Кураев – Парадоксы церковного права

Андрей Кураев – Парадоксы церковного права
Все знают, что церковный мир полон запретов.
 
Есть догматы, есть заповеди, есть дисциплинарные каноны, есть «библейский канон», есть «богослужебный устав» ...
 
Догматов в православии очень немного. Это определения Семи Вселенских соборов. Главный догматический текст знаком каждой бабушке-прихожанке и умещается на одной страничке. Это Символ Веры. Он был принят на Первом Соборе в 325 году. Все последующие, по сути, уточняли и расширяли лишь одно его слово — «воплотился». То есть догматы — это попытка понять логические последствия из евангельского «Слово стало плотью».
 
Догматы говорят о самом святом — о Боге. Их очень немного (Бог есть Троица, а Христос есть Богочеловек), и они никак не касаются повседневности и земной жизни, в том числе политической. Но поэтому и их нарушение ставит человека вне Церкви и влечет за собой самое страшное обвинение — в ереси. Догматы определяют суть православной веры. Эта суть не может равняться просто совокупности всего хорошего, правильного и известного. И значит, ересь — то, что противоречит главному в христианстве.
 
Это главное не может определяться по вкусу спорщиков или по потребностям полемики. Расширение списка ересей ведет к расширению списка догматов и к расфокусировке смыслового центра нашей веры. «Православная энциклопедия» определяет ересь как «ошибочное учение, искажающее фундаментальные основы христианской веры». Но все здание просто не может быть фундаментом.
 
Тем не менее попытки расширения списка ересей в истории богословия были.
 
Например, св. Филастрий Бриксийский около 385 года в своей «Книге ересей» насчитал 156 ересей. Среди еретических доктрин он помещает и те, которые допускают движение Земли, а также дают звездам и планетам другие названия, кроме тех, которые находятся в книге Иова. Как ересь он осуждает обычай праздновать Богоявление в другой день, нежели Рождество Христово. Ересью он считает принятие книги Сираха, а еретиками — тех, кто авторство книги Экклезиаста приписывает Соломону. В 104-й главе он осуждает мнение тех, кто полагал, будто до Вавилонского столпотворения у людей был один язык. И все же такие расширенные списки не прижились.
 
«Библейский канон» — это оглавление Библии. То есть список книг, входящих в ее состав. Он определился в начале христианской истории и вполне стабилен. Кстати, определился он в эпоху, когда еще не было ни пап, ни патриархов, и христианские общины были вполне демократичны и независимы друг от друга. И вот независимо друг от друга это множество «автокефалий» сделали одинаковый выбор. Вкус у них был общим и еще неиспорченным.
 
«Богослужебный устав» (Типикон) — это о порядке молитв во время общественной службы. Вообще-то он разрабатывался монахами под себя и имел одну задачу — не оставить монахам досужего времени. Но со временем именно этот устав пришел и на приходы. Все знают, что этот устав неисполним полностью даже в монастырях, все священники перед посвящением в сан клянутся неукоснительно его исполнять — и никто этого не делает. Дотошность богослужебного устава уравновешивается формулой «келья устава не знает». Или (цитата из Типикона): «аще изволи настоятель».
 
И сам Устав в истории менялся и даже полностью заменялся, и его неисполнение стало привычным. Так что не все свои правила церковь возводит в ранг неизменной догмы.
 
Есть правила личной аскетики. Это «продвинутый курс» для сознательных христиан — советы о том, как укротить альфа-самца в себе самом. Но советы и есть советы. В интернете их много. В жизни исполняется мало.
 
Есть правила церковного протокола и церковных приличий. Они действуют в строго определенном храмовом пространстве. Тот, кто туда не заходит, может этим не интересоваться. И да, эти правила могут меняться. Правила приличия меняются в истории. Например, Адам Олеарий, немецкий ученый, путешествовавший по России в 30-е годы XVII века, описывал такое церковное обыкновение: «Эту шапочку они (священники) в течение дня никогда не снимают. Это священный, заповедный предмет, имеющий большие права. Кто бьет попа и попадет на шапку или же сделает так, что она упадет на землю, подлежит сильной каре и должен платить за “бесчестие”. Однако тем не менее попов все-таки бьют. Но от этого попы не меньше получают побоев, ибо вообще они более праздный и нетрезвый народ, чем другие люди. Чтобы при этом пощадить святую шапочку, ее сначала снимают с попа, потом хорошенько колотят его и снова аккуратно надевают ему шапку».
 
Вернувшись из путешествия в Россию 1698-1699 годов, австрийский дипломат Корб тоже писал про этот «протокол»: «Жалуют священством, возлагая руки на голову возводимого в это звание и надевая ему на голову освященную патриархом шапочку, называемую скуфьей. Священник должен ее весьма заботливо беречь, потому что он считался бы в противном случае недостойным священного звания. Мирянин в драке со священником обязан более всего заботиться о том, чтобы не замарать его шапочки; кто хочет бить попа, тот обязан с должным почтением снять с его головы шапочку, положить в приличном месте, а потом может уже безнаказанно и сколько ему угодно колотить попа. Поколотивший священника не подвергается никакой ответственности перед законом, никакому наказанию или отлучению от церкви, если только после драки с должным почтением вновь наденет на попа снятую с него прежде шапочку. Таким образом, если было оказано уважение к шапочке, то уважение к званию пресвитера не было, значит, нарушено, и колотивший по дьявольскому наущению попа бил не священника, а только воздух, и возмездие сделано личности человека».
 
