Литвин - «Парусия» в Первом Послании к Фессалоникийцам

Татьяна Литвин - «Парусия» в Первом Послании к Фессалоникийцам Апостола Павла - О непереводимости некоторых эсхатологических терминов
Посвящена эсхатологической проблематике Павла в Первом послании к Фессалоникийцам. В качестве задач рассмотрены следующие аспекты: во-первых, вопрос о воскресении (4. 13—18), во-вторых, особенности стилистики в описании ожидания второго пришествия (5. 1—11), в-третьих, возможная интерпретация термина «καιρός» (5. 1) и, в-четвертых, интерпретация феноменологии XX в. для понятия парусии в этом Послании. Гипотеза нашего рассмотрения заключается в том, что учение о парусии может рассматриваться как идея особого опыта со-присутствия Бога в настоящем, что не противоречит идее ожидания события его будущего пришествия.
 
Возможно, самое богодухновенное и воодушевляющее в своей краткости из всех писаний Павла является именно Первое послание к Фессалоникийцам, вмещающее в себя и терпеливое наставление, и доктрину. Будучи первым произведением Павла среди Посланий и написанное во время пребывания Апостола в Коринфе, оно было нацелено и на утешение членов македонской общины, и на поднятие их духа после гонений, которым они подверглись. Время написания Послания датируется примерно 50 или 51 г., то есть всего примерно через 20 лет после вознесения, а обстоятельства перемещений Павла на тот период говорят о том, что он был хорошо знаком с этой общиной. В отличие от коринфской, македонская Церковь была довольна дружной и добродетельной[1], но нуждалась в поддержке.
 
Может быть, в силу того, что община была предана Апостолу и отличалась внутренней сплоченностью, добродетельностью и не нуждалась в этических наставлениях, а возможно, из-за важного географического положения Фессало- ников, Павел пишет не только братские наставления, но и доверяет фессалоникийцам одно из центральных учений христианства — идею второго пришествия, парусии. И хотя эта идея выражена не только в Первом послании к Фессалоникийцам, он остается первичным источником Павловой эсхатологии для всего корпуса его сочинений.
 
Принимая во внимание обширность эсхатологической проблематики и ее богословского анализа не только в целом в христианстве, но и у самого Павла[2], остановимся только на тех аспектах, которые помогают раскрыть эту тему именно в Первом послании к Фессалоникийцам, что и является целью данной работы. В качестве задач для достижения этой цели предполагается рассмотреть, во-первых, вопрос о воскресении (4. 13—18), во-вторых, особенности стилистики в описании ожидания второго пришествия (5. 1—11), в-третьих, возможную интерпретацию термина «καιρός» (5. 1) и, в-четвертых, представить интерпретацию феноменологии XX в. для понятия парусии в этом Послании. Наша гипотеза заключается в том, что учение о парусии может рассматриваться как идея особого опыта со-присутствия Бога в настоящем, что не противоречит идее ожидания события его будущего пришествия.



[1] О чем мы можем судить и по словам самого Послания: «О братолюбии же нет нужды писать к вам; ибо вы сами научены Богом любить друг друга, ибо вы так и поступаете со всеми братиями по всей Македонии. Умоляем же вас, братия, более преуспевать» (4. 9, 10) (Здесь и далее все цитаты из Библии приводятся в Синодальном переводе.)
[2] Прежде всего 1 Кор 15. 20—23, 6. 14; 2 Кор 4. 14, 5. 1.
 
 

Татьяна Литвин - «Парусия» в Первом Послании к Фессалоникийцам Апостола Павла - О непереводимости некоторых эсхатологических терминов

Вестник ПСТГУ - I: Богословие. Философия 2015. Вып. 6 (62). С. 9—23
 

Татьяна Литвин - «Парусия» в Первом Послании к Фессалоникийцам Апостола Павла - О непереводимости некоторых эсхатологических терминов - Содержание

  • Парусия и воскресение
  • Парусия и пришествие
  • Парусия как пришествие и как присутствие
  • Вывод
Список литературы

Категории: 

Благодарю сайт за публикацию: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (2 votes)
Аватар пользователя esxatos