Шинаков - От Чернигова до Смоленска

С книгами, рекламируемыми на сайте, можно лично ознакомитьсявступив в клуб Эсхатос, или оформив заявку по целевой программе.
Шинаков Евгений - От Чернигова до Смоленска. Военная история югозападного русского порубежья с древнейших времен до XVII в.
В воздухе просвистели вылетевшие из густого ельника короткие деревянные стрелы с маленькими кремневыми и костяными наконечниками. Несколько рослых светловолосых воинов в мгновение ока были сражены ими. Нападение произошло неожиданно — из засады. Невзрачные на вид наконечники оставили на их теле малозаметные отверстия. Наконечники имели с обратной стороны два острых шипа, которые затрудняли их извлечение из небольшой ранки и превращали ее в долго не заживающую и гноящуюся рваную язву.
 
Такие наконечники обнаружены на стоянках эпохи неолита на Судости (Борки, Курово) и Десне (Сагутьево) в юго-восточной части Брянской области. Некоторые из таких наконечников, особенно в боевых условиях, а не для охоты, обмакивались в трупный яд. Это приводило к тому, что и раненый воин вскоре умирал. И все же, предохраняя себя от смертельной опасности, большая часть воинов, вслед за которыми двигались повозки со скарбом и домочадцами, успевала заслониться деревянными или плетеными, сделанными из ивняка и обтянутыми бычьими шкурами щитами. Кое у кого были и привезенные из далекой Британии целиком бронзовые щиты.
 
Военный вождь, издав гортанный крик и указав булавой с дорогим нефритовым наконечником на лесные заросли, призвал к действию. Озверевшие от неожиданного нападения и потери своих соплеменников воины, головы которых украшали скальпы туров с рогами, а на шеях бряцали ожерелья из клыков кабана, выхватив из-за щитов и поясов копья и топоры с медными, а большей частью каменными сверлеными лезвиями, бросились, невзирая на повторный залп, на невидимого врага. В ближнем бою их боевые топоры доказали свое полное превосходство над кремневым и костяным оружием противника, большая часть которого не ушла от возмездия — была перебита, а остальная обращена в бегство. Подобного рода топоры изготовлялись с помощью шлифовки мягких пород камня сырым песком, а сверлились полыми круглыми костями с песком в качестве абразива. Подобными топорами были вооружены пришельцы из Центральной Европы, знавшие уже и медную металлургию, но вынужденные из-за нехватки сырья на равнинах Украины вернуться к прадедовскому материалу.
 

Шинаков Евгений - От Чернигова до Смоленска. Военная история юго-западного русского порубежья с древнейших времен до XVII в.

М.: Центрполиграф, 2018. 351 с.
(Новейшие исследования по истории России)
ISBN 978-5-227-08031-8
 

Шинаков Евгений - От Чернигова до Смоленска. Военная история юго-западного русского порубежья с древнейших времен до XVII в. -  Оглавление