Но в современных пособиях по церковному протоколу таких деталей нет. В XIX веке обращение к священнику по имени-отчеству было высшей формой уважения (как дворянину!). Сегодня это нередко, напротив, воспринимается как неуважение (как в милиции!).
 
Нравственные запреты — это заповеди. Их тоже немного. Меньше десяти. Точнее — шесть (почитай отца и мать; не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не клевещи; не завидуй). Заповеди касаются отношений всех со всеми без конфессиональных различий и потому считаются «общечеловеческими», а не только церковными. Заповеди говорят об отношениях людей между собой.
 
Каноны же регламентируют более узкую область — те потенциально конфликтные отношения, которые между людьми складываются в пространстве их собственно церковной жизни. Они говорят не об ортодоксии, а об ортопраксии (то есть о «делах веры» — аутодафе).
 
Эта моя книжка призвана стать экскурсией в их мир с постановкой ряда вопросов о нем.
 
И еще в этой книге много вроде бы избыточных рассказов о мелочах церковной жизни. Но ведь если их не записать — они исчезнут. И останется один скучный официоз, из которого будет невозможно понять, «почему все так вышло? И будет ложью на характер свалить или Волю Божью. Разве должно было быть иначе? Мы платили за всех, и не нужно сдачи».
 
И конечно, прошу потерпеть мое навязчивое присутствие на страницах этой книги. Все-таки она — про тот судебный процесс, который велся против меня. Конечно, это нечастый жанр в христианской литературе — попытка автора оправдаться от обвинений, воздвигаемых на него его же единоверцами. Но все же такие опыты были. Их делали св. Григорий Богослов, блаж. Иероним Стридонский, блаж. Августин Иппонский, строжайший протопоп Аввакум... Причем в этих случаях речь шла не о чисто богословской полемике (таких примеров много больше), а именно о защите от личностных нападок.
 

Андрей Кураев – Парадоксы церковного права

М.: Блок-Принт, 2022. — 824 с.
ISBN 978-5-6047147-3-7
 

Андрей Кураев – Парадоксы церковного права – Содержание

Предисловие
Часть 1. Парадоксы церковного права
  • 1.1. Церковь как катастрофа
  • 1.2. Что делать со священным прошлым?
  • 1.3. Акривия и икономия
  • 1.4. Наша магнитная аномалия
  • 1.5. Каноны: «срок годности»
  • 1.6. Годовые кольца канонов
  • 1.7. Толкования канонов
  • 1.8. Что полезно — то канонично
  • 1.9. Хромота канонов
  • 1.10. Известность канонов
  • 1.11. Выводы
  • 1.12. Что такое церковный суд
Часть 2. Документы дела № 50-54-2020
  • Документ № 1 - Документ 22
Часть 3. Анализ судебного процесса и приговора
  • 3.1. Секретное обвинение
  • 3.2. Первый пункт обвинения: «хула на мертвых»
  • 3.3. Обида Валуйской епархии
  • 3.4. «Хула на Церковь»
    • 3.4.1. Христиане ли мы?
    • 3.4.2. Об одной блуднице
    • 3.4.3. В поисках раскольников в XXI веке
    • 3.4.4. Поиск раскольников в XV веке
  • 3.5. Про геепископов
    • 3.5.1. Флавиан
    • 3.5.2. «Голубое лобби»
    • 3.5.3. Стефан
    • 3.5.4. Никодим
  • 3.6. Клевета и слухи в церковном и светском праве
  • 3.7. «Лука Мудищев»
  • 3.8. Бесценность покаяния
  • 3.9. «Да не отмстиши дважды»
  • 3.10. Срок давности
  • 3.11. «Если кто досадит епископу»
  • 3.12. К высшей мере
  • 3.13. Хейтинг как смягчающее обстоятельство
Часть 4. Один год из жизни одного дьякона
  • 4.1. Апрель. «Нас на мишку променял»
  • 4.2. Май. Чтение некрологов про самого себя
  • 4.3. Декабрь. Отказ от посещения суда
  • 4.4. Январь. Зачем нужна апелляция после неявки?
  • 4.5. Февраль. Попытка переговоров
  • 4.6. Февраль. Самый странный день рождения
  • 4.7. Мартовский суд
  • 4.8. Март. Оценка прошедших «судебных прений»
  • 4.9. Март. Звездное небо и нравственный закон
  • 4.10. Апрель. Патриарший автомораторий
Часть 5. Как работается с патриархом Кириллом
Часть 6. О моих мотивах, или «Забавное кураеведение»
  • 6.1. «Печеньки Госдепа»?
  • 6.2. Заказ Тихона Шевкунова?
  • 6.3. Политикоз?
  • 6.4. Жажда хайпа?
  • 6.5. Тщеславие?
  • 6.6. Карьеризм?
  • 6.7. Месть?
  • 6.8. За церковь обидно
  • 6.9. Моральные дискуссии в истории церкви
  • 6.10. О христианском гуманизме
Часть 7. Открытая дверь
  • 7.1. На Фанар?
  • 7.2. Можно ли вернуть священный сан?
  • 7.3. Последствия перехода
  • 7.4. Судьба расстриги
  • 7.5. Есть ли жизнь после сана?
  • 7.6. Не бойтесь: тут есть шанс выжить!
Приложение
 

Категории: 

Благодарю сайт за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (3 votes)
Аватар пользователя brat Ilya