Пузынин - Традиция евангельских христиан

Андрей Пузынин - Традиция евангельских христиан
Новое сканирование клуба

 
Христианство в лучшем своем виде учит людей тому, что они находятся не в центре реальности, а на ее периферии, вместе со всеми другими.
 
Оно учит, что мы находимся в зависимости не от нашей собственной гениальности и проницательности, а от откровения, которое многим кажется глупостью и источник которого мы не способны постичь.
 
Оно учит, что люди - испорченные и зачастую самообманывающиеся творения и что христиане не являются исключением.
 
Поэтому наша научная и педагогическая деятельность должна характеризоваться не только сильной защитой того, что, согласно нашей вере, было открыто Богом,
 
но также готовностью быть критичными по отношению к себе и нашим собственным традициям.
 
 

Андрей Пузынин - Традиция евангельских христиан - изучение самоидентификации и богословия от момента ее зарождения до наших дней

 
М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея. 2010 г. - 523 с.
ISBN 978-5-89647-235-3
 

Андрей Пузынин - Традиция евангельских христиан - изучение самоидентификации и богословия от момента ее зарождения до наших дней - Содержание

 
ПРЕДИСЛОВИЯ

ВВЕДЕНИЕ

I.I Социально-политический и культурный фон исследования
I.II Программа контекстуального богословия в ДХУ: возникновение, подаваемые надежды и коллапс. Академический фон
I.III Характер и ограничения данного исследования
I.IV Почему именно «евангельские христиане»?
I.V Теоретические инструменты, предложенные в работах Ганса Кюнга и Аласдера Макинтайра
I.VI   Цель, задачи и структура работы
I.VII Описание каждой главы и развитие аргументации
I.VIII Определение ключевых терминов
 
Глава 1. ЛОРД РЭДСТОК И ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ
Глава 2. ЖУРНАЛ «РУССКИЙ РАБОЧИЙ»: 1875-1881
Глава 3. ВАСИЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ПАШКОВ И ЕГО КОРРЕСПОНДЕНТЫ. СТОЛКНОВЕНИЕ ПАРАДИГМ
Глава 4. САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ЕВАНГЕЛИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ: 1905-1910
Глава 5. ЕВАНГЕЛИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ В 1910-1939 гг.
 

Глава 6. ЕВАНГЕЛЬСКИЕ ХРИСТИАНЕ В ПЕРИОД МЕЖДУ 1944-2008 гг.

6.1 Введение
6.2 Историческая идентификация: дальнейшее развитие
  • 6.2.1 А. В. Карев
  • 6.2.2 Историографический поворот после окончания периода «холодной войны»
  • 6.2.3 М. С. Каретникова
  • 6.2.4 В. А. Бачинин
  • 6.2.5 Ю. Е. Решетников и С. В. Санников
  • 6.2.6 В.И.Давидюк
6.3 Богословие
  • 6.3.1 Александр де Шаландау о богословии «Братского вестника». Советский период
  • 6.3.2 Постсоветское богословское видение в Украине, представленное в работе Ю. Е. Решетникова и С. В. Санникова: консервативная траектория
  • 6.3.3 Постсоветское богословское видение в Украине, представленное в работах М. Н. Черенкова: либеральная траектория
6.4 Постсоветская практика библейского толкования
6.5 Заключение
 

Глава 7. ЕВАНГЕЛЬСКИЕ ХРИСТИАНЕ: НА ПУТИ К НОВОЙ БОГОСЛОВСКОЙ СИСТЕМЕ КООРДИНАТ И НОВОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ

7.1  Введение
7.2  На пути к решению проблемы самоидентификации евангельских христиан
7.3  Некоторые богословские течения в западном евангелическом богословии
  • 7.3.1 Фундаменталистская траектория
  • 7.3.2 Постфундаменталистская евангелическая динамика в бывшем Советском Союзе
  • 7.3.3 После фаундационализма
7.4 Культурно-лингвистическая модель
  • 7.4.1 Писание абсорбирует мир
  • 7.4.2 Писание абсорбирует историю евангельских христиан
    • 7.4.2.1 Христос и власти
    • 7.4.2.2 Евангельские христиане и власти: конструирование новой идентификации
7.5 Заключение
 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

8.1  Итоги
8.2  Вклад данного исследования
8.3  Выводы и новые вопросы, поставленные данным исследованием
  • 8.3.1   Вопросы исторической идентификации
  • 8.3.2   Богословие
  • 8.3.3   Практики
  • 8.3.4   Культура
 
БИБЛИОГРАФИЯ
 

Андрей Пузынин - Традиция евангельских христиан - изучение самоидентификации и богословия от момента ее зарождения до наших дней - Предисловие

 
Впервые я встретился с евангельскими христианами лорда Рэдстока в «Анне Карениной». Эта инородная секта, с точки зрения Льва Толстого, совмещала в себе два рода высокомерия. С одной стороны — высокомерие, основанное на уверенности в личном спасении единственно истинных христиан. С другой стороны — высокомерие, проистекающее из убежденности в особой духовной просвещенности, полученной от Божественного духа. Влияние этих идей ведет отчужденного мужа Анны сначала к легкомысленной доверчивости, а затем к самооправдывающей нравственной уверенности, в которой его отказ дать Анне развод рассматривается как служение Богу, как облечение себя в мантию морального превосходства, как предоставление Анне возможности улучшить себя. По мнению Толстого, евангельские христиане не могли предложить ничего ценного восточно-европейской религии и культуре.
 