Введение
 
Часть I. ПРЕДЫСТОРИЯ И ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ ПОДЕСЕНЬЯ В ПЕРИОД ДРЕВНЕЙ РУСИ
  • Глава I. От первобытности — к славянам
    • 1. Топоры против стрел: свидетельствует археология
    • 2. За стенами городищ
    • 3. На «обочине» Великого переселения народов
    • 4. В конце Великого переселения народов: славяне и тюрки
  • Глава II. Между Черниговом и Смоленском: в составе Древнерусского государства (IX — начало XII века)
    • 1. Предыстория: на пути к державе Рюриковичей
    • 2. В составе Древнерусского государства
  • Глава III. Междоусобные войны в Брянско-Деснинском крае в эпоху феодальной раздробленности
    • 1. Сражение под Карачевом. Войны 1146—1155 годов
    • 2. Вщижские войны
    • 3. Стародубские войны 1167 и 1176 годов
    • 4. Региональный аспект похода на половцев в 1185 году и съезд в селе Рогово в 1193 году
    • 5. Вооружение XII — начала XIII века
Часть II. МЕЖДУ ОРДОЙ И ЛИТВОЙ
  • Глава IV. Придеснинский край и монголо-татары в XIII — начале XIV века
    • 1. Брянщина и монголо-татарские походы начала — середины XIII века: Калка и Северный поход Батыя
    • 2. Юг Черниговской земли и монголы в 1238—1240 годах
    • 3. Установление зависимости от Орды, изменение положения чернигово-брянских земель во второй половине XIII века
    • 4. «Ахматова замятия» и ее последствия
    • 5. Литовский поход 1263 года и иные направления военных действий
    • 6. Взятие Брянска татарами в 1310 году, его причины и последствия
  • Глава V. В эпоху великих битв (вторая половина XIV — первая половина XV века)
    • Раздел первый. От Синих Вод до Ворсклы
      • 1. От Орды — к Литве
      • 2. Куликово поле и Брянский край
      • 3. Завершение присоединения всего Брянско-Деснинского региона к Великому княжеству Литовскому и катастрофа на Ворскле
    • Раздел второй. В составе Великого княжества Литовского. Набат Грюнвальда
      • 1. Грюнвальд и Швентойя
      • 2. Грюнвальд
      • 3. После Грюнвальда: на периферии великих событий. Брянский край и гражданские войны в Литовском и Московском государствах в XV веке
      • 4. Организация и вооружение войск русско-литовско-татарского пограничья в середине XIV — середине XV века
Часть III. НА РУБЕЖАХ ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО И РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ
  • Глава VI. Московско-литовские войны конца XV — первой трети XVI века. Стародубская трагедия
    • 1. Подесенье в середине — второй половине XV века: «предвоенный период»
    • 2. Войны за присоединение русских земель Литвы к России: конец XV — начало XVI века
    • 3. Игры судеб
  • Глава VII. На крымской украйне
    • 1. Укрепление новых границ, крымско-татарские набеги
    • 2. Ответ России
    • 3. Казаки
    • 4. Организация обороны
    • 5. Почему было нельзя взять Крым?
    • 6. Стародубская война (1534—1536). Состав и вооружение армии
    • 7. Организация и вооружение русских войск в конце XV — первой половине XVI века
  • Глава VIII. Смута в Брянском крае (1603—1618)
    • 1. Начало военных событий Смуты
    • 2. Добрыничи (Добрунь)
    • 3. Восстание Болотникова. Лжедмитрий II в Подесенье
    • 4. Казаки во время Смуты. Рейд Лисовского и Брянский край
  • Глава IX. От Смуты до Андрусова. Раздел гетманства, примирение с Речью Посполитой
    • 1. Брянский край после Деулинского перемирия: российская часть
    • 2. Польская часть Брянского края после Деулинского перемирия
    • 3. Смоленская война — южный фронт
    • 4. «Балашовщина» и чертопрудовцы
    • 5. Оборонительные действия на юге Подесенья в ходе Смоленской войны
    • 6. От Поляновского мира к Переяславской раде. Севский «укрепрайон» и крымская угроза
    • 7. Подесенье в российско-польской войне 1654—1667 годов. Конотопская трагедия (1658). Оборона Глухова и Севска (1664), отступление Яна-Казимира
    • 8. Андрусово: итоги и последствия российско-польской войны. Изменение военно-политических доминант. Судьбы Украины и земель региона
Список литературы
Персоналии 
Список сражений и войн, связанных с территорией
Подесенья
 

Шинаков Евгений - От Чернигова до Смоленска. Военная история юго-западного русского порубежья с древнейших времен до XVII в. - Введение

 
Война... в этом слове для большинства людей сосредоточен исключительно отрицательный смысл. В то же время не пустыми словами являются и такие понятия, как воинская доблесть и честь, военная культура и искусство, гениальность полководца, вошедшая в поговорку солдатская смекалка, справедливая и освободительная война, боевое братство. Это и блестящая атака кавалергардов, и воодушевляющие, будоражащие душу, победные парады, яркие мундиры и награды. В общем, если не война, то военная история, ее антураж, атрибуты имеют несомненную привлекательность для десятков тысяч людей по всей Европе — иначе никак не объяснишь столь массовый характер движения исторических реконструкторов.
 
