
Сам Дух Святой - вдохнуть Его забота
Тепло во плоть, согреть - крылом в огне.
 
Эта Птица с огненными крылами и есть та, в которой встречаются и сливаются воедино все предыдущие.
 
 
2018-06-28
 
 

Категории: 

Оцените - от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя asaddun