Ливий Тит - Римская история от основания города

Ливий Тит - Римская история от основания города. Полное издание в одном томе
Рутулы, народ по тем местам и по тому времени весьма богатый, владели Ардеей. Это-то обстоятельство и было причиной войны, так как римский царь, истощив средства на великолепные общественные сооружения, желал обогатиться сам и задобрить поживой граждан, которые, негодуя на царскую власть за разные проявления гордости царя, возмущались и тем, что ими пользуются, как ремесленниками и рабами. Попробовали, нельзя ли взять Ардею приступом; когда же это не удалось, то начали теснить врага осадой и осадными сооружениями.
 
На этой стоянке, как это обычно при более продолжительной, чем ожесточенной войне, отпуски были довольно свободные, хотя больше для начальников, чем для воинов; так царские юноши проводили досужее время в своем кругу, иногда среди пиров и попоек. И вот, когда они бражничали у С. Тарквиния и в числе их находился и Тарквиний Коллатин, сын Эгерия, случайно вспомнили о женах; каждый расхваливал свою. Когда разгорелся спор, то Коллатин заметил, что нечего тратить слова, что через несколько часов можно убедиться, насколько его Лукреция выше других. «Если в нас есть юношеские силы, то сядем на коней и увидим воочию характер наших жен: что представится взорам неожиданно приехавшего мужа, то и должно быть наибо- лее убедительным». Они были разгорячены вином. «Ну, конечно!» — заявили все. Пришпорив коней, они ускакали в Рим. Прибыв туда в начале сумерек, они отправляются в Коллацию, где находят Лукрецию не как царских невесток, которые проводили время в роскошном пиру со сверстницами, а занятой в позднюю ночь пряжей, сидящей посредине дома и окруженной прилежными служанками. Победа в этом состязании жен была за Лукрецией. Прибывший муж и Тарквинии были приняты приветливо, и победитель-супруг приглашает царских сыновей. Тут С. Тарквинием овладела преступная страсть опозорить насильно Лукрецию; пленяла его и красота, и всем известное целомудрие. Но тогда с ночной прогулки они возвращаются в лагерь.
 

Ливий Тит - Римская история от основания города. Полное издание в одном томе

(Полное издание в одном томе)
Москва: «Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2017 г. — 1290 с.
ISBN 978-5-9922-1618-9
 

Ливий Тит - Римская история от основания города. Полное издание в одном томе - Содержание

Предисловие 
  • КНИГА I (753—509 гг. до н. э.)
  • КНИГА II (509—468 гг. до н. э.)
  • КНИГА III (467—446 гг. до н. э.)
  • КНИГА IV (445—405 гг. до н. э.)
  • КНИГА V (404—390 гг. до н. э.)
  • КНИГА VI (389—367 гг. до н. э.)
  • КНИГА VII (366—342 гг. до н. э.)
  • КНИГА VIII (342—322 гг. до н. э.)
  • КНИГА IX (321 —304 гг. до н. э.)
  • КНИГАХ (303—293 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXI (219—218 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXII (217—216 гг. до н. э.)
  • КНИГАXXIII (216—215 гг. дон. э.)
  • КНИГА XXIV (215—213 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXV (213—212 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXVI (211—210 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXVII (209—207 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXVIII (207—205 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXIX (205—204 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXX (203—201 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXXI (201—200 гг. дон. э.)
  • КНИГА XXXII (199—197 гг. дон. э.)
  • КНИГА XXXIII (197—195 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXXIV (195—193 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXXV (193—192 гг. до н. э.)
  • КНИГАXXXVI (191 г. дон. э.)
  • КНИГА XXXVII (190 г. дон. э.)
  • КНИГА XXXVIII (189—187 гг. до н. э.)
  • КНИГА XXXIX (187— 1 83 гг. до н. э.)
  • КНИГА XL (182—179 гг. до н. э.)
  • КНИГА XLI (178—174 гг. до н. э.)
  • КНИГАXL1I (173—171 гг. дон. э.)
  • КНИГА XLIII (171—169 гг. до н. э.)
  • КНИГА XLIV (169—168 гг. до н. э.)
  • КНИГА XLV (168—167 гг. до н. э.)