Есть те, кто говорит о естественности, имманентности («присущности») войн человеческому обществу. Они даже находят в них положительные, «полезные» свойства. С точки зрения психологии «больших масс» войны дают выход естественной агрессивности некоторой части людей, которая в противном случае обратилась бы внутрь общества. Война содействует научно-техническому прогрессу. Есть политологические теории, в соответствии с которыми именно войны, как частный случай насилия или сопротивления насилию, борьбы между группами людей, разными социумами, являются одной из главных причин социально-политического прогресса, приводящего в итоге к возникновению цивилизации и образованию государств. Без войн нечем было бы заняться и нечем оправдать существование таких слоев населения, как рыцарство и дворянство, для которых война — «стезя чести и славы», а сами они (в идеале, конечно) — образец поведения, морали для остальных, «подлого состояния», людей. Сами же феодалы, да и многие другие авантюристы-наемники боготворили войну, так как только благодаря ей могли приобрести богатство и положение в обществе (а не как другие — эксплуатацией труда мастеровых, торговлей или ростовщичеством, хорошо подвешенным языком, а не шпагой, а то и вообще спекуляцией, мошенничеством или казнокрадством). Вспомним хотя бы поднявшихся из низов маршалов Наполеона.
 
Однако все эти теории создают либо профессиональные военные, либо ученые-политологи и политикоантропологи, явно не «призывного» возраста и в войнах не участвовавшие, либо политики, стремящиеся к власти над своим и чужими народами и использующие идеи некоторых «психологов толпы» и философов, таких, как автор психоанализа 3. Фрейд и философов типа Ф. Ницше. Для них, как сказал О. Бисмарк, война есть просто «продолжение политики иными средствами». Впрочем, представления о необходимости периодической «встряски» и обновления сил людей, особенно при переходе в иной «возрастной класс, либо при вступлении в брак, есть и у некоторых «варварских» (по уровню социального развития) народов — папуасов, маори, кельтов, ацтеков, зулусов и др.
 
В то же время большинство людей считают, что любая война несет в первую очередь смерть и разорение. Что касается научно-технического прогресса, то, во-первых, он есть далеко не во всех областях жизни людей, война несет и регресс, разрушение производительных сил, а во-вторых, были периоды прогрессивных сдвигов в науке и технике, с войной первоначально никак не связанные — промышленные и научно-технические революции в Европе в конце XVIII и в конце XIX — начале XX века, да и в настоящий период. Что касается естественного отбора, то в войнах как раз в первую очередь гибнут самые честные, бесстрашные, да и просто — молодые люди, еще не давшие потомства, а хитрые, изворотливые, да и просто больные и слабые выживают и дают потомство. Кроме того, в них вынуждена принимать участие не только заинтересованная в них военная элита, но и абсолютно невоинственные и выгод от войны не имеющие, рядовые солдаты, а то и просто мирные люди, женщины и дети — будущее нации. С психологической точки зрения война, как и любое убийство себе подобных, противна естественной человеческой природе и является абсолютной глупостью.
 
В аспекте культуры и идеологии — война, конечно, добавляет сюжетов и для той, и для другой, создаются целые эпосы и эпопеи (хотя бы Махабхарата и Илиада, русский былинный и осетинский нартский эпос, киргизский эпос «Манас», армянский «Давид Сасунский», германский «Песнь о нибелунгах»), на примерах успешных войн воспитывается патриотизм, но в ходе тех же войн безвозвратно уничтожаются культурные ценности, рождается труднопреодолимая вражда между народами (хотя, наоборот, бывшие противники, если войны велись относительно «благородно», испытывают уважение и интерес друг к другу). С точки зрения навязывания идеологии насильно это может иметь место (исламизация завоеванных арабами и турками народов или христианизация завоеванных немцами народов Прибалтики), но это результат скорее не самой войны, а следующих за ней весьма длительных процессов.
 
Не всегда победа достается более культурным народам и странам, нередко ее достигают более отсталые в культурном плане, но более воинственные, беспощадные к врагу и «зацикленные» на одной цели, все ей подчинившие и организованные общности. Так, кочевники часто завоевывали гораздо более «цивилизованные» государства Китая, Передней и Южной Азии, Юго-Восточной Европы, что тормозило развитие последних. В этой же связи — далеко не всегда побеждают более храбрые, умные, а уж тем более — честные. Часто победа достается более хитрым, беспринципным, жестоким. Другое дело, что затем завоеватели попадают под воздействие культуры и даже языка завоеванных, но это случается далеко не всегда, бывает и наоборот.
 
