Гуайта - Монах в карантине

Иеромонах Иоанн (Гуайта) соединил сразу две традиции. Это и Деяния святых Апостолов — потому что любое заточение, тюремное или мирское, это все равно заточение. С другой стороны, он подхватил светский литературный сюжет про пир во время чумы — вольную беседу о жизни, о прошлом, об опыте и о судьбе, когда у человека вдруг оказалось слишком много свободного времени и он в своем тихом уединении может думать сколько хочет и о чем хочет — о важном и о ерунде. Видя оглавление книги «Монах в карантине», читатель в первую минуту застывает в недоумении от пестроты и эклектичности открывающейся ему картинки.

Тут и Павел Флоренский с Александром Менем, и Моника Беллуччи с Карлой Бруни, и Боккаччо с Петраркой, и Григор Нарекаци с Тарковским, и как поссорились православные с католиками из-за «бобровины», и рассказы о детстве-папе-маме-братьях-сестрах, и служение в детском хосписе, и любимые черепашки, и забавные выдержки из фейсбучных постов — вроде того, где монах-недотепа оказывается зимой на улице без пальто, телефона и ключей. Что это такое? Разве священнику уместно пускаться в подобные литературные опыты ? Да, именно ему и уместно. Этот жанр требует доверия, потому что Господь непременно сквозь пустяки приведет к самому главному, самому существенному, помилует, поднимет с одра болезни (а ведь скольких убил проклятый ковид!) и поможет дочирикаться до истины. Иеромонах Иоанн совершает путешествие сквозь себя, сквозь своих героев, свое прошлое — и вместе с читателем выходит обратно на воздух и на свет Божий. 

Иеромонах Иоанн Гуайта - Монах в карантине: 40 дней паломничества с короной

М.: Практика, 2021. 480 с. 

ISBN 978-5-89816-176-7 

Иеромонах Иоанн Гуайта - Монах в карантине: 40 дней паломничества с короной - Содержание 

«Дочирикаться до истины»

Вместо предисловия

Quadraginta

...А вдруг заболею?

Христианин великого оптимизма 

• День 1. Не бойся, Я с тобой!

• День 2. «Почему я до сих пор христианин?» 

• О московской погоде 

• День 3. Я сам родился экстремально 

• День 4. Молитва в эпоху коронавируса 

• День 5. Бог, Который идет нам навстречу 

• День 6. «А где здесь Ваня?» Вспоминая наставников-отцов 

• День 7. Священник-интеллектуал в атеистической стране: о Павле Флоренском и Александре Мене 

• День 8. Как удержать слона? 

• День 9. Богословие диалога vs богословие страха 

• День 10. Легко ли быть молодым? 

• Муж чужих жен 

• День 11. Ό вере, сомнении и вопросах без ответов 

• День 12. Христос посреди нас! Об отце Георгии Чистякове 

• День 13. Пример глухого косноязычного 

• День 14. «Девочке моей прекрасной»

• «Все будет хорошо!» 

• День 15. В горниле испытаний: Католикос Гарегин I о страдании 

• Егорка и Петя

• День 16. Поздравление другу-подростку

• День 17. Уроки миролюбия Григора Нарекацй

• День 18. Множество призваний человека

• Картонные поручи

• Письмо 7-летнему другу 

• День 19. Исповедь у «бомжа»: о Иоанне Павле II

• День 20. «Бобровина» католиков и «выцветшие одежды» православных — как начался конфликт 

• День 21. Данте — первый гуманист 

• День 22. Встреча Папы и Патриарха: церковная дипломатия или начало пути? 

• День 23. Предельная честность Максима Грека 

• День 24. Христианство завтрашнего дня 

• День 25. Пусть вам не страшно, но можно заразить других

• День 26. Узнать голос Пастуха 

• День 27. Монах в большом городе 

• День 28. К истокам монашеской жизни. Урок общины Бозе 

• День 29. Петрарка и итальянское самосознание 

• День 30. Странствие в Чудесное 

• Но почему же я такой рассеянный?

• День 31. «Какая красота!»: вспоминания об одной московской старушке 

• День 32. Непризнанные страницы преступлений: геноцид армян глазами двух очевидцев

• День 33. О молитве, молчании и тишине 

• ...А вы говорите! 

• День 34. Молчание страха, покаяния и любви 

• День 35. Святитель Григорий Двоеслов между тишиной и суетой 

• Моника или Карла? 

• День 36. Что такое покаяние и где оно, Царство Небесное? 

• День 37. «На то мы и храм»

• День 38. Новогодний полет 

• День 39. Сретение: о смене поколений 

• День 40. Кьяра и фоколяры 

Вместо эпилога 

Вот и заканчивается мое уединение 

«Духовный материализм»