Ливий Тит - Римская история от основания города. Полное издание в одном томе - КНИГА I (753—509 гг. до н. э.). Предисловие

 
Будет ли стоить труда, если я напишу историю римского народа с основания города, я хорошенько не знаю, да если бы и знал, то не решился бы сказать: дело в том, что предприятие это, как я вижу, и старое, и многими испробованное, причем постоянно появляющиеся новые писатели думают или привнести нечто новое со стороны фактической, или превзойти суровую древность искусством изложения. Как бы то ни было, все же приятно будет и мне, по мере сил, послужить увековечению деяний первого народа на земле; и если имя мое в такой толпе писателей останется в тени, то я стану утешать себя славой и величием соперников. Кроме того, дело это большого труда, так как приходится воспроизводить события более чем за 700 лет, и притом из жизни государства, начавшего с малого и возросшего до того, что величина его становится ему уже в тягость; наконец большинству читателей несомненно доставит мало удовольствия история возникновения города и ближайших к тому событий; они ведь спешат ознакомиться с новейшим, ближайшим к нам временем, когда силы чересчур могучего народа стали истреблять сами себя. Я же буду вознагражден уже и тем, что отвернусь от пережитых нами бедствий хоть на то время, пока всеми силами моей души буду занят воспроизведением тех древних событий; тут я не буду испытывать никакой тревоги, которая, если и не в состоянии отклонить ум писателя от истины, то все же может беспокоить его. Я не намерен ни утверждать, ни опровергать известий о событиях, предшествовавших основанию, или — вернее — соизволению судьбы на основание города: все они более изукрашены поэтическими вымыслами, чем опираются на несомненные исторические памятники: древности дозволяется освящать начало городов, примешивая божеское к человеческому. И если какому народу должно дозволить освятить свое возникновение и приписать его богам, то римский народ приобрел это право своей воинской доблестью, и народы, переносящие власть его, должны столь же безропотно сносить, когда он называет своим родоначальником и родителем основателя своего города некого иного, как Марса.
 
Я не придам также особенного значения тому, как взглянут и оценят это и ему подобные известия; для меня важно, чтобы каждый внимательно проследил, какая была жизнь, какие нравы, какие люди и какими средствами в мирное и военное время добыли и увеличили могущество государства; пусть он затем проследит, как нравственность с постепенным падением порядка начала колебаться, как она затем все более и более стала клониться к упадку и наконец рухнула; таким образом мы дошли до настоящего положения, когда уже не можем выносить ни пороков, ни средств против них. В этом-то и состоит нравственная польза и плодотворность изучения истории, что разнообразные примеры созерцаешь точно на блестящем памятнике: отсюда можно взять и для найдешь и позорное по началу и концу, чего следует избегать. Впрочем, или меня обманывает любовь к предпринятому труду, или действительно никогда не существовало государства более великого, более нравственного, более богатого добрыми примерами, государства, в которое бы столь поздно проникли жадность и роскошь и где бы дольше оказывался столь великий почет бедности и воздержанию; мало того, чем меньше было средств, тем меньше гонялись за ними; только недавно богатства породили жадность, а обилие в удовольствиях — страсть губить себя и все роскошью и распутством. Но пусть хоть начало столь великого предприятия свободно будет от жалоб, которые и тогда не будут приятны, когда их, быть может, нельзя будет избежать. Если бы у нас, как у поэтов, это было в обычае, то мы гораздо охотнее начали бы с добрых предзнаменований, с обетов и молитв богам и богиням, чтобы они даровали счастливый успех приступившему к столь великому делу.
 

Категории: 

Благодарность за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя brat Warden