Россия — геополитическое по масштабам пограничье Запада и Востока — совокупность не только народов, часто разных по своему происхождению, языковой принадлежности и этнокультурному облику, но и весьма непохожих друг на друга регионов. Есть регионы полиэтичные, хотя и находящиеся в глубинах России — Среднее Поволжье, Урал, например. А есть такие, которые в настоящее время обладают относительным этническим единообразием, но при этом имеют большие традиционные исторические и культурные связи с пограничными регионами соседних государств, с которыми некогда составляли единое целое ряда археологических культур, Древней Руси, некоторых русских княжеств, Великого княжества Литовского и Русского, Речи Посполитой, Российского централизованного государства. В связи с этим история, особенно военная, этих регионов, как в зеркале, отражает историю не только России и сопредельных с этими регионами государств, но и достаточно отдаленных от них стран — Польши, Болгарии, Чехии, Литвы.
 
Недаром в начале XXI века (в 2003 году) в рамках евроинтеграции был создан трансграничный еврорегион «Днепр» в составе вначале Черниговской, Брянской и Гомельской областей, к которым вскоре присоединились Сумская, Могилевская, Курская, Калужская и Орловская области. Такой выбор не случаен, а исторически обусловлен общими судьбами в предыдущие столетия и даже тысячелетия. Географическим стержнем этих территорий является река Десна с ее притоками, протянувшаяся с севера на юг почти от верховий Днепра и Смоленска (Ельня) до Чернигова, где Десна вновь сближается с Днепром и сливается с ним под Киевом, на востоке ее притоки вплотную подходят к Поочью и степям за Курском в верховьях ее главного притока — Сейма, на западе — к Радимичско-Белорусскому Посожью. Это вечное пограничье, в котором менялся только его характер (через него проходили рубежи этнические, военно-политические, даже геополитические, но никогда — цивилизационно-культурные).
 
При этом всегда сохранялись внутрирегиональные, «межграничные» связи и контакты. Сейчас этот процесс несколько нарушен, но, с учетом исторической ретроспективы, вряд ли надолго. В настоящее время ядром данного межграничного региона является Брянская область — единственный регион России, порубежный одновременно и с Беларусью, и с Украиной. Она не только в настоящее время находится на перекрестке народов и государств. Само ее физико-географическое расположение вдоль главного ландшафтного рубежа Русской равнины — границы леса и лесостепи — предопределило еще с бронзового века (примерно четыре с половиной тысячи лет назад) противостояние скотоводов Юга и земледельцев Севера. Не раз орды кочевников разных племен и народов поднимались вдоль долин Десны и Судости, круша и сжигая расположенные по их берегам поселения. Этим же путем пришли в первом тысячелетии нашей эры и славянские переселенцы, отношения которых с местным населением также далеко не всегда были мирными.
 
В эпоху Киевской Руси (IX—XIII века) Брянщина сначала явилась пограничьем четырех восточнославянских племенных союзов с Древнерусским государством, процесс включения которых в его состав проходил длительно и сложно, был чреват военными конфликтами. Затем Среднее Додесенье явилось ареной борьбы и перекройки границ трех: Черниговского, Смоленского и Новгород-Северского великих и ряда более мелких удельных княжеств. Татаро-монгольское нашествие лишь вскользь затронуло территорию современной Брянской области, но зато позднее, вплоть до Северной войны 1700—1721 годов, Брянщина почти непрерывно была театром военных действий для ряда соперничавших государств Восточной и Северной Европы: Брянское, Смоленское, Рязанское и Московское великие княжества, Великое княжество Литовское, позднее — Речь Посполитая и Русское централизованное государство, Россия и Швеция. Добавим сюда набеги крымских ханов, непростые отношения с украинским гетманством, ряд гражданских войн и восстаний, сотрясавших и Литву, и объединенное Польско-Литовское государство, и Россию, вплоть до 1919 года (поход Добровольческой армии на Москву).
 
Отдельная страница — Великая Отечественная война, когда военные действия четырежды (имеются в виду события середины августа — начала сентября и начала октября 1941 года, затем марта и середины августа—сентября 1943 года) прокатывались по Брянщине, а в промежутках шли бои между оккупантами, партизанами и полицейскими формированиями коллаборационистов. Даже в относительно спокойный для нее период с 1709 по 1918 год, как, впрочем, и раньше и позже его, жители современной Брянской области принимали участие в ряде исторических сражений и войн, не затрагивавших непосредственно ее территорию. Война стала многотысячелетним фактором политического, экономического и социального развития этой извечно пограничной земли — Брянского края.
 
 
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя Андрон