Герман - Травма и исцеление

У исследований психологической травмы любопытная история — история эпизодической амнезии. Периоды ее активного изучения перемежаются периодами забвения. В прошлом столетии исследовательские работы по одним и тем же направлениям неоднократно начинались, потом резко сворачивались только для того, чтобя спустя много лет их открывали вновь. Классические труды пятидесяти-столетней давности зачастую читаются как современные. Хотя эта область на самом деле имеет богатые научные традиции, периодически она оказывается забытой — и так же периодически неизбежно становится востребованной. Причина этой периодической амнезии не в обычной переменчивости моды, влияющей на любые интеллектуальные изыскания. Исследования феномена психологической травмы могут зачахнуть вовсе не из-за отсутствия интереса. Скорее сама тема вызывает настолько яростные противоречия, что периодически ее предают анафеме. Исследования психологических травм неоднократно приводили ученых в область немыслимого и подрывали фундаментальные основы веры.

Изучать психологическую травму — значит лицом к лицу сталкиваться как с уязвимостью человека, так и с его способностью творить зло. Изучать психологическую травму — значит быть свидетелем ужасных событий. Когда этими событиями становятся природные катастрофы или «божий промысел», их свидетели с готовностью сочувствуют жертве. Но когда травмирующие события — дело рук человеческих, свидетели оказываются втянуты в конфликт между жертвой и преступником. В этом конфликте невозможно оставаться нейтральным. Сторонний наблюдатель вынужден принять ту или иную сторону.

Очень соблазнительно встать на сторону преступника. Единственное, что требует от стороннего наблюдателя преступник, — это не делать ничего. Он апеллирует к всеобщему, универсальному стремлению не видеть, не слышать и не говорить ничего дурного. Жертва же, напротив, просит, чтобы наблюдатель разделил с ней бремя боли. Она требует действия, участия и памяти. Лео Эйгингер, психиатр, который работал и проводил исследования с людьми, пережившими нацистские концентрационные лагеря, описывает жестокий конфликт интересов, возникающий между жертвой и сторонним наблюдателем:

«Война и жертвы — это то, что общество желает забыть; пелена забвения набрасывается на все болезненное и неприятное. Мы видим эти две стороны сошедшимися лицом к лицу: с одной стороны — жертвы, которые и хотели бы забыть, да не могут, а с другой — все остальные, с сильными, часто бессознательными мотивами, которые и страстно желают забыть, и успешно это делают. Контраст... часто бывает болезненным для обеих сторон. Слабейшая сторона... остается проигравшей в этом безмолвном и неравном диалоге».

Стремясь избежать ответственности за то, что совершил, преступник делает все, что в его силах, чтобы историю забыли. Скрытность и молчание — первая линия его обороны. Если скрытность соблюсти не удается, преступник подрывает доверие к жертве. Если не удается заставить ее замолчать полностью, он старается позаботиться о том, чтобы ее никто не слушал. Для этого он использует целый арсенал средств — от самого наглого отрицания до предельно изощренных и элегантных рационализаций. После каждого акта жестокости можно, не боясь ошибиться, предположить, что услышишь одни и те же предсказуемые оправдания: ничего такого не было; жертва лжет; жертва преувеличивает; жертва сама во всем виновата; и вообще, кто прошлое помянет... надо жить дальше. Чем могущественнее преступник, тем весомее его прерогативы по именованию и определению реальности — и тем сильнее звучат его аргументы, перекрывая голос того, кому он нанес ущерб.

Джудит Герман - Травма и исцеление 

Москва : Эксмо, 2022. - 400 с. - (Травма и исцеление. Истории психотерапевтов). 

ISBN 978-5-04-114201-8 

Джудит Герман - Травма и исцеление. Последствия насилия- от абьюза до политического террора - Содержание

• Предисловие научного редактора

• Благодарности

• Вступление

Часть I ТРАВМАТИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА

Глава 1. ЗАБЫТАЯ ИСТОРИЯ

• Героическая эпоха истерии

• Травматические неврозы военного времени

• Боевой невроз войны полов

Глава 2. УЖАС

• Перевозбуждение

• Интрузия

• Избегание

• Диалектика травмы

Глава 3. РАЗРЫВ СВЯЗЕЙ

• Ущерб, нанесенный «я»

• Уязвимость и резильентность

• Эффект социальной поддержки

• Роль сообщества

Глава 4. НЕВОЛЯ

• Психологическое доминирование

• Полная капитуляция

• Синдром хронической травмы

Глава 5. НАСИЛИЕ НАД ДЕТЬМИ

• Насильственная среда

• Двоемыслие

• Двойное «я»

• Посягательства на тело

• Повзрослевший ребенок

Глава 6. НОВЫЙ ДИАГНОЗ

• Ошибочные ярлыки в диагностике

• Необходимость новой концепции

• Комплексное посттравматическое стрессовое расстройство

• Выжившие как психиатрические пациенты

Часть II СТАДИИ ВОССТАНОВЛЕНИЯ

Глава 7 ЦЕЛИТЕЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

• Травматический перенос

• Травматический контрперенос

• Терапевтический контракт

• Система поддержки терапевта

Глава 8. БЕЗОПАСНОСТЬ

• Именование проблемы

• Восстановление контроля

• Создание безопасной среды

• Завершение первой стадии

Глава 9. ВСПОМИНАНИЕ И ОПЛАКИВАНИЕ

• Реконструкция истории

• Трансформация травматических воспоминаний

• Оплакивание травматической утраты

Глава 10. ВОССТАНОВЛЕНИЕ СВЯЗЕЙ

• Научиться бороться

• Примирение с собой  

• Восстановление связей с другими людьми 

• Поиск миссии выживших 

• Освобождение от травмы и ее последствий 

Глава 11. ОБЩНОСТЬ 

• Группы для обеспечения безопасности

• Группы для вспоминания и оплакивания 

• Группы для восстановления связей 

Послесловие. ДИАЛЕКТИКА ТРАВМЫ: ПРОДОЛЖЕНИЕ 

Эпилог к изданию 2015 года 

Примечания 

Алфавитный указатель