Борнер - Византийские толкования

Борнер - Византийские толкования
Наша работа обращена, в первую очередь, к историку, изучающему византийские литературу, литургическую традицию и богословие. Но нам бы хотелось, чтобы она равно послужила и диалогу, и сближению Церквей. Декрет об экуменизме, провозглашенный II Ватиканским Собором, напоминает нам, что в  вопросах богослужения и духовной традиции контакт и, будем  надеяться, литургическое общение могут осуществиться гораздо проще и быстрее, чем в других областях. Однако необходимо помнить, что мышление и восприятие литургии в Византии и Риме неодинаковы. Литургии свт. Иоанна Златоуста и свт. Василия Великого  сформировали тип христианского народа, отличающийся оттого, которому соответствуют римские или галликанские Сакраментарии и Ordines.
 
Признание такого различия — необходимое условие для его  осмысления. Мы считали бы себя полностью вознагражденными за нашу работу, если бы она соответствовала желанию отцов II Ватиканского Собора. Поэтому единственной целью нашего скромного труда было сделать более «известным, почитаемым, сохраненным, раскрытым это богатое литургическое и богословское достояние Востока, чтобы действительно сохранить полноту христианского предания и  осуществить примирение между христианами Востока и Запада». 
 
 

Борнер Рене - Византийские толкования VII—XV веков на Божественную  литургию

 
М.: Изд-во ПСТГУ; Культурный центр «Духовная библиотека», 2015. — 384 с.
ISBN 978-5-7429-0980-4 
 

Борнер Рене - Византийские толкования VII—XV веков на Божественную  литургию - Содержание

 
Предисловие
Библиография
 
ВВЕДЕНИЕ
  • I. Измерения проблемы
  • ІІ.Определение метода 
ГЛАВА І. ДУХОВНАЯ ЭКЗЕГЕЗА И ПОСВЯЩЕНИЕ В ТАИНСТВА У ГРЕЧЕСКИХ ОТЦОВ
  • I.Истоки «гностической» мистагогии 
  • II.«Анагогическая» мистагогия александрийцев 
  • III.«Историческая» мистагогия антиохийцев 
ГЛАВА II. «МИСТАГОГИЯ» ПРЕПОДОБНОГО МАКСИМА ИСПОВЕДНИКА
  • I.Место «мистагогии» в жизни и творчестве преподобного Максима 
  • II.«Мистагогия» как свидетельство о византийском чине литургии начала VII века 
  • III. Литургия — символ и реальность
  • Заключение: Влияние «Мистагогии» на литургическое богословие в Византии и на Западе 
ГЛАВА III. «ЦЕРКОВНАЯ ИСТОРИЯ»
  • I.Первоначальная редакция и автор комментария 
  • II.Место комментария в истории развития чина литургии 
  • III.Буквальное толкование и духовное понимание литургии 
  • Заключение: «Церковная история» — наследница антиохийской мистагогии 
ГЛАВА IV. «ПРОТЕОРИЯ»
  • I.Автор и время написания
  • II.Архиерейский чин литургии в Андиде в середине XI века
  • III.Своеобразие и традиция в символическом толковании Божественной литургии 
  • IV. Производные комментарии
ГЛАВА V. «ТОЛКОВАНИЕ БОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТУРГИИ» НИКОЛАЯ КАВАСИЛЫ
  • I.Автор и созданное им толкование
  • II.На пути к окончательному варианту чина проскомидии 
  • III.Богословие и символизм литургии верных 
  • Заключение: Место «Толкования Божественной литургии» в византийской традиции и его влияние на латинское богословие
ГЛАВА VI. СИМЕОН СОЛУНСКИЙ
  • I.Архиепископ Солунский Симеон — комментатор Божественной литургии 
  • II.Описание архиерейской литургии 
  • III.«Эти слова не наши, но Отцов»
Заключение: Преемственность традиции 
 
Общее заключение 
Указатели 
 

Борнер Рене - Византийские толкования VII—XV веков на Божественную  литургию - Введение

 
Таинство — видимый знак, одновременно являющий и  сокрывающий духовную реальность, — требует посвящения. В этом и состоит задача мистагогии (тайноводства) — ввести в таинство. В греческом языке святых отцов термин μυσταγωγία имеет множество значений. Помимо основного значения, введение в таинство, можно также выявить два других: во-первых, совершение священнодействий (в частности, таинств посвящения — Крещения и Евхаристии); во-вторых, устное или письменное объяснение тайны, сокрытой в Священном Писании и актуализируемой за богослужением. 
 
До нас дошли огласительные циклы святоотеческой эпохи, которые были обращены к оглашенным и неофитам. А на заре византийской и средневековой эры в Церкви — как на Востоке, так и на Западе — происходит зарождение нового литературного жанра: мистагогического комментария. В отличие от огласительного цикла, он не ограничивается таинствами христианского посвящения, но говорит и о других священнодействиях — например, таинстве Священства или освящении храма. Произведения этого жанра  обращены уже не к неофитам, но к клирикам, священникам, верным вообще. Комментарии ставят своей целью научить первых  правильному исполнению своих обязанностей, а последним предложить осмысление таинств, в которых они призваны соучаствовать. Все эти комментарии предполагают, что священные обряды и  тексты установлены навсегда. Они свидетельствуют о том, что  богослужение начало пониматься уже не буквально, исходя из  содержащихся в самих обрядах и текстах смыслов, и что получившая бурное развитие символическая трактовка богослужения постепенно начала посягать на активное участие общины верных в актуализируемом за богослужением деле Божием. 
 
Во всех этих мистагогических комментариях всегда выделяется один аспект: толкование Божественной литургии, центра  христианского богослужения. В византийской Церкви мистагогинеские  толкования на Божественную литургию, пользовались определенной  популярностью и были широко распространены. Они были, прежде всего, выражением и одновременно источником литургической духовности. Запад был знаком с «Толкованием на Божественную литургию» Николая Кавасилы и, в меньшей степени, с «Мистагогией»  преподобного Максима Исповедника. Но прочие комментарии едва ли известны кому-либо, кроме ограниченного круга историков,  исследующих византийское богослужение. С другой стороны, не существует и исследования всей совокупности толкований, которое выявило бы не только индивидуальные особенности, но и сущность мистагогической традиции греческой Церкви. Наша работа должна в  некоторой степени заполнить этот пробел.
 
Данная тема, безусловно, очень широка и отчасти вовсе не  изучена. Предварительные исследования отсутствуют если не для всего изучаемого периода, то, по крайней мере, для большей его части. Уместна ли в таких обстоятельствах предпринятая нами попытка синтеза? Не было бы предпочтительнее подождать, пока монографии по частным вопросам подготовят почву для синтетического  исследования? Знакомство с источниками убедило нас в том, что изучение целого необходимо для выяснения того, в каких точках должны быть предприняты отдельные исследования в дальнейшем. Перед тем, как производить раскопки в определенных районах, необходимо  составить общий план, хотя бы предварительный. Это тем более верно потому, что многие из упомянутых комментариев — в том  состоянии, в котором они до нас дошли — сложным образом связаны друг с другом. Практически невозможно вычленить их из той традиции, которая их создала и питала. Исходя из этого, целью нашей работы является в первую очередь изучение традиции. Мы задержимся на индивидуальных отличиях тех или иных текстов только для того, чтобы показать разные примеры преломления этой традиции. Мы осознаем, что эта попытка синтеза основана на наших современных познаниях в области византийской литературы, литургики и  богословия, и, как и любой синтез, она остается неточной. Поэтому она нуждается в дальнейшем усовершенствовании — и даже  исправлении — в более детальных исследованиях. 
 
 

Категории: 

Ваша оценка: от 1 до 10: 

Ваша оценка: Нет Average: 10 (8 votes)
Аватар пользователя Андрон