Если бы точка зрения Толстого была обоснованной, эти добровольные жертвы сектантской убежденности не смогли бы просуществовать более одного поколения. Однако д-р Андрей Пузынин в этом исключительном историческом и богословском исследовании демонстрирует насыщенное и достоверное описание того, как семена кезикского евангелического движения, благородного по происхождению и своеобразного по стилю, пустили корни и прижились в русской и украинской почве. После проведенного исследования о лорде Рэдстоке следует анализ деятельности полковника В. А. Пашкова, И. С. Проханова, а также анализ движения евангельских христиан периода коммунистической революции и последующей организации Союза евангельских христиан и баптистов, который был использован для создания просоветского религиозного повествования традиции, последующего периода перестройки, возникновения новых национальных идентичностей и распада советской империи.
 
В каждый период евангельские христиане формируют свою идентификацию между полюсами Запада и Востока, между полюсом евангельской простоты и полюсом современности в процессе постоянного диалога и нахождения временных решений, отвечающих их насущным нуждам и всегда открытых для дальнейшей итерации.
 
По мере развертывания повествования д-р Пузынин демонстрирует, что евангельские христиане стали контекстуализированной формой евангелической традиции, принимающей во внимание не только устоявшиеся идиомы русской культуры, но даже советские формы коммунистического атеизма и национализма. Пузынин проводит глубокий анализ взаимодействия Евангелия и культуры и демонстрирует исключительную культурную приспособляемость глобального евангелического движения.
 
Евангельские христиане стойко переносили трудности, находясь за «железным занавесом». Это означает, что они были изолированы от нарастающего влияния фундаментализма в тот временной период. Характерные формы эмфатической доктринальной исключительности и догматического нравственного абсолютизма, ставшие самоочевидной данностью, присущей консервативным англо-американским протестантам, не обязательно были неотъемлемыми составляющими восточно-европейских форм евангелической традиции.
 
Пузынин отнюдь не является некритичным к стратегиям и практикам евангельских христиан, временами склонявшихся к чрезмерной и отчасти неосознанной культурной ассимиляции в рамках идеи особой мессианской роли России, а позже Советского Союза. Он развивает аргумент о необходимости культивировать промежуточное богословское пространство, находящееся между парадигмами византийской и протестантской форм христианства. Тем не менее, анализируя различные евангелические траектории, он показывает, что западный фундаментализм не является самоочевидной, необходимой или единственной экстраполяцией евангелической традиции. Поэтому данное исследование не только восстанавливает критическое повествование евангельских христиан, но также предлагает дискретную и вместе с тем достаточно жесткую критику тех, кто заявляет о том, что подлинные евангельские христиане обязательно являются фундаменталистами.
 
Работа Пузынина еще не закончена. Он утверждает, что постсоветские условия Восточной Европы ставят протестантов перед лицом двойного кризиса идентификации и релевантности. Выстраивая свою аргументацию на работах Куна и Кюнга, он показывает необходимость в новом парадигматическом сдвиге постмодерна, в котором евангелические подходы к Библии, герменевтике и доктрине требуют новых конфигураций как в Восточной Европе, так и на Западе. Следуя за Макинтайром, Пузынин предлагает подход к богословской реконструкции, в котором развитие современного богословия зиждется на критической и ревизованной артикуляции исторической динамики изучаемой традиции. Посредством использования теории Линдбека о постлиберальном прочтении мира через призму библейского повествования историография евангельских христиан превращается в горнило современной богословской реконструкции и становится платформой для новых инициатив в богословском экуменическом диалоге между восточно-европейскими евангельскими христианами и доминирующей православной традицией.
 
Пузынин проявляет себя в этом исключительном исследовании не только как скрупулезный и проницательный историк, но также как творческий контекстуальный и герменевтический теолог. Его работа оригинальна и важна для разных категорий читателей: студентов, ученых и практиков внутри и вне евангелической традиции. Я искренне надеюсь, что эта книга д-ра Пузынина внесет научный вклад исключительного качества в изучение всемирного евангелического движения и будет иметь широкое влияние в международном научном сообществе.
 
Роберт Е . Уорнер,
профессор религиоведения, культурологии и обществоведения Университет Честера, Великобритания.
 
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 9.7 (7 votes)
Аватар пользователя MagistrP