Труды Нижегородской духовной семинарии - Выпуск 17
К моменту зарождения первых христианских общин их священные тексты были разрознены и не составляли единого целостного списка. Установление канона Св. Писания было осуществлено несколько позднее. До этого же момента христиане имели перед собой разрозненные тексты в оригинале и в переводе. Большинство книг Ветхого Завета были на греческом языке, переведенные известными толковниками из Александрии. Книги Нового Завета тоже были на греческом языке, однако так же, как и ветхозаветные, не составляли единого комплекса. У ранних христиан возникает необходимость определить, какие книги Ветхого и Нового Заветов являются священными, подлинными и богодухновенными, а какие таковыми не являются. Одна из главных причин подобной деятельности — это появление многочисленных апокрифических текстов.
К концу IV в. христианская Церковь начинает определять канон Ветхого Завета, опираясь на еврейскую традицию. Затем проблема возникает с новозаветными книгами в связи с получившими распространение апокрифами. Так как появились новозаветные тексты, которые подписывались именами апостолов, но на самом деле не имели отношения к самим апостолам, то Церковь должна была определить, какие новозаветные писания вышли, собственно, из-под руки апостолов или были написаны в русле апостольской традиции, а какие нет. Еще при жизни самих апостолов появились ереси, искажавшие христианские священные тексты исходя из своих убеждений, поэтому возникла необходимость провести границы между подлинно апостольскими писаниями и писаниями еретиков.
Труды Нижегородской духовной семинарии - Выпуск 17
Сборник работ преподавателей и студентов
Нижний Новгород, 2019. 480 с.
ISBN 978-5-904720-24-7
Труды Нижегородской духовной семинарии - Выпуск 17 - Содержание
Раздел I Научно-богословские статьи и доклады
Библеистика
- С.Н. Горбунов, магистр богословия, преподаватель Нижегородской духовной семинарии От значения подлежащего к содержанию контекста: из опыта дискурсивного анализа Мф. 6: 22
- Иером. Лаврентий (Р.В. Собко), кандидат философских наук, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Глаголы творения в еврейском языке: спецификация смыслового поля
- Д. В. Иванов, студент магистратуры Московской духовной академии, прот. А. А. Воронов, преподаватель Нижегородской духовной семинарии, свящ. С. А. Гимоян, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Демифологизация и экзистенциальная интерпретация новозаветного провозвестия в творчестве Рудольфа Бультмана
- А. А. Смирнов, студент магистратуры Санкт-Петербургской духовной академии, протодиак. Д. П. Исаев, преподаватель Нижегородской духовной семинарии, прот. В. А. Краев, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Исторические предпосылки возникновения библейской критики как научной дисциплины
Филология
- Е. В. Плисов, доктор филологических наук, доцент Нижегородского государственного педагогического университета имени Козьмы Минина (Мининский университет) Лингвистические основы изучения языка религиозной сферы в современной германистике
Религиозная философия
- А. В. Ворохобов, кандидат богословия, кандидат философских наук, доцент Нижегородской духовной семинарии Религиозно-персоналистическая антропология Эмиля Бруннера и Фридриха Гогартена
- Д. В. Семикопов, кандидат философских наук, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Метафизика насилия в политическом богословии царя Иоанна IV Грозного
- А. М. Хамидулин, кандидат богословия, магистр профессионального обучения, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Философско-педагогический анализ категории «духовность»
- М. В. Медоваров, кандидат исторических наук, доцент Национального исследовательского Нижегородского государственного университета им. Н. И. Лобачевского, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Новые грани философии Антанаса Мацейны
- Свящ. С. А. Ураков, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Проблема определения эссенциального бытия человека в творческом наследии священника Павла Флоренского и профессора М. М. Тареева
- А. А. Пешков, кандидат богословия, кандидат философских наук, преподаватель Нижегородской духовной семинарии, Ю. А. Гуторов, магистр богословия, магистр педагогики, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Вопросы семьи и брака в отечественной религиозно-философской мысли (конца XIX — начала XX века)
Некролог
История Церкви
- Н. К. Гаврюшин, кандидат философских наук, профессор Московской духовной академии и Нижегородской духовной семинарии Черты исторической школы в духовных академиях
- Свящ. В. А. Плаксин, магистр богословия, преподаватель Нижегородской духовной семинарии Митрополит Николай (Кутепов) и духовные школы в 1950–1960 гг.
- Свящ. Д. И. Давыдов (г. Арзамас), прот. А. А. Березин, преподаватель Нижегородской духовной семинарии, прот. А. М. Дроздов, кандидат богословия, преподаватель Нижегородской духовной семинарии История Свято-Троицкой церкви села Высоково Нижегородской области до 1917 года
- Сектоведение
- Р. М. Конь, кандидат богословия, доцент, преподаватель Московской духовной академии и Нижегородской духовной семинарии К вопросу о нецерковности сектоведческой концепции «нетрадиционной религиозности» и «внутрицерковного сектантства»
- Священник С. В. Даниленко, магистр богословия (г. Москва) Учение В. Аткинсона как источник оккультных систем XX века
- Апологетика
- И. А. Горюнов, преподаватель Якутской духовной семинарии Учение о карме и реинкарнации: исторический обзор и христианская критика
Раздел II Письменные работы студентов Нижегородской духовной семинарии
Выпускная квалификационная работа студента V курса очного отделения Нижегородской духовной семинарии
- А. С. Казаков Проблема мистического в философии раннего Витгенштейна в контексте западной апофатической традиции
Труды Нижегородской духовной семинарии - Выпуск 17 - Черты исторической школы в духовных академиях
Как ни резко и парадоксально это звучит, но история Русской церкви в духовных академиях XVIII — начала XIX века почти полностью отсутствовала. Ее просто не значилось в учебной программе. Да и как воспринимался бы этот предмет, если бы лекции читались (по тогдашнему обыкновению) на латинском языке? В самом деле, ориентация на программы западных богословских школ никак не могла способствовать тому, чтобы сделать предметом изучения историю Русской церкви. К тому же трагические события, связанные с расколом XVII века и упразднением патриаршества, изъяснять и изучать было не особенно удобно по политическим мотивам. Поэтому история Русской церкви в конце XVIII — начале XIX века затрагивалась только отчасти в курсе общей церковной истории, а также в связи с русской гражданской историей. И лишь в 1851 году эта область знаний была введена в число самостоятельных дисциплин академического курса.Таким образом, историческая школа в духовных академиях Российской империи до середины XIX века не имела возможности складываться вокруг самостоятельных кафедр. В течение полутора столетий ее созидают труды отдельных энтузиастов.
Один из первых преподавателей Александро-Невской семинарии Адам Селлий (1696–1746, по другим данным 1695–1745), принявший при пострижении в монашество имя Никодим, глубоко интересовался русской церковной историей и, можно сказать, положил начало систематической работе по целому ряду направлений. Во-первых, он составил сочинение по истории российской иерархии («De rossorum hierarhia libri quinque»), которое не было напечатано, но в дальнейшем его материалами широко пользовались другие исследователи, в частности, как отмечает И. А. Чистович, прибегал к нему В. Рубан в своем издании «Любопытного месяцеслова» на 1776 год, рассказывая о митрополитах киевских, а позднее Амвросий Орнатский в своей «Истории российской иерархии». Другое сочинение Адама Селлия — «Schediasma litterarium...»— представляет некий прообраз знаменитого труда митрополита Евгения (Болховитинова) «Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина». Митрополит Евгений, как мы увидим, во многих отношениях явился продолжателем дела Адама Селлия, и в 1815 году опубликовал очерк своего предшественника в русском переводе, столкнувшись при этом с возражениями цензуры. Предвестием рождения русской школы церковно-исторических исследований явилось появление в 1805 году «Краткой Церковной Российской истории» московского митрополита Платона (Левшина) (1737–1812). Один из авторитетнейших богословов и специалистов по истории Церкви Николай Никанорович Глубоковский (1863–1937) в своем итоговом очерке 1920-х годов (на него мы в дальнейшем будем во многом опираться в нашем изложении) называет митрополита Платона «счастливым предтечей научно-исторического мессианства», который хотя придерживается летописного порядка изложения, но «группирует свой материал более систематично и, главное, везде рисуется „любезным и привлекательным истории свойством — истины и беспристрастия“, почему старательно применяет трезвый критицизм в обсуждении литературных сведений и жизненных явлений».
В самом деле, пользовавшийся благоволением трех российских самодержцев, Платон мог высказать самостоятельный взгляд на ряд ключевых эпизодов русской церковной истории. Так он и поступил в оценке церковного раскола XVII века: править церковные книги было необходимо, но «надлежало было, объяснив все причины исправления книг, и представив пред очи видимые ошибки, также оговорив, что и в старых книгах ничего церкви противного не заключается <...> надлежало было оставить на волю: по старым ли служить книгам или по новым». Решение этого вопроса путем принудительным, «вооруженною рукою», не только не погашало раскол, «но еще более его возжигало».
Comments
No comments yet. Be